Первый среди равных. Книга XI - Жорж Бор

вызовом посмотрел на сидящего напротив него собеседника, который спокойно пил кофе.

— И в мыслях не было, ваша светлость, — с абсолютно серьёзным выражением лица ответил граф Александр Викторович Калинин.

Князь слегка расслабился, понял, что поучать его никто не будет. Задумчиво посмотрел в окно, где в сумерках уже начали включаться огни ночной Москвы, и сокрушённо покачал головой.

— Да, облажались мы знатно… Какой ущерб, Саша? — снова повернулся он к графу.

— Трое погибших, пятнадцать раненых, ваша светлость. Ну, и оборудование уничтожено. Подсчёт ущерба продолжается, но несколько миллионов мы потеряли.

— К чёрту деньги, Саша! Люди. Самое важное в нашей сфере — специально обученные люди!

Воронцов порывисто встал из-за стола, начал ходить вдоль большого окна туда-сюда, заложив руки за спину. После второго или третьего круга, за которым, невозмутимо продолжая пить кофе, наблюдал его собеседник, князь остановился и резко повернулся к графу:

— Саша, ты всё ещё считаешь, что это плохая идея?

Калинин, не торопясь, сделал ещё один глоток, как бы тщательно обдумывая свой ответ. Всё-таки он до сих пор не стал полноценным членом Рода, хоть и находился в родственных отношениях с представителями Рода, но чужаков Воронцовы не очень жаловали, сразу расставляя точки над «ё» и отделяя свою кровь от чужой крови.

Калинину было грех жаловаться: он добился большего, чем кто-либо другой, пришедший со стороны. Однако, зная князя, он только на публике был доброжелательный и дружелюбный. Внутри семьи он действовал жёстко и резко. Возможно, именно это и принесло успех дому. Но прямо сейчас у них возникла реальная проблема: недовольный скоростью исследования их совместного предприятия Воронцовых и Разумовских, расстроеный потерей одного из самых ценных специалистов — Большакова, князь решился на отчаянные меры. Он параллельно запустил такое же исследование, которое проводили на территории Разумовских, выделив колоссальное количество ресурсов и практически всех лучших специалистов в этой области.

Князь надеялся на быстрый результат, как, впрочем, и всегда. Вот только результатом был взрыв в лаборатории, понёсший за собой человеческие жертвы, материальный ущерб, а самое главное — нивелирование всего того прогресса, который исследовательская группа успела за это время достичь, и откат к изначальным позициям.

— Вы же знаете меня, Пётр Сергеевич, — наконец придумал ответ Калинин. — У меня слишком мало опыта по сравнению с вами в принятии таких решений. Я высказал лишь свои опасения.

— Да-да, — раздражённо махнул князь, — и ты оказался прав. Вот только времени остаётся всё меньше и меньше.

— Прошу прощения, ваша светлость, времени на что? — откровенно напрягся Калинин.

— Времени на ответ, Саша.

Князь снова тяжело опустился в своё большое кожаное кресло.

— На меня вышли представители Японии.

— Вот как⁈ — не удержался Калинин от изумлённого возгласа. — Но этого же… — осторожно начал он.

Однако, Воронцов с лёгкой улыбкой перебил собеседника:

— Да, этого никогда не было. Японцы действовали всегда исключительно на уровне первых лиц государств. Ну, или по крайней мере, мне об этом ничего не известно. А учитывая мои возможности, ты знаешь, Саша. Так что-либо мы первые, кто получили такое предложение, либо…

Он на секундочку задумался. Калинин не перебивал. И князь, через некоторое время, вскинул взляд:

— Интуиция подсказывает, что Рокфеллеры и Ротшильды в деле. Кто ещё — не знаю.

— А в чём суть предложения, ваша светлость? — осторожно спросил Калинин, искренне боясь услышать ответ.

— Их интересует опыт нашей работы с грязным Эфиром.

— Но как они вообще узнали, что мы занимаемся этим? Неужели Разумовские?

— Не думаю, — снова прервал собеседника Воронцов. — Что-то мне подсказывает, что у японцев есть источники информации, которые нам недоступны. И вообще они странные. Обычные люди, не одарённые, ни одного артефакта на теле. Но я не то что их мысли — я даже их намерения читать не могу. Как будто их прикрывает чья-то воля.

— В чём конкретно суть их предложения, ваша светлость?

Воронцов на этих словах замолк и серьёзно посмотрел Калинину в глаза.

— То, что я тебе сейчас скажу, должно оставаться между нами. Но это ты и так понимаешь. Но вот то, что ты сделаешь для меня, для Рода, и в том числе для самого себя, — это покажет, войдёшь ли ты в семью окончательно, или же так, до конца жизни, и останешься чертовски эффективным, но всё же наёмным менеджером. Мне нужно, чтобы ты съездил к Разумовским и встретился с Большаковым. Один на один. Но перед этим — заскочи к старой матушке Большакова с небольшим подарком.

Калинин уже хотел что-то сказать, но почувствовал, как перехватило его дыхание. Судорожно поправил сильно затянутый галстук и продолжал слушать.

Воронцов с лёгкой улыбкой продолжал:

— Прежде чем я тебе расскажу, что конкретно нужно сделать, хочу сказать тебе ещё одну вещь. Я знаю, что ты с молодым Разумовским находишься во вполне дружеских отношениях. Но тут, мальчик мой, нужно выбирать между дружбой. Как говорится, ничего личного — только бизнес.

Глава 27

— Пространственная сеть! — воздухом доставив свой приказ к личному слуге Распутина, резко приказал я. Надо признать, что противник правильно оценил ситуацию и понял, что от своего мы не отступимся.

Вся масса чудовищ, картинно поджидавшая нас на тропе к вершине холма, начала растворяться в пространственных переходах, буквально вываливаясь нам на голову. Я рванул вперед импульсом грязного Эфира, расталкивая падающих чудовищ.

Следом то же самое проделал Мхатха Идхани. Часть тварей тут же попала под контроль Бетюжина и еще в воздухе вцепилась друг в друга. В небо, молниеносно сформировавшись вокруг Антипа, выстрелил толстенный поток пламени. Следом в бой вступили остальные архимаги и их поддержка.

Но это все были лишь полумеры — нужна была серьезная атака. А Григорий Владимирович сразу заявил о том, что принимает правила игры. Это означало, что все, кто входил в сводную армию под моим началом, обязаны были выполнять мои приказы. И Пётр не подвёл.

Архимаг аспекта Пространства выплеснул часть своей силы, стремительно формируя фантастически сложный аркан. Это заклинание использовалось во время моей войны с Вершителями, для того чтобы ликвидировать возможность высадки противника в особо опасных зонах.

Поддерживать сеть долго было очень затратно, но это и не требовалось — тысячи мелких пространственных трещин ломали реальность до такой степени, что не оставалось ни одного целого участка. Происходило это практически мгновенно, и если подобная сеть оказывалась на