Наследник пепла. Книга IV - Дмитрий Валерьевич Дубов

Костя сразу весь напрягся, будто встал в боевую стойку.

— Переживаю, конечно, — ответил он.

— И я переживаю, — сказал я. — Но ты переживаешь, как за девушку, а я — как за члена клана и будущего участника нашей команды. Соответственно, чтобы девочка поверила в себя, я взял в библиотеке кое-какую книжицу. С воспоминаниями некоего скандинавского рунолога. Правда, там тонны различного пафоса и самолюбования. Поэтому нам с тобой придётся всё это выгребать вдвоём. Сначала читаю её я, выписываю необходимое. Потом читаешь ты. Каждый из нас конспектирует то, что находит дельного в этой книге.

Я ткнул кулаком Костю в плечо.

— Дальше мы сравниваем всё это и пытаемся привести к общему виду. Конечно, сделать из этого полноценную науку у нас не получится, но что-то приближенное к таковой мы должны создать. Затем всё это мы с тобой вдвоём преподносим Мирославе, чтобы она постигала и повышала свой уровень. Всё понятно?

— Понятно.

Я по его лицу видел, что ему ничего не понятно. Но при этом он был искренне восхищён.

— На всякий случай уточню, это всё делается для того, чтобы Мирослава подросла в своей самооценке и поверила в себя. Понял?

— Понял.

Теперь я видел, что Костя действительно всё уловил.

— Отлично, — ответил я, и подумал также, что как безумно влюблённый мужчина, он сделает всё, что от него зависит. Делегирование заданий — оно такое. И нет, мне было ни капельки не стыдно. Ибо я и сам не планировал отлынивать от этой задачи. Просто одна голова — хорошо, а две — лучше!

— А что за книга-то? — спросил он у меня, когда мы уже оказались в комнате нашего общежития. — Ты о ней говорил так, как будто это что-то страшное.

— Вот, суди сам, — ответил я и достал фолиант, толщина переплёта которого была больше десяти сантиметров.

— Ох, ёх! — вырвалось у Кости.

Но он тут же сел за стол и раскрыл книгу на первой странице.

Примерно в этом месте мы его и потеряли. К утру он осилил уже семьдесят страниц, но постоянно качал головой, сталкиваясь с очередной порцией самовосхвалений автора, его рассуждениями о себе и своём таланте.

Но в целом он настолько увлёкся, что даже на первой паре следующего дня сидел и листал текст. Я попытался сказать ему, что это ни к чему хорошему не приведёт, но он лишь отмахнулся, буркнув что-то вроде: «Это же Мире надо».

Но не только я обратил внимание на его увлечённость. Корней Иванович Дервиз, преподаватель боевой алхимии, буквально прикрикнул на него:

— Константин Игоревич, что вы себе позволяете⁈ — сказал он.

И только тогда Костя оторвал взгляд от книги.

— Я впервые вижу, что вы занимаетесь чем-то, чем вам вообще не положено заниматься на паре, — проговорил он, подходя к Косте и забирая у него том.

Тут надо было видеть глаза Жердева, который остался в полном недоумении. Он сидел, хлопал глазами, смотрел на преподавателя, потом повернулся ко мне и развел руками, одновременно пожав плечами.

Мне было впору хохотать, хотя, конечно, и я сильно переживал, вдруг вся эта история дойдёт до Дезидерии?

— Обычно, вы старательный студент, а нынче читаете какие-то сказочки, — продолжил Дервиз, поднимая увесистым томом перед лицом Кости. — Нет бы чем-то серьёзным заняться! Но это… вы извините меня.

Костя сначала покраснел, потом побледнел, а потом, кажется, даже позеленел. Но при этом никак не отвечал преподавателю.

— Эта книга до конца пары, — проговорил Дервиз, — будет лежать у меня на столе. Заберёте, когда пойдёте на обед.

Похоже, у Кости немного отлегло. Да и у меня тоже.

— И вот запомните, — добавил преподаватель, — для всех этих развлекательных литературок есть специальное время вне учебного процесса. Во время него читайте, вам слово никто не скажет.

Далее мы прослушали увлекательную лекцию о применении боевой алхимии, как маги сохраняют баланс сил в битвах, и тому подобное. Всё это было мне знакомо — не наизусть, но прочувствовано всей жизнью. Правда, предыдущей жизнью.

* * *

После пары, на обеде, Артём Муратов попросил разрешения подсесть к нам.

— Конечно, конечно, — ответил я. — Садись. Какие-то вопросы или предложения?

Честно говоря, я думал, что он хотел сказать что-то по поводу моего вчерашнего вопроса, о том, как мы можем усилить друг друга в пятёрке, что мы можем сделать для общей команды.

Но как оказалось, он уже нашёл ответ на этот вопрос, хотя мы об этом даже не догадывались. И просто спросил Костю:

— Слушай, — проговорил он. — Костя, я, конечно, извиняюсь, что лезу не в своё дело, но просто стало интересно: что происходит? То есть ты никогда раньше не приходил на пару с книгой. А тут будто учёба перестала существовать. Засунулся в книгу и что-то там выписываешь, вычитываешь.

Костя, который вместо обеда занимался тем же самым, поднял глаза на Артёма.

— Да вот… — сказал Жердев. — Понимаешь, нам нужно из этой книги постараться вытащить описание рун и общие принципы работы с каждой. Всё это надо будет свести в некое подобие базы. Но как ты видишь, книга не тонкая, а у нас на эту работу всего две недели. Вот поэтому и пришлось немного пожертвовать учебным временем.

— Почему именно приходится вытаскивать эти руны? — поинтересовался Артём. Потом сразу поправился: — В смысле, что мешает? Это не учебное пособие?

— Нет, — вместо Кости ответил я. — Это рассказ автора о том, насколько он крут, шикарен и просто невероятен. И вот среди этого барахла встречаются крупицы полезной информации. Но, чтобы её вытащить, действительно приходится очень постараться.

Артём посмотрел на меня, потом на Костю:

— Ребят, — сказал он, — я могу вам в этом помочь.

— Так-так-так, — я даже распрямился, чуть откинувшись на спинку стула. — Интересно. Что ты можешь предложить?

— Дело в том, что одна из моих, так сказать, магических способностей — это усиленное логическое мышление. Я смогу не просто быстро прочитать всё, что здесь написано, но и прямо на ходу вычерпать всю нужную информацию и систематизировать её. Если вы мне доверитесь, то через некоторое… — он глянул на книгу и тут же поправился, — … не очень долгое время у вас будет что-то вроде системы,