Черному коту повезло - Денис Райт

встал у неё на пути, — ты не пройдешь. Хочешь убить Лизу? Тогда придется сначала убить меня.

— Почему вы её защищаете⁈ Почему выбрали её, а не Сануру, что она готова сделать ради вас? Готова ли она отдать жизнь, как это готова сделать Санура? Нет! Она вами пользуется! А вы слепой и… глупый!

— Потому что я люблю её, — я встретился с Санурой взглядом, — у меня нет других оправданий.

— Отойди. Она затуманила твой рассудок. Иначе Сануре придётся самой сдвинуть тебя, — она выпустила когти, — Санура не хочет делать Тимофею больно.

«Пристегнись, начальник!» — Нуар понял, что конфликта не избежать.

— Видимо придется, — ответил я, — но я не буду сопротивляться. Бей, раз ты считаешь, что я заслужил.

— Тимофей сам попросил, — она прикусила губу до крови, она сомневалась. Но лишь мгновение, — Сануре жаль!

Тем временем, её заряженные энергией Изнанки когти рассекли воздух возле моей груди, сорвав пару пуговиц с рубашки. Фух, это было близко, я едва успел уклониться.

Далее серия из двух рассекающих взмахов когтями, которые удлинились аккурат перед столкновением с моей грудью.

Пространства для маневра было мало, когти пробили защитный магический слой пиджака. На рубашке выступила кровь. Грудь обожгло. Больно, зараза. Но я терпел. Не стал отключать чакры. Это было заслуженно.

— Когда Санура подвинет хозяина, она пойдет убивать ту женщину! Санура ненавидит её! Она не любит хозяина так, как его любит Санура! — на её щеках заблестели слезы. Когти оставили новые царапины на моем теле. Если бы не пиджак, она бы вскрыла меня, как консервную банку. — Отойди!!! — прокричала она.

— Ни за что! Я не позволю тебе проливать кровь близких мне людей! Хочешь крови? Вот! Бери мою!

И тут же получил от неё оглушительную звонкую пощёчину. Крайне сильную. Перед глазами прошла рябь.

— Санура… не хочет делать Тимофею больно! — она начинала плакать.

— Мне и не больно, — я стёр кулаком кровь со щеки.

Я перестал уклоняться. Просто принимая все удары на себя. Санура спрятала когти и колотила меня руками, переходя на истерику.

Гениальность и глупость ходят рука об руку. Это единственный способ погасить гнев Сануры. Пусть она выплеснет всё на меня. Ради ее спокойствия я и жизнь отдам… все же, это моя вина.

Я упал, сплевывая кровь и вновь поднялся, несмотря на то, что все внутренности отбиты.

— Пожалуйста… не вставайте… не вставай, Тимофей.

Между серией ударов, у меня выдалась пара секунд, чтобы посмотреть на Сануру.

Слёзы уже не скупые. Моросящий дождик постепенно перетекал в ливень.

Я с достоинством сдерживал весь её гнев. Я стоял до последнего, выслушивая её плач и ненависть в сторону Лизы.

Вскоре, удары становились все слабее, а слёз всё больше и больше. Её последний взмах я перехватил за запястье.

— Иди ко мне, — я притянул девушку, крепко прижимая к себе.

Мы сидели на расшатанном мостике. Она плакала, уткнувшись мне в окровавленную грудь. А я медленно поглаживал её по голове, перебирая золотистые локоны волос.

— Простите Сануру… — она шмыгала носом, а её соленые слезы щипали свежие раны, — прошу, простите.

— Я и не злюсь на тебя, правда, — с улыбкой ответил я.

Девушка подняла голову и посмотрела на меня. Я большим пальцем вытер слезы с её раскрасневшихся щёчек.

— Честно? Тимофей не злится на Сануру?

— Разве что на себя, за то что дал в себе сомневаться. Я люблю тебя Санура, но… по-своему. Ты часть моей семьи, понимаешь?

— Да… но Сануре больно смотреть на настоящую любовь, которую показывает хозяин к… к Лизе.

И это проблема.

— Начальник! — Нуар поднялся по ступенькам о ошалело посмотрел на мои раны, — о Первопредок! Это Булгаков тебя так?

— Это Санура, — не дала мне ответить девушка, — потому Санура не хочет больше мешать счастью Тимофея и она уйдет.

Она вывернулась из моих объятий и встала.

— Стой! — я поднялся следом за ней, едва не скорчившись от боли, — не уходи. Прошу, останься, — я положил ладонь на её скулу, — ты дорога мне, Санура.

Девушка накрыла мою руку своей и потерлась щекой.

— Санура знает, но… — она отстранилась, — Сануре нужно побыть одной и многое обдумать. Тимофей позволит?

С тяжестью на сердце я дал согласие. Ведь с самого начала, я ей говорил, что не держу её и она вольна уйти, когда пожелает… и почему только в такие моменты, начинаешь ценить то, что у тебя было? В моменты утраты.

— Начальник? — Нуар переводил жёлтые глаза с меня на Сануру и обратно, — да что тут случилось⁈

Санура приблизилась к коту, села на корточки и ласково провела пальцами меж ушами, приглаживая шёрстку.

— Санура будет скучать.

* * *

Минут двадцать после ухода Сануры мы сидели с Нуаром в тишине. Я заблокировал чакры, чтобы не чувствовать боль и направил всю энергию на регенерацию. Процесс не быстрый, но все же.

— Поверить не могу, начальник…

— Ага, — протянул я, инстинктивно ища в кармане сигареты, в кои-то веки моя привычка из прошлой жизни сейчас бы пришлась кстати, — как думаешь, куда она ушла?

— Не знаю. В тихое место, где её никто не тронет?

— Хм, — я осмотрел себя, порванный пиджак, красную от крови рубашка, — Ефим мне всю плешь проест.

— Я бы больше волновался за Елизавету Павловну. Она тебя прикончит.

— Елизавета Павловна ничего не узнает, если ей об этом не говорить, — подмигнул я, — свалим все на Булгакова.

Кстати, о нем. Этот жалкий дождевой червь очухался и пытался уползти с места событий.

О нет. Я