По грехам нашим. В лето 6732 (СИ) - Старый Денис

— Правильно, Корней Владимирович, не стоит в вашей ситуации проявлять излишние эмоции. Кстати, а Вы действительно, — Корней Владимирович, или иначе как зоветесь? — спросил Даниил, дождавшись пока я все же нормально сяду. Странное ощущение — ноги отказали, но выше пояса все нормально — не болит не колит.

— Что с моей семьей? — спросил я самое главное.

— Да нормально, — жестко сказал Даниил и с укоризной посмотрел на Андрея. — Вот Андрюша гуманизм празднует. Да и Бог с ними. А вот с тобой явно нет Бога.

— А что Вы, уважаемый господин, теряетесь, то на «Вы» обращаетесь, то на «Ты»? — говорил я какую-то нелепицу, чтобы только потянуть время и принять свою модель поведения.

И пришел к выводу, что как-то повлиять на ситуацию не получится и следует плыть по течению и ждать. Убивать сразу не стали. В конце концов, два попаданца могли бы и общий язык найти. Со мной же разговаривают? Значит, что-то ожидают. С другой стороны, а что я бы сделал, если бы узнал о том, что не один такой «прогрессивный» в этом времени? Наверняка, насторожился и думал об общении на моих условиях.

— Что со мной? — спросил я.

— О, наконец-то Вы спросили. Какое благородство, что, прежде всего, вспомнили о семье, а уже после о себе. Вы отравлены. И осталось жить не более двух часов, а скорее всего, час. Поэтому мы и разбудили тебя, — Даниил вновь расплылся в елейной улыбке.

— Со мной все ясно — тебе ясно! Да — тебе! Устраивать соревнования в этикете не хочу. Кто ты такой? — сказал я и скорчился. Резкая боль в районе живота не дала сказать все что хотел.

— Я — Даниил, Данила Вениаминович Коралайнен. Гражданин Новгородской народной республики год рождения, — монах приблизился ко мне и шепнул на ухо. — Две тысячи сто тридцать второй от рождества Христова. И я тебе, малец, расскажу, почему и как…

Я ошарашено слушал Данилу Вениаминовича, не перебивая. И все, что говорил попаданец, могло взорвать мозг. Если бы мне это рассказывали до попадания в прошлое, то подумал о пересказе нового сериала. Но сейчас я всему верил.

Данила работал в институте времени. Это было секретное научное учреждение, которое занималось как бы изучением истории и точек бифуркации, на деле же они проводили странные для Данилы Вениаминовича эксперименты. Это было, по рассказу попаданца, сложное время. Люди смогли преодолеть эволюционный порог и зайти на новую ступень своего развития. Создание мельчайших нано-роботов, которые внедрялись, как вакцина от всех болезней, дала новые возможности для человечества. Постепенно наступал хаос, так как люди чуть ли не получали сверх способности. Причем большое влияние стал играть этнический и культурный код человека-носителя новых способностей.

Так обнаружилось влияние нации в историческом процессе. И тут выяснилось то, что история у нас с Даниилом разная.

— И что за реакция такая? — спросил Даниил. — Ты с какого времени, или тут сработала теория параллельных миров? Какие у тебя способности? Воином ты не являешься, что странно, так как постоянно воюешь, на умы воздействуешь? Так я бы почувствовал. Администратор? Тоже нет! Кто ты?

— Так у меня и нет сверхспособностей. В моем времени люди еще не стремятся стать богами, — сказал я, уже не корчась от боли, а имитируя ее. Я чувствовал, что мой организм начинает побеждать яд. А говорить о том, что регенерация у меня намного выше, чем у хроноаборигенов — было бы не правильно.

— Из какого времени ты? — выкрикнул Даниил и привстал с лавки в нетерпении.

— Две тысячи двадцать второй год, — ответил я, используя актерские способности, чтобы не показать, что почти готов к действиям, ноги оживали.

— Выпей это, — Данил протянул стеклянную колбу с жидкостью, я покосился. — Да это малая доля антидота — не спасет, но боль уберет. Ты еще более интересен, чем этот вояка… Не важно. Так, как там Новгородчина, так же разделена и куплена?

Я выпил жидкость и почувствовал, что полностью восстановился. Однако, разговор решил не прерывать, уж очень все захватывающе.

— Ну, для того, чтобы сказать, какие изменения в моей реальности, нужно знать о твоей, — сказал я и демонстративно перестал корчиться. Нужно было отыграть, что лекарство подействовало. Однако, я показал какую-то неправильную реакцию, и Даниил подозрительно посмотрел на мои ноги.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Ну, давай расскажу, — задумчиво сказал Даниил. — В твоей истории как разбили монголов?

— А их и не разбили! — буднично ответил я. Даже позабылось, что меня собираются убить.

— Вот как интересно! — Даниил прямо засиял. — И как дальше?

Ну, я и рассказал под восторженные «Я правильно рассчитал» «Все так, как я и думал». Рассказывал про становление Московского княжества и влияние восточной деспотии на государственную систему, становление и рост могущества Российской империи, Советского Союза, России.

— И ты думал остановить монголов? Дурак, какой же дурак! В моей истории остановили, и что? Урал — германский. Представляешь? Германский, часть Сибири — тоже, дальше Китай и Япония. Мы так и не стали сильным государством а толклись в своих пределах, пока не получили… Литва вначале забрала большую часть земель, потом немцы, поляки — все точили Русь, что остановила монголов, положив лучших своих воинов. Да с такими стартовыми позициями — мы точно в тройке сильнейших стран были бы. И ты собираешься остановить меня? Умри, умри!

Даниил все больше распылялся и орал, даже топал ногами. То, что психически он был не здоров — факт. Однако, через минуту истерики, монах вновь превратился в само спокойствие.

— Так вот, я готовлю церковь к встрече монголов и буду их встречать с хлебом-солью. Вот и князьков хороших для этого подобрал — Юрий слаб, неуклюж и много суетится, даже с Василько сложнее приходится — молодой, да ранний. Вот его я уберу, руками Юрия. Но, ты какого черта полез к рыцарям? Разворошил гнездо. Они уже Крестовый поход объявили. И кто будет им противостоять? Не знаешь? Может ты со своими кадетами? Ты не можешь справиться со своим окружением, не то, что с тысячей людей. Вот, Шинора — ты идиотом был, его приближать? Да он уже в первой поездке по твоему наставлению хотел сбежать с деньгами, вырученными за товар. А я его остановил. И тебя ни разу не удивило проворство его в продаже товаров с огромной прибылью? Так это мои люди продавали, тот же Семьюн, а Шинора только брагу хлестал, да баб совращал. Про Андрея уже сказал тебе. Да и Лада — что в доме управляется тоже мой человек. Ты хоть поинтересовался откуда она и кто такая? И покушения на тебя так же моя работа, а не этого боярина Честислава — он то, напротив, начинал мешать некоторым планам.

Я молчал и внимал каждому слову. Возомнил я себя как вершителя судеб, а оно воно как… Собрал вокруг себя одних предателей.

— Знаешь, — продолжил после небольшой паузы Даниил. — А ведь я был на грани провала. Тестя твоего Войсила, да и друга его Глеба недооценил. Войсил тебя просчитал. Он знал обо мне. Нет — не то, что я из будущего, а то, что я обладаю знанием, которое другим недоступно. Я же тоже кое-что типа «изобретал», вот и решил тебя поближе держать. Я ведь трижды хотел выйти на тебя, но всех моих людей — того… Пришлось заморочиться, чтобы убрать этих волков. Они хотели сорвать мою встречу с монголами, а сорвал ее ты! И я об этом недавно узнал, когда Лада смогла хорошенько полазить по твоим тайникам, пока ты развлекал свою женушку. И знаешь, что там? Золотой ярлык полномочного монгольского посла! А эти умники Войсил с Глебом думали, что я искал тебя — все же глупцы, не поняли, как тебя доить можно. Ох и сложно было исполнителям ожидать, чтобы те подставились. Глеба — Андрей убрал, а вот Войсила только добили, был уже и так не жилец после странного набега марийцев.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Ты собираешься уничтожить половину населения Руси во имя непонятных идеалов. Убери князей, убери лествичное право, сделай деспотию, если ты обладаешь такими ресурсами, люди — это и души и ресурс, — сказал я, прямо ощутил, что разговор подходит к концу и нужно что-то делать.