"Фантастика 2024-108". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Геярова Ная

На улочке, куда мы вышли, были небольшие домики, в один-два этажа. С заросшими двориками и распахнутыми дверьми. Большинство домиков были покинуты хозяевами. Пустые глазницы окон черными дырами смотрели на улицу. Люди встречались совсем редко, и те сторонились, кутались в плащи, словно на улице было зябко. Пронесся мимо черный экипаж и, поднимая пыль, скрылся за ближайшим углом.

Эррхан потянул меня на противоположную сторону, в полутемный узкий переулок.

– Где-то здесь… Мне ребята рассказывали. Второй переулок от фонтана.

Здесь пахло сыростью. Слышался скрип петель, то ли от дверей, то ли от ставней. Мимо, в паре шагов от меня, пробежала крупная крыса, остановилась, зыркнула черным глазом и юркнула за мусорный бак.

Я крепче ухватилась за руку боевика.

Он сжал мои пальцы.

– Не бойся, это всего лишь старый город.

– Это мертвый город?

Эррхан пожал плечами.

– Почему мертвый? Жильцы в нем есть. Правда, очень мало и… Я бы не хотел с ними слишком близко общаться.

– Почему эту часть города забросили?

– Не самые приятные воспоминания, да и кое-где все еще встречаются осколки темных залежей. Именно в этой части города прятались приверженцы первотьмы. Уходя отсюда, повстанцы оставили много сюрпризов для жителей. И как ни прочесывали его искатели, то в одном месте всплывали проклятия, то в другом злобные личи и призраки, поджидающие кровавые жертвы. А потом в город потянулись переселенцы, и он начал разрастаться, жителей этой части попросили перебраться в новые дома. Это был лучший выход. И вскоре старый город опустел. Первое время еще ходили патрули. А потом… Призраки и личи пропали вместе с сопротивлением. Проклятия если и остались, то о них больше не слышали. Но горожане уже обжились в новом Каркринсе, и сюда больше никто не вернулся. Сейчас здесь можно встретить приезжих, желающих снять жилье за символическую плату, а то и вовсе даром, если не боишься жить в старых чужих домах. Те, кто не хочет, чтобы о них знали, видели. Ну и так, всякие грязные делишки, которые хочется скрыть от лишних глаз.

– Притоны, казино, бордели? – предположила я.

– Именно, – подтвердил Эррхан. – А ты хорошо осведомлена.

– Не нужно иметь семь пядей во лбу, чтобы догадаться. Ой! – воскликнула, когда очередная крыса буквально выскочила на меня из приоткрытой двери в стене.

– Тихо, тихо! – обнял испугавшуюся меня боевик. – Интересная ты, Льярра. Темное умертвие не побоялась, а от вида крысы чуть мне на шею не забралась.

Я приподняла голову.

– Это КРЫСА! – сказала медленно, дрожащим голосом.

– И она менее опасна, чем темное умертвие, – подметил Эррхан.

– Это КРЫСА! – не сдавалась я.

– Это КРЫС! – гаркнули совсем рядом, настолько неожиданно, что я испустила вопль.

– Бог мой, какие нынче леди нежные пошли, – раздалось на мой крик.

Эррхан обнял меня и прижал к себе.

Я медленно повернулась в его руках.

В переулке стояла худая старуха в лохмотьях. Путаные волосы были собраны в хвост. Старуха опиралась на кривую палку.

– И чего раскричались! Всю живность перепугали.

– Это вы о крысах? – нервным голосом спросила я.

– И о них тоже, – подмигнула старуха. – Так чего потеряли, молодежь? На место для романтических встреч, вроде не похоже. Ищете кого?

Она окинула взглядом меня, а следом стоящего за моей спиной боевика.

– Ищем, – кивнул тот. – Лавку Джейка-ворона.

– Джека-то? Этого старого хрыща? – она оскалила беззубый рот. – Так считайте, нашли уж.

Старуха ткнула клюкой в сторону. Мы повернулись и увидели еще одну малозаметную дверь. Вывески на ней не было, а подойдя ближе, мы заметили кривую надпись на стене рядом.

«Лавка Джейка-ворона».

– Сюды вам, – сказала старуха, сама открыла перед нами дверь и вошла. Мы скользнули следом.

– Эй, Джейк-проныра, к тебе пришли.

В помещении было темно, зато отсутствовал запах сырости, как в переулке. Едва старуха прокричала имя лавочника, как вспыхнули тусклые огоньки под бревенчатым потолком, освещая пространство.

Я увидела скудную лавку с парочкой полок, на которых стояли пыльные колбы и серые холщовые мешочки. Парочка книг, тоже пыльных и серых. А еще ваза с сухими травами и тут же пугающее неестественностью пугало ворона.

– Джейк, совсем оглох, что ли! – рыкнула старуха. Мне показалось, что на крик пугало повернуло череп с клювом и уставилось дырами глаз на нас.

Я настолько крепко вцепилась в руку боевика, что он охнул. А я поторопилась оправдаться:

– Что-то здесь жутковато.

– Держись ближе, – шепнул он мне.

Мертвый ворон снова повернул голову и издал громкое:

– Кар-р-р.

Теперь рука Эррхана вцепилась в мои пальцы так, что охнула я.

– А что еще ожидать, – оправдывался уже боевик. – Лавка черного колдуна.

– От настоящего колдуна у него только эта лавка и осталась, – прохрипела старуха. – Вы не бойтесь, он мужик-то не злой. Мрачноват малость… Так мы все здесь не слишком-то приветливые. Да и с чего бы. Станешь недоброй, коли от тебя весь свет рыло отворачивает.

– Но ведь это ваше желание жить в старом городе, – тихо проговорил Эррхан.

– Наше? – старуха криво усмехнулась, хотела сказать еще что-то… В это время послышался скрип половиц и за прилавком открылась невысокая дверца. Я не сразу поняла, вышел ли из нее кто-то. Но тут раздалось ворчание.

– Снова скамейку убрали… Сколько говорю, не переставлять. Паскудники. Одно название, помощники. А-а-а, чего с нежити взять. В черепушке-то разума нет, – послышался грохот, а следом: – Эй, вы, кто там. Помогите мне.

Мы с Эррханом разом заглянули за прилавок. Там тянул тяжелую лавку бородатый… карлик в свободной рубахе, подпоясанной тонким ремешком, и шароварах, заправленных в поношенные сапоги. Он сверкнул на нас темными глазами под густыми черными бровями и хмуро бросил:

– Чего уставились? Гномов не видели?

– Э-э-э, – растерялся боевик.

– Совсем неуважительная молодежь пошла, – проворчал мужичок. – Помоги, говорю.

Эррхан отпустил мою руку, кинулся за прилавок. Помог подтащить скамейку и, подхватив гнома, поставил торговца на нее. После чего вернулся ко мне.

– Вот так-то получше будет, – удовлетворительно погладил бороду карлик и уставился на меня. – Ну, кто и зачем? Чего пришли?

– Поласковее, – проворчала старуха, облокачиваясь о прилавок. – И так всех клиентов распугал своим шарамыжным видом. Видишь, молодые пришли. Судя по девчонке, она явно с темной связана. Сразу понятно, не из праздного любопытства, а по делу.

Карлик откашлялся и растянул губы в кривой улыбке, едва заметной в густой черной бороде, тянувшейся до колен.

– Здрасьте, гости незваные. Зачем пожаловали?

Старуха махнула костлявой рукой.

– Всему тебя учить надо.

Повернулась к нам и хрипя, но ласково спросила:

– Что ищете, ребята? Вы на этого скрягу внимания не обращайте. Не его бы жуткий нрав, в городе бы работал. А так… Сидит в дыре и на весь мир сопит. Но зато все, что хотите, вам найти сможет. Так что спрашивайте.

Я дрожащей рукой вытащила из кармана записку Абса и подала.

Старуха выхватила у меня бумажку, уставилась на нее.

– Ничего не вижу. Совсем зрение плохое стало, – сунула ту гному. – Посмотри, чего там?

Он вяло взял записку, громко прикрикнул:

– Лети сюда, черт пернатый.

Пугало ворона встряхнулось и, разметая по лавке пыль, устремилось к карлику. Я с трудом сдержала желание вскрикнуть. И снова вцепилась в руку Эррхана. Тот, кажется, был если не испуган, то ошарашен не менее моего.

Пугало уселось на плечо торговца.

– Чего тут написано? – поинтересовался он, тыча моей бумажкой ворону под клюв.

– Кар-р-р, кар-р-р, кар-р-р.

Гном уставился на меня. Бумажку отложил в сторону.

– Вон оно как. А я-то все ждал, – покосился на боевика. – Здесь обожди. А девчонка пусть со мной идет.

Спрыгнул со скамейки, разом пропав за прилавком, но уже через пару секунд вышел к нам. Махнул мне рукой.