Последний русич - Жорж Бор

считало, что все данные хранятся прямо в интернете и берутся буквально из воздуха. Мало кто задумывался, как это происходит на самом деле, и ещё меньше людей знали о гигантских дата-центрах, забитых серверами и больше похожих на крепости.

Здесь все могло быть иначе, но принцип, судя по диаграммам передо мной, был тот же. А значит, нужно искать. Или в собственном интерфейсе или пошарить в храмах местных богов. Не зря же у них на крышах стоят такие здоровенные антенны?

Члены рода начали потихоньку оживать. Послышались негромкие голоса и в них чувствовалось серьёзное удивление. Это меня порадовало и обнадежило. Такая реакция полностью соответствовала выстроенному мной плану, однако, реальность оказалась не такой радужной, как мне бы того хотелось.

— Вот засранцы, — рассматривая диаграмму с текущими результатами кандидатов, едва слышно выдохнул я.

Несмотря на все мои усилия, кто-то из моих ночных собеседников меня кинул. Я недовольно осмотрел зал, но никаких подтверждений своим подозрениям найти не смог. Определить, кто именно меня обманул, было нереально. Три десятка мужиков сидели с одинаковыми кирпичами вместо лиц и неотрывно следили за последней пятеркой дощечек, уже готовой вырваться из круга.

Диаграмма чётко показывала текущего лидера и им, предсказуемо, оказался Храбр. Старец набрал уже семь голосов, в то время как пара его ближайших конкурентов едва дотянули до пяти. Искра и Демид дышали заму Яромира в затылок, но разрыв был слишком велик. Всего один голос отделял Храбра от статуса старейшины и такой вариант меня категорически не устраивал.

Неподалёку недовольно пыхтел Тихон. Гадкий старик явно ожидал большего от своих родственников и его сильно не устраивали имеющиеся у него четыре голоса. Судя по всему, они принадлежали самому Тихону и троице его подпевал. Остальные родичи оказались достаточно вменяемыми, чтобы всеми своими силами перекрыть этому кандидату дорогу к власти.

Весемир тоже набрал четыре голоса, чем оказался немало удивлён. Видимо, лекарь считал, что исход голосования давно предрешен и вообще не рассчитывал, что у него есть какие-то шансы. Да и, по большому счету, не нужны они ему были.

Последние голоса присоединились к болтающимся в воздухе стопкам и магическая диаграмма снова изменилась. Один достался Тихону и по два Искре и Демиду.

— Предки услышали наши голоса и позволили сделать выбор, — неспешно произнесла Мирослава. Голос княгини звучал в полной тишине. Я не слышал в словах женщины торжества или злорадства, но при этом отчётливо понимал, что сам факт того, что она первой взяла слово, говорил о её громадном волнении, — Нет единства среди нас, родичи. Не думала я, что нести мне эту ношу придётся на своих хрупких плечах. Объявляю новый сбор совета через три седмицы, а до тех пор принимаю власть над княжеством в свои руки.

Никто не высказался против. Даже Тихон, сидевший с перекошенным от ярости лицом, только нехотя кивнул. Спорить с многовековыми традициями члены рода не собирались.

Выполнившие свою задачу дощечки, растворились в воздухе. Пульсирующая энергией рода чаша снова стала обычным кубком, а люди вокруг перестали напоминать готовых к прыжку хищников. Решение было принято, и в течение следующих трех недель пройдёт второй тур, во время которого будут вербоваться сторонники и создаваться новые союзы.

Конечно, это только в том случае, если мы до этого момента доживём. В чем я сильно сомневался.

— Дела текущие… — хмуро произнёс Храбр, но договорить он не успел.

— Минуточку внимания, — трижды ударив своей дощечкой по столу произнёс я. Родичи недовольно посмотрели в мою сторону и я продолжил только когда на мне скрестились все взгляды, — Раз уж единства в роду нет, то стоит обратиться к ещё одной древней традиции.

— О чём ты, Алексей? — ворчливо спросил Весемир, — Предки одобрили наш выбор. Трое достойных получили равное количество голосов. А потому…

— А потому, — перебил лекаря я и прямо посмотрел в глаза княгине, — Я требую право надзора!

Глава 26

Несмотря на весь мой негатив к брату погибшего Яромира, определённая польза от общения с ним была. Тихон очень глубоко разбирался в хитросплетениях родовых традиций и правил, хоть и пытался постоянно вывернуть их к своей извращенной выгоде. И одной из таких забытых всеми традиций было право надзора.

Я смотрел в глаза Мирославы и пытался определить её реакцию на мою выходку. Хоть какую-нибудь… Однако, на лице княгини не дрогнул ни один мускул. Она спокойно выдержала мой взгляд, а потом ласково улыбнулась.

Черт! Такого я не ожидал! Словно я был ребёнком, который на полном серьёзе объяснял родителям, что вода берётся из крана, а туда её приносят маленькие эльфы. Какого хрена? Неужели эту женщину вообще невозможно вывести из равновесия?!

— Хоть и гадко мне это признавать, но прав тут пришлый, — с фальшивым страданием в голосе, проворчал Тихон, — Коли нет единства и веры среди родичей, то одни старые заветы род спасти могут. Раз пришла нужда, то не нужно печалиться, Мирослава. Поддержим тебя всем миром и ношу тягостную на всех разделим по-братски.

Старик не оставлял надежды уцепиться за власть хотя бы краешком. Хоть одним сломанным пальцем, но удержаться за уносящуюся вдаль мечту. Упорство, достойное лучшего применения. Правда, в текущей ситуации я был не против поддержки со стороны представителей совета. Даже такой.

О праве надзора мне рассказал Тихон. Согласно древней традиции, у которой было столько оговорок и условий, что никто не воспринимал её всерьёз, в сложный период перехода власти от одного князя к другому члены рода могли устанавливать свой контроль над правителем княжества. Контроль очень поверхностный и относительный, но вполне достаточный для того, чтобы юный самодур не наделал глупостей.

Равное число голосов на выборах старейшины было одним из этих условий. Я рассчитывал на пятерых надзирателей, но получилось собрать только троих. Это в любом случае было лучше, чем гарантированный выбор нового главы рода.

— Обдумать надобно такое решение, — неуверенно произнёс Демид, — Нужно ли оно и так ли важно? Через три седмицы новый совет будет собран. Стоит ли доверие к Мирославе правом надзора порочить?

— Нам это что даст? — спросил Весемир, — Только хлопот прибавит, а толку чуть. Чай не малая девчонка на престоле. Почитай две дюжины лет о правую руку Ростислава княгиня была.

— Дело говорит княжич, — прогудел Прохор, — Сидеть рядом с князем одно, а другое совсем — Смоленском править. Не во вред, а по незнанию просто, Мирослава может дурное что сделать. И нет в надзоре урона достоинства княгини. Только и всего, что помогут ей старшие, да опытные более родичи. Как Ростиславу помогали и