Лишний свиток - Антон Чернов

полезную жизнеспасительную фигню — былинное жлобство и свинство! Я как-то даже с мыслей о развесёлом сексе на природе, стал прикидывать, а не навестить ли мне Восемь Тарелок. Или даже предаться целительному воздержанию, на денёк-другой. Заодно и силу воли потренирую — злостный некрохрыч начнёт в мозг клевать с легендарной силой, к гадалке не ходи.

— Эээ… — замялась девчонка. — Рарил, свитки Вмешательства Альмсиви последние годы не работают в усыпальницах! И в некоторых святилищах тоже. Заклинание — срабатывает, но требует массу сил, хотя раньше было практически как молитва. И можно было телепортироваться к любому алтарю Трибунала, а теперь лишь к ближайшему, да и не во всех городах.

— А с чего это так? — заинтересовался я.

— Не знаю, Рарил. На исследования наложен запрет Ордена Ординаторов. Архимаг Гильдии поддержал запрет, как “вредный и опасный для душ магов”, — явно процитировала она. — Официальная позиция Гильдии — неблагоприятное положение созвездия Атронаха на ближайшие годы.

— Хм, — задумался я, да и решил прозондировать почву. — А тебе не кажется, Ранис, что это объяснение неправдоподобно?

— Ну-у-у… я, вообще-то, в этом уверена. Созвездия ходят по небу, а эффект неизменен. Но, видимо, что-то и вправду опасное, а объяснение — для недалёких и молодых членов Гильдии, чтобы они не навредили себе.

— Видимо, так, впрочем лезть в это я не собираюсь, — почти не соврал я.

Вообще — занятно, почему так. Но у меня своих дел хватает, так что в ближайшее время точно не до того будет. В общем, неприятный момент мы проскочили — я не стал девчонку попрекать в жлобстве и сволочизме, она не стала наезжать на меня за тонкие намёки.

Правда задумавшаяся Ранис потянула меня за руку: насколько я понял из её объяснений, место, в котором мы расположились, было равноудалено от двух алтарей храмов, и чтоб не оказаться чёрте где, нам лучше сместиться. Впрочем, далеко нам переться не пришлось, а активация свитков была довольно проста, хотя в данном случае — выходила всё та же заковыка со “сбоями”.

— Сама я смогу оказаться в Храме без проблем, Рарил, а вот тебя с собой доставить не смогу: сама суть заклинания перемещает только его произнёсшего, — закатила мини-лекцию Ранис, против чего я не возражал: заклинание было школы мистицизма, в котором я собирался продвигаться, да и у Ранис она входила основной. — А со свитками всё та же “проблема Атронаха”, — с типично данмерским ехидством озвучила она.

— Так они работают или нет? — уточнил я, поскольку: оставаться одному посреди Вварденфелла, переться через какие-то ипиня, вместо вкусного ужина и приятного трахен-трахена (на которые я бодро пускал слюнку и выкатывал яйцы) пару суток меня совершенно не привлекало.

— Работают, конечно. Просто только у магов.

— Так все свитки работают только у магов, — озадачился я.

— Свитки Божественного Вмешательства, например, Девятерых — работают у простых людей. И сейчас в очень большом дефиците в Вварденфелле, несмотря на малое количество алтарей Девятерых. Насколько я знаю, активация свитка — что-то вроде молитвы, которую направляет энергия свитка соответствующему божеству. А Вмешательство Альмсиви работает как обычный свиток, используя магическую силу его активирующего. У данмеров, даже не идущих по пути мага, в большинстве своём хватает врождённых сил, хотя и не всегда. А у других — чаще не хватает. Но твоих магических сил с избытком хватит, — весомо покивала она.

Ну, хватит — и зашибись, заключил я, с некоторым опасением направляя сознательным усилием обливионщину в свиток. Всё вокруг мигнуло, а я, вместо мгновенного перемещения, несколько секунд любовался довольно противными, до тошноты благостными и сияющими всяким там цветом мордами. Здоровенными такими, занимающими минимум половину непонятно чего, в непонятно где, в котором я оказался.

Трибунальщики, поставил я веский диагноз. Пара мужиков, одна бабища, причём, судя по всему, Сота Сил был единственным, который не “сучка крашеная”. Вивек — вообще, как клоун, покрашен наполовину в серый цвет, ровно напополам, этакий “двуликий”. Но правая половина однозначно была кенмерской — лимонно-золотого, бледного цвета. А вот Альмалексия была именно желтушно-жёлтая, как Альтмер, кроме того — ярко-рыжая, чего среди черноволосых кенмеров вроде как и не водилось.

Осудив неприличных клоунов, я уставился на Силыча. А вот последний… ну я бы сказал, что он был данмер, причём данмер эталонный. Кожа этот типа была не серой, а данмерски, эталонно чёрной, графит-графитом. Буркалы — бордово-алые. Я бы сказал, что он протоданмер, в плане черножопости и красноглазости. И, возможно, Азуре выкручивал лапки не клоунский Вивек, а именно Силыч, получив “прототип проклятья” в свою персону.

Но разглядывать рекламную агитку “Альмсиви оберегает”, довольно комичную, с учётом того, что на телепортацию тратились мои силы, мне долго не пришлось. Под ногами появился какой-то ковёр, в нос пахнуло благовониями, а вращая башкой, я отметил Ранис, находящуюся в пустой зале. Зала была не слишком большой, снабжена трибунальским алтарём, и… округлой ямой, забитой пеплом, целыми и ломаными костями и черепушками. Двумя ямами, офигело отметил я, приглядевшись на ту сторону алтаря.

— Никогда не видел ритуальных бассейнов, Рарил? — уточнила, правильно сынтерпретировав моё удивление Ранис.

— Не видел, — признал я. — Я не являюсь поклонником Трибунала и вообще первый раз в жизни в их храме.

— Это… ну что-то вроде общественной родовой усыпальницы, под покровительством Альмсиви, — попробовала сформулировать девчонка.

— Понял, — кивнул я.

Сам же внутренне то ли ржал, то ли впадал в челодлань: общественная усыпальница, блин! Хотя и кладбища всякие вроде как общественные, но тут как-то излишне… общественно. Хотя плевать в бассейн не буду, решил культурный я. Костяных лордов не видно, но вдруг появятся, так что нафиг.

Ранис повела меня из храма, а я оглядывался, запоминая: всё же Балмора будет моим домом на какое-то время, ну и знать, как отсюда выбираться — не помешает.

После коридора и лестницы вверх мы оказались в небольшой округлой прихожей, заваленной коврами и завешанной гобеленами. Вообще ковров как-то перебор, в каждом углу. И освещение не правоверно-данмерскими светящимися сферами, а свечами и факелами. Хотя, учитывая благовоняние, наверное, в них эту благовонь и жгут.

А ещё в этом полукруглом холле наблюдался аргонианин, что самое занятное — одетый в бабкино платье с символикой трибунала. Ранис, как расово верная данмерка на его благословение от Альмсиви поморщилась, но кивнула. Я же просто глазами полупал, да и потопал вслед за девчонкой из храма.