Круг второй - Евгений Борисович Коваленко

гланды.

- Но полчаса у меня будет?

- И ни минутой больше. Ровно в восемь, в мой кабинет ворвутся десятки очень

злых мужчин.

- Я понял сэр. И спасибо за сотрудничество.

- Не обосрись сынок. И это будет лучшим спасибо.

- До встречи мистер Найт.

- Черти бы вас всех драли.

Буркнул мэр и кинул трубку. Еще два звонка. И везде меня приветствовали

матами и обещали кары небесные. Нормально. Это Монтана и мэр прав. Тут

политесами не пахнет. Закончив с разговорами еду к мэрии.

- Красавес.

Буркнул я. Это я стою в приемной мэра и любуюсь на свою рожу с порванным

пиджаком в огромном зеркале в полный рост. Дамы крепко меня подрали.

Кошки драные — хех! Ладно. Сейчас отстреляюсь на комиссии и сразу в

магазин. Надо хотя бы шмот новый прикупить.

Пока крутился у зеркала заметил пристальный взгляд секретаря мэра миссис

Панеш. Разворачиваюсь.

- Мои глубочайшие извинения миссис Паниш. Вам пришлось прийти на работу

на сорок минут раньше. Готов компенсировать ваше личное время потраченное

на меня.

Миссис улыбнулась как кошка заметившая в чашке сметанку и муркнула.

- Готов значит?

- Эээ? В рамках приличий, разумеется.

Я резко сдал назад.

- Ну что ты, Стив? Приличия это святое. Особенно для тебя, да?

- Ээ? Не совсем понимаю вашу мысль, миссис Паниш.

- Понятно.

Миссис Паниш кивнула и вежливо поинтересовалась.

- А что за драка произошла на вечеринке у Мегги О,Райз?

- Эээ? Сам мало что знаю. Мэгги сцепилась с девушкой. Я растащил их.

Собственно все.

- Оу? Какой хороший мальчик наш Стив. Быстро разнял девиц и не дал

окончательно испортить вечеринку. Да ты герой.

- Ээ? Мне больше нечего сказать.

- Да? А режиссер с Голливуда? А камеры? А толпа массовки и сцена из

награждения Оскаром? А откуда взялся дорогущий Ролс Ройс? Это что было? А

Стив?

Я утвердительно киваю головой.

- Это была съемка для моей песни. Некое театрализованное действо которое

потом наложат на саму песню. Такой маленький художественный фильм для

одной песни.

У дамы глаза начали распахиваться.

- Ого?! Стив?! А потом что? Куда этот фильм?

- Как куда?!

Теперь уже я распахнул глаза.

- На телевидение конечно!

Аут. Тетка выпала в ступор. Ну и ладушки. Хоть отстала с этой дракой. А про

Ролс Ройс вопрос он самый страшный. Эээх! Жизня! И без баб никак и с бабами

обвал и камнепад на мою больную голову.

Все четверо опекунов зашли в приемную и мэр кивнул мне.

- Быстро в кабинет.

Стою, мужики сидят.

- Так. Времени в обрез. Мы тебя слушаем Стив.

Достаю из портфеля четыре акции Железной Дороги и раздаю каждому.

- Таких у меня ровно десять тысяч. По ним ни разу не получено дивидендов.

Сами акции стоят пятнадцать миллионов долларов и сумма набежавших

дивидендов равная восьми. НО!

Поднимаю палец вверх.

- Правильно и выгодно продать их не просто. И я договорился с очень

серьезной трастовой фирмой из Бостона и они согласны выбить дивиденды и

продать акции. Услуги они оценили в сто тысяч сразу и два процента от

вырученных денег.

Тишина в студии, народ пытается осмыслить чего я сказал. Первым ожил

шериф.

- Ээ? Малыш? Я правильно понимаю? Ты показал не весь клад?

- Точно так сэр. Показывать акции было делом преждевременным. Сейчас, в

силу некоторых обстоятельств, время пришло.

- Ага.

Усмехнулся мэр.

- Надул бабе пузо и сразу появились обстоятельства.

Народ слегка ржанул а я развел руки.

- А я че? Она сама.

Шериф полез в свой портфель и достал папку с бумагами.

- Я тут маленько покопал по семье Кокс. Ничего такого, просто поговорил со

знакомыми в разных штатах и в армейской разведке. Про старика Кокса ходят

странные и даже страшные слухи. Многие конкуренты, особенно в Европе, разорялись, стрелялись и попадали в автокатастрофы. И все это шло на пользу

семье Кокс.

Пожимаю плечами.

- Я не знаю. Я уже докладывал что старика послал по телефону.

- Господа мы отвлеклись.

Пристукнул по столу мэр. Он кивнул мне.

- Продолжай Малыш.

- Мне нужны подписи на договоре. В обмен я даю два миллиона на

строительство нового и полностью оборудованного госпиталя в Биллингсе.

Док даже подпрыгнул.

- Это?!! Ооох, спасибо Стив!!

Мэр пристукнул по столу ладонью.

- Док. Тихо. Малыш. Двадцать три миллиона это невообразимые деньги. Это

бюджет Биллингса за тридцать лет. Ты собрался вкинуть деньги в песенки?

- И не только. Мм? Немного о том на чем живет город. Основные деньги

приходят в город с Железной дороги. Железная дорога умирает и это факт.

Президент Эйзенхауэр, в 1956 году, подписал указ и выдавил деньги из сената и

конгресса. Америка начала строить сеть федеральных, автомобильных трасс по

единому стандарту. Надеюсь слышали про интерстейты? Вливания от

федералов безумные. По семь миллиардов долларов ежегодно. Далее. Авиация

почти добила железку и процесс смерти начался. Пять лет назад, в США было

416 тысяч миль железных дорог, сегодня их осталось триста пятьдесят тысяч. И

процесс сжимания нарастает лавинообразно.

- Ранчейро, фермеры.

Возразил мэр. Отрицательно качаю головой.

- Семнадцать процентов, все остальное это железка.

- Хм? И?

- Я построю завод.

Это было мощно. Все замерли.

- Завод? Малыш. Ты же сам говорил что с мозгами у тебя не очень. И какой

завод ты собрался строить?

- Мозги встают на место. И вы все про этот феномен знаете. Так вот. Я начал

много читать и вычитал очень умную мысль. Будущее за композитными

материалами. Уже сейчас есть пластики которые прочнее стали и при этом в

сотни раз легче.

Пара минут тишины. Мэр встал.

- Господа. Мы не успели обсудить и половины. Через пять минут сюда ворвутся

ковбои и скорее всего меня линчуют. Хех. По финансовой компании я даю

добро. Слова Стива имеют смысл. Железной дороге осталось не долго а терять

такие активы глупо. Кто за?

Все подняли руки.

- Очень хорошо. На девять вечера жду вас На Холме. Поужинаем и продолжим

разговор.

- Нет, нет. Сегодня не могу. Сегодня у меня куча дел с парнями из Голливуда.

Возразил я.

- Хорошо. Завтра. Девять вечера. Ресторан На Холме. А теперь выметайтесь. И

если я выживу это будет чудо господне.

Все осклабились и толпой вывалили в приемную. А там?!! Толпа злобных

мужиков и у всех на поясах оружие. Несладко