Настоящий американец 2 - Аристарх Риддер

раньше конца лета или даже осени, так что буду ждать, ведь мне нужен каскадный эффект. Значит, чтобы подкинуть в огонь ещё дровишек, придется выудить из памяти информацию поскандальнне.

Но до посадки в Нью-Йорке озарений не произошло. Так что в оставленный на стоянке Корвет, я погрузился в расстроенных чувствах.

Зато мой первый визит после возвращения из Европы на новый завод по производству снегоходов и суперкаров «Моторы Уилсона» порадовал.

Билли скрупулезно выполнил мои указания и Шелби получил, все, что затребовал, а также подтянул сюда своих людей: Фила Хилла, напарника в недавних 12-ти часах Себринга, дока Уокера, которого называли папашей и никак иначе и еще пару парней, с которыми Шелби уже работал, будучи гонщиком.

Всего, вместе с итальянскими двигателистами, что прибыли в США в мое отсутствие пару дней назад и приданными им местными рабочими, имеющими опыт работы в автомастерских, получилась команда из пятнадцати человек.

И все они сели на мою шею. Деньги у меня, конечно, были, да и совсем скоро открытие сразу нескольких Макдональдсов, а это наши с Реем рестораны, не франшизная схема, так что доход обещает быть высоким. Вот только я планировал эти деньги сразу же пустить в оборот, а придется повременить. Хотя надо подумать, что, связанное с гонками может принести мне доход прямо сейчас? В голову пришла мысль о моем инвестиционном портфеле, я не про General Electric, конечно, а про American Tobacco.

Думаю, логотип Лаки Страйка будет отлично смотреться на капоте моей гоночной машины. Да и мне двойной профит. Во-первых, получу спонсорский контракт, по которому АТ будет платить мне деньги, а во-вторых, и это намного интереснее, повышу стоимость моих же акций если Шелби выбьет победу на гонках.

А у него были на то все шансы. Все же выбор Кэрролла в качестве партнёра в автоделе был абсолютно правильный. Он талантлив, у него отличная работоспособность и большие амбиции. Ни много ни мало Шелби хотел успеть подготовить машину к Ле-Ману этого года.

Сперва я отнесся к этому со скепсисом, ведь до гонки оставалось всего три месяца, а у нас по сути серийный, хоть и хороший гоночный автомобиль. Он пока что, даже несмотря на все успехи в итальянской серии GT, не годится для состязания с Ягуаром и Феррари.

С надежностью у Фиата всё в порядке, машина сделана на совесть, но вот скорость, особенно на прямых оставляла желать лучшего. Двухлитровая V-образная восьмерка смотрелась очень бледно против конкурентов с движками объёмом за три с половиной литра.

Но потом я вспомнил, что Ford GT-40 Шелби с компанией подготовили тоже за три месяца. Вернее, подготовят в будущем, правда, теперь оно не наступит. Там, конечно, ресурсов у Кэрролла было намного больше, как-никак за спиной стоял сам Генри Форд Второй, но и сейчас не 1963 год, а нынешние машины всё же попроще чем те, что будут гоняться в середине следующего десятилетия.

Так что я дал добро.

Но вечером, когда пришел домой и устроился отдохнуть перед камином, моя память вытащила из хранилища новую информацию. И мне сразу захотелось передумать.

Дело в том, что именно на Ле-Мане 1955 года произойдет самая страшная авария в истории автоспорта, которая унесет жизни более восьмидесяти человек. Мерседес, под управлением какого-то француза врежется во впереди идущую машину, залетит на вершину ограждающей насыпи и дальше в зрителей полетит град обломков, а потом к ним добавится еще и мощный взрыв.

Не хотел бы я, чтобы моя машина попала в этот замес. После подобного я не только деньги потеряю, но и с мечтой о гоночной программе для Альфа Ромео можно будет распрощаться. Самое хреновое в этой ситуации то, что объективных причин для аварии нет, это просто стечение обстоятельств, и я не могу сейчас раструбить в газетах, что Мерседес представляет опасность для зрителей и пилотов других машин.

Поэтому, извини Кэролл, но нет. Придётся тебе этот год пропустить. Хотя…

Раз я знаю, кто попадёт в ту злосчастную аварию, то мне нужно будет всего лишь сделать так, чтобы этот пилот или не вышел на старт, или стартовал с опозданием. Звучит легко, но попробуй исполнить. Ладно, пока рано строить планы, надо сперва машину до ума довести. Может не успеем и придумывать ничего не придется.

С этой успокаивающей мыслью я, допив виски, поднялся к себе и лёг спать, чтобы с утра пораньше снова отправится на завод. В ближайшее время этот маршрут станет для меня постоянным.

С проблемой недостатка скорости Кэролл решил бороться комплексно, путем установки более мощного двигателя и снижения веса самой машины.

Для начала его команда весело и задорно выкинула из Фиата абсолютно всё лишнее — задний диван, пассажирское кресло, обивка, радио и прочее, прочее, прочее. Это сразу минус несколько десятков килограмм, и машинка стала резвее. Но всё равно этого было недостаточно, нужен был двигатель и дальнейшее снижение веса.

Я тоже решил внести свою лепту, предложив поставить турбонаддув, благо, технология известная, и снизить вес заменив часть кузовных деталей, которые у Фиата были стальными на их алюминиевыми или даже пластиковые аналоги. Капот, крышка багажника, крылья — всё это можно было по чертежам изготовить прямо в штате Нью-Йорк.

И если первая моя идея была встречена в штыки, мощность турбированного двигателя вырастет, но с надежностью придётся попрощаться, то вторую, насчёт замены части кузовных деталей, Шелби с командой одобрили, и решили испробовать как алюминий, так и пластик, после чего сравнить их по весу и по прочности. Терять в безопасности в угоду весу никто не хотел.

Что до двигателя, то вместо родной двухлитровой восьмерки Кэролл решил использовать двигатель от Феррари 375, победителя прошлогодней гонки, места под капотом у Фиата было достаточно и 12-ти цилиндровый двигатель туда влезал. Для этого пришлось бы как следует поработать с компоновкой всего остального, но не зря же вокруг Шелби такая куча народа крутится, пусть отрабатывают свои деньги.

Работала его команда как проклятая, буквально по восемнадцать часов в сутки, что дало результат в рекордные сроки: новый двигатель встал под капот Фиата, а на место стальных кузовных деталей заняли пластиковые, что сэкономило нам еще очень много веса.

Но затем, когда мы вывезли машину на ближайший гоночный трек, случилась первая неприятность.

— Ну как тебе? — спросил я Шелби, после того как он проехал два круга. По секундомеру он выиграл целых десять секунд по сравнению с тем, что Фиат показывал с родным мотором. Но Кэролл был недоволен.

— Сам попробуй, — швырнул