Ненормальный практик 3 - Отшельник Извращённый

на трон, обведя взором оставшихся после чего произнёс:

— Можете продолжать обсуждение.

Один из старейшин, Торвальд Глубокий Шрам, чуток приосанился и взглянул на отряд четырёх мастеров.

— Говорите, юный имперец выстоял в бою со Свартбьёрном? — спросил он с недоверием. — И выжил? Ещё и помог сразить магистра британцев?

Фрея кивнула.

— Верно. Собственными глазами видела. Он сражался, как одержимый духами. — Она замолчала, подбирая слова. — У него была необычная техника. Часть его тела покрылась чернотой, точь сама тьма проникла в него.

По шатру пробежал встревоженный шёпот. Тьма? Для северян она была не просто отсутствием света. В ней обитали духи, чьи имена не произносили вслух.

— Что за великий воин родился в рядах имперцев… — пробормотал другой советник, Гуннар Сломанный Клык. — Возможно, он наследник одного из великих родов Империи?

Ингрид фыркнула, скрестив худосочные руки на пышной груди.

— Нет конечно. Он штрафник, — отрезала она. — Так сказал наш информатор. И я даже не уверена, дворянин он или нет.

Эти слова вызвали ещё большее недоумение.

— Штрафник⁈

— Простолюдин⁈

— И владеет силой, способной противостоять самому Свартбьёрну Седому⁈

— Неофит говорите⁈

Хальвдан поднял руку, прервав нарастающий гул.

— Важно не это, — произнёс он веско. — Не только его сила привлекает внимание. — Вождь наклонился вперёд, опираясь на подлокотники трона. — Вспомните лицо старика Свартбьёрна. С каким вдохновением он рассказывал об этом мальчишке. Восемнадцать зим прошло с тех пор, когда этот воин мог восхищаться кем-то из имперцев.

После чего медленно обвел всех замолчавших тяжёлым взглядом.

— И этот мальчишка, вопреки всему, стал плечом к плечу со своим врагом. Что-то подсказывает мне, мы ещё услышим о нём.

Ингрид демонстративно фыркнула, откинув за плечо платиновую косу.

Хальвдан прищурил взгляд, сфокусировав тот на дочери, и произнёс с лёгким уколом:

— Ингрид, он, можно сказать, и тебя спас. Не замани он в ловушку магистра британии, вам пришёл бы конец. Так ещё и с семью подмастерьями справился, взяв одного из них в плен.

Щёки воительницы вспыхнули румянцем. То ли от гнева, то ли от смущения.

— Мы бы справились и без его помощи, отец, — процедила она сквозь зубы.

— Свартбьёрн был иного мнения, — парировал Хальвдан. — А его суждения в бою я ценю выше своих собственных. — Он внезапно сменил тон и как бы между прочим добавил: — И вообще, тебе замуж пора.

Ингрид подскочила, как ошпаренная.

— А ЭТО ТУТ ПРИ ЧЁМ⁈

Хальвдан невозмутимо погладил бороду.

— Да так, к слову сказал. — Он задумался и перевёл взгляд на Фрею. — Сколько тому воину зим, говорите?

Фрея, стоявшая с широко распахнутыми глазами, не сразу поняла, что вопрос адресован ей.

— Около восемнадцати, вождь.

Хальвдан покачал головой, всем видом изображая серьёзные раздумья.

— Взрослый уже. Ясно. — после обвёл взглядом присутствующих. — Можете быть свободны.

Когда советники и старейшины начали покидать шатёр, он остановил дочь.

— А ты, Ингрид, останься. У меня для тебя задание… личного характера.

Ингрид застыла на месте, глядя на отца с ПОДОЗРЕНИЕМ! А тот продолжал невозмутимо поглаживать бороду.

Фрея, выходя последней, бросила на девушку всё ещё, мягко говоря, ОШАРАШЕННЫЙ взгляд и тихонько прикрыла за собой полог шатра, оставив отца и дочь наедине.

Хальвдан медленно поднялся с трона и подошёл к огню, помешивая угли длинной железной кочергой. Включил БАТЮ ГОДА НА МАКСИМАЛКАХ.

— Ингрид, — начал он, не оборачиваясь. — Что ты знаешь о великих союзах прошлого?

Воительница напряглась, почувствовав в этом невинном вопросе не просто подвох! ПОДВОХИЩЕ!

— Достаточно, отец, — ответила она настороженно. — Но я не понимаю, какое это имеет отношение к моему заданию.

Хальвдан обернулся. Квадратное крепкое лицо серьёзное. А вот железный взор мягок.

— Самые прочные союзы между народами всегда скреплялись не чернилами на пергаменте, а кровью, — произнёс он негромко. — Браками между сильнейшими родами.

Ингрид напряглась ещё сильнее. ЧТО ЗА ВЗДОР⁈ Она хотела взорваться!

— Если ты думаешь, что я выйду замуж за какого-то имперского аристократа, то лучше сразу выброси эту мысль из головы! Я скорее брошусь со Скалы Предков!

Хальвдан усмехнулся и подошёл к ней. Положил руку ей на плечо и спокойно произнёс:

— Я не говорил об аристократе. Я говорю о сильнейшем воине, которого видел Свартбьёрн за последние два десятка зим.

Ингрид отшатнулась, точь от удара.

— Нет… Ты не можешь требовать этого от меня…

— Я ничего и не требую, дочь, — ответил Хальвдан мягко. — Я предлагаю тебе возможность.

— Возможность⁈ Сблизиться с врагом, который убил десятки наших⁈ С имперским псом⁈

И, сбросив с плеча его ладонь, заходила по шатру, как зверь в клетке.

— Ты забыл, отец? Я поклялась принести его голову! Поклялась перед духами предков! Как ты можешь просить меня осквернить эту клятву⁈

Хальвдан невозмутимо наблюдал за её метаниями.

— Клянутся юнцы, расплачиваются мудрецы. Подумай о племени, Ингрид. О будущем всего нашего народа.

— О каком будущем ты говоришь? — она остановилась перед ним, метая из глаз молнии ПИЮ-ПИЮ. — Будущем, где дочь вождя Белого Клыка ложится под имперца? Где её дети становятся полукровками, презираемыми обоими народами?

Хальвдан выпрямился и задрал подбородок, возвышаясь над дочерью. Голос тут же стал холоднее зимнего ветра:

— Следи за языком, Ингрид. Я всё ещё твой отец и вождь.

Та сглотнула, понимая, что он точно зол. Но не отступила.

— Прости, отец. Но я не понимаю, как союз с одним воином, пусть даже сильным, может изменить судьбу наших племён.

Хальвдан прогудел, но смягчился.

— Этот юноша не просто воин. Он — точка перелома.

— Что ты имеешь в виду?

— Взгляни, — вождь подошёл к большой карте Севера, расстеленной на одном из столов. — Империя готовит удар по Нью-Норфолку. Британцы узнали об этом, поэтому-то и пытаются стравить нас с имперцами, чтобы мы ослабили друг друга. Одним камнем двух зайцев. Не дать имперцам начать кампанию за северный бастион. И дождаться, когда наши силы иссякнут в бойне с имперцами, после чего пройтись по нашим землям огнём и мечом.

Он обвёл пальцем границы бывшего Северного Княжества.

— Если Империя вернёт эти земли, они снова окажутся у наших границ. Но так хотя бы у нас окажется всего один враг в их лице.

Ингрид нахмурилась, следя за его мыслью.

— Но если мы заключим союз