Вернуть Дворянство 5 - Дмитрий Крам

советовался с отцом, а тот решил не отставать.

Брат вручил мне список.

Точно такой же по качеству отряд, что и у японцев.

Можно, кстати, будет их даже в сводное подразделение засунуть.

— Секунду, — попросил я, и вызвал Такеши по связи.

— Господин, — отозвался тот. — Сможешь командовать взводом? Все японцы.

— Смогу господин.

— А двумя?

— Я бы пока не спешил.

— Понял. Сегодня вечером прибудут на базу. Учитывай, что они могут шпионить в пользу союзника, но приказы выполнят, как будто ты их господин.

Иронию последней реплики он оценит, только когда увидит кого я ему дам.

Я отключился и посмотрел на отца.

— Берём. Помощь лишней не бывает, — сказал я.

Через пять минут вышла мама. Я подозвал мелкую занозу и ткнул пальцем на Славика.

— Это мой брат. Пока я езжу по делам, ты остаешься под его защитой. Поняла?

Она не ответила, но и спорить не стала.

— Имя ей придумайте, — обратился я ко всем.

И мы отправились к Двужилиным.

Встретила нас сама Евлампия Двужилина, моя бабушка. Мы прошествовали в большую гостиную, где нас ждали два десятка девиц от четырнадцати до двадцати восьми, хотя была одна особа тридцати лет, но она бездарная, неудивительно, что не пристроили до сих пор.

— Итак, — сказал дед, — Собственно, вот весь наш цветник. Общайтесь.

— Нам бы комнатку отдельную, — сказал я.

— Да, конечно, вон та дверь.

Мы зашли. Я уселся в центре стола. Слева от меня села мама, справа Аоки.

Тут имелись песочные часы — артефакт от прослушки.

Клим уселся на подоконник сбоку. Его массивная фигура пугающе смотрелась, заслоняя свет солнца.

— По старшинству от старшей к младшей, — сказал я и перевернул часы. При этом надо помнить, они лишь скрадывают слова, сами звуки не маскируют.

Зашла первая кандидатка.

Лаванда Двужилина. Она была одета в кремовое платье. Недурна собой. Всё при ней. Выглядит моложе своих тридцати лет. И волнуется, несмотря на то, что наверняка её первую пихают, то есть уже сотню собеседований прошла.

— Добрый… — я замялся, ведь понятия не имел какой час, прислушался к силе стихии, и солнечные лучи подсказали, что время восемнадцать двадцать три. — Вечер.

Она сделала книксен и уселась в кресло.

— Итак кандидатка, — противным голосом сказал я, нависая над столом и глядя на деву…женщину. — Почему из всех цветков вашего дома, мы должны выбрать именно вас?

— Я самая опытная и мудрая, — начала лепетать она. Такого прямого вопроса явно не ожидала.

— Сомнительно, — фыркнула мама.

Клим лишь хмыкнул, привлекая к себе внимание, но глянув на него Лаванда, сразу отвела взгляд, сглотнув. Глядел он на нее намерено как коршун на добычу.

— Как вы будете защищать детей, не имея дара? — спросила Аоки.

— Я обучена стрельбе и бою на холодном оружи…

На этих словах я перелетел через столешницу, метя ногами прямо лицо Лаванде. Она откинулась на стуле, и я просто приземлился. Схватил со стола перьевую ручку, но мне тут же прилетело две ноги в грудь, я откинулся на стол. А лаванда уже выхватила клинок, с ножен на бедре и всадила его мне под самый пах, заставив замереть. Внутри всё вжалось.

Я тихо похлопал.

Дверь распахнулась. Я крутанулся, вырывая бедрами клинок из стола и пряча между ног.

— Что здесь происходит? — ворвался в комнату дед.

— Ничего, я просто упала со стула, папа, — сказала Лаванда.

— Дед, не мог бы ты не прерывать процесс собеседования? — улыбнулся я.

Он подозрительно оглядел всё и вышел, закрыв дверь.

Лаванда снова уселась. Я дал дядьке знак. Клим отошел от окна и подойдя к девушке со спины спросил:

— Ты согласна быть наложницей?

От его грубого голоса она вздрогнула.

— Это будет оскорблением семьи Двужи…

— Тебе вопрос какой задали? — встрял я.

— Я… я…

— Ладно, иди пока подумай, — сказал я. — И следующую позови.

— Двужилину в наложницы? — скривила бровь мама.

— Нелеквид залежалый же, — парировал я.

— Ты такой циник! — возмутилась Аоки.

Я покачал головой.

— Не моя позиция. Их! Я лишь убираю из уравнения спектакльщину.

— Простая честность, — кивнул Клим, соглашаясь, и снова уселся на окно.

Зашла худая как высушенная удочка девушка.

Поклонилась и сказала:

— Меня зовут Мэри.

«Какого города?» — хотелось пошутить мне. Нервничаю, что трачу время.

— Итак, Мэри, продайте мне эту ручку, — я катнул к ней перо, которым недавно орудовал как колющим.

— Что? — тонкие брови взметнулись верх как две галки. Жертва сбита с толку, можно наносить удар.

— Вам уже двадцать восемь, вы точно не имели романтических отношений? — почувствовать слабость Аоки вцепилась в добычу.

Я ушел в скольжение, ловя каждую деталь на лице кондидатки.

— Ни-и-и-и-и-ико-о-о-о-огд-а-а-а-а-а, — протянула Мэри, и я вышел из замедления. — Репутация дороже.

Я вздохнул, давая остальным понять, что она соврала.

— Что ж, Мэри, мы вам обязательно перезвоним. Позовите следующую.

Говорить ничего не требовалось.

Я сжал ладонь Аоки в благодарность за снайперскую атаку, и подмигнул, заставив её смущенно заулыбаться.

Потом были еще две скучные девицы. А затем явилась еще одна.

— Рима, радость глаз моих! — воскликнул я, когда вошла следующая кондидатка.

Девушка недоуменно глянула на меня.

— Мы знакомы? — она кивнула Климу и плюхнулась в кресло.

— Конечно. Заочно влюблен в вас.

— Окстись, братец, — скрестила она руки.

— Р-р-р-р! — по кошачьи вибрируя протянул я. — Какие мы горды и неприступные.

Мама сощурилась, глядя на неё и спросила:

— Что ты будешь делать, если станешь женой господина Благого?

Девушка безразлично пожала плечами и сказала:

— Попрошусь поучаствовать в бою. Все же война с Макаровыми, глупо сидеть у мужа в кармане, если имеешь третий ранг.

— Номинальный? — спросил я.

— Чуть выше стандартных семейных рамок, — холодно пояснила девушка.

Вай! Ну что за крепость. Я одобрительно глянул на дядьку.

— Продано! — голосом опытного аукциониста я ударил по столу деревянным молотком. Да, привёз с собой. Но если я дурачится не буду, с ума сойду от скуки на этом мероприятии.

— Не так быстро! — припечатала Аоки. — Коллегия обсудит, — посмотрела она на девушку. Ожидайте результатов, — добавила она вымученную улыбку, и когда