Мечник, Вернувшийся 1000 лет спустя. Том 8 - Оливер Ло

Александр добил его ударом тупого конца древка в голову, вбивая шлем в череп.

Мы кружились в смертельном танце. Я был скоростью и точностью, он — разрушительной мощью и контролем пространства.

— Справа! — коротко бросил он.

Я, не глядя, метнул кинжал. Глухой хрип подтвердил попадание.

— Сзади! — отозвался я.

Александр даже не обернулся. Он просто выставил руку назад, и за его спиной открылась черная дыра размером с блюдце. Пули, летящие в него, исчезли в ней, чтобы вылететь через секунду из другой дыры, прямо в лицо стрелявшему.

Наемники паниковали. Они были готовы к бою с магом Пустоты. Они были готовы (возможно) к бою с мастером меча. Но они не были готовы к двум противникам сразу.

Через две минуты все было кончено.

Последний выживший, тот самый командир, полз к краю крыши, зажимая обрубок руки. Тщетно.

— Кто… кто вы такие? — хрипел он, глядя на нас с ужасом.

— Мы? Мы — служба контроля качества вечеринок. И ваша вечеринка — отстой.

Александр подошел следом. Глефа в его руках исчезла, растворившись в воздухе. Он выглядел измотанным, пот градом катился по лицу, но глаза были чистыми.

— Кто тебя нанял? — спросил он тихо.

— Иди к черту… — плюнул наемник.

Александр просто щелкнул пальцами. Маленькая черная сфера возникла прямо внутри головы наемника. Хлопок — и тело обмякло. Никакой крови, просто часть головы исчезла.

— Жестко, — оценил я.

— Эффективно, — пожал плечами Войд.

Мы остались одни на крыше. Ветер гулял среди разбитых конструкций, трепал наши волосы. Внизу сиял Доминус, равнодушный к тому, что здесь только что погибло полдюжины человек.

Где-то там, внизу, продолжался бал. Кайден, наверное, уже продал пару Разломов и выпил шампанского за наше здоровье.

Александр тяжело опустился на обломок бетонной плиты. Его руки все еще подрагивали. Он полез в карман, достал простую металлическую флягу. Отвинтил крышку, сделал долгий глоток и протянул мне.

Я взял. Запахло хорошим, дорогим пойлом.

— Спасибо, — сказал он, глядя на огни города. — Если бы ты не пришел… я бы сорвался.

— Не за что, — я сделал глоток. Напиток обжег горло приятным теплом. — Ты неплохо держался для человека, которого прессовали десяток элитных наемников с подавителями.

— Я не держался, Дарион. Я тонул.

Он помолчал, глядя, как я возвращаю ему флягу.

— Пустота… она живая. Она не просто сила. Это голод. Она всегда хочет большего. Раньше я мог с ней договориться. Контролировать. Но в последнее время…

Он посмотрел на свои руки.

— Она становится сильнее. Или я слабее. Я боюсь, что однажды я просто не смогу закрыть дверь. И тогда… я стану Проклятым.

Я знал, о чем он говорит. Проклятые маги Пустоты — это ходячие катастрофы. Они теряют личность, превращаясь в воронки уничтожения. Таких обычно уничтожают всем миром, и то не всегда успешно.

— Ты смотришь на Касс, — неожиданно сказал он.

— Что? — я удивился смене темы. Очень уж неожиданно было услышать именно ее имя.

— Я вижу, как ты на нее смотришь. Как на ученицу. Как на… дочь?

— Как на занозу в заднице, которая имеет потенциал, — поправил я.

Александр слабо улыбнулся.

— Она похожа на мою сестру. Лина… Она была такой же. Энергичной. Смелой. Лезла во все дыры.

— Была?

— Я потерял ее, потому что был слаб. Не смог спасти. Пустота не отозвалась на мой зов. Но именно тогда укрепилась во мне.

Его голос дрогнул.

— Её просто не стало.

Я молчал. Что тут скажешь? Это груз, который он несет всю жизнь. Теперь понятно, почему он так опекает Касс и почему так боится своей силы.

Александр поднялся. Он посмотрел мне прямо в глаза. Взгляд был тяжелым, решительным. Таким смотрят люди, идущие на эшафот.

— Моя фамилия не Войд. Войд — это прозвище, которое мне дали в Гильдии. Моя фамилия — Вальдус. Александр Вальдус.

Он произнес это имя так, словно вручал мне ключ от своей жизни.

— Я прошу тебя об одолжении, Дарион. Если… когда я потеряю контроль. Когда зверь вырвется. Не пытайся меня спасти. Не пытайся говорить со мной. Просто убей меня.

Я смотрел на него. На этого сильного, сломленного человека, который боялся самого себя больше, чем любого врага.

— Ты просишь меня стать твоим палачом? — усмехнулся я, скрестив руки на груди. — Это большая честь, Войд. Но я обычно беру дорого за такие услуги.

— Я серьезно, — в его голосе зазвенела сталь. — Ты единственный, кто сможет. Я видел, как ты двигаешься. Я чувствовал твою силу. Ты сильнее меня. Ты сможешь остановить меня до того, как я уничтожу город или причиню кому-то вред. Обещай мне.

Я вздохнул, подошел к краю крыши. Посмотрел вниз, на бездну улиц.

— Видишь ли… ты относишься к своей силе, как к врагу. Как к монстру, которого держишь в клетке. Ты тратишь все силы на то, чтобы держать дверь закрытой.

— Потому что это и есть монстр! — воскликнул он, резко шагнув в сторону и тут же замерев. — Ты не понимаешь…

— Я не понимаю? — я обернулся к нему. — Приходи завтра в «Последний Предел», — сказал я спокойно. — К десяти утра. Не опаздывай. Я покажу тебе, как удержать зверя внутри. И не просто удержать, а заставить его приносить тапочки.

Александр горько усмехнулся, вставая.

— Что ты можешь знать о звере внутри, Дарион? Ты мечник. Твоя сила в стали и мышцах. Ты не носишь в себе бездну.

Я посмотрел на него. И решил, что хватит играть в загадочного парня. Иногда, чтобы дошло, нужно ударить. Не кулаком. Душой.

Я чуть-чуть приоткрыл заслонку. Самую малость.

Выпустил Жажду Убийства.

Не ту легкую ауру, которой пугал зарвавшихся балбесов. А настоящую. Ту, которую я копил сотню лет в мире, где небо было цвета запекшейся крови, а воздух пах серой. Ту, которой пропитан каждый дюйм моей души. Пребывание в мире демонов, увы, не проходит бесследно.

Воздух на крыше сгустился мгновенно. Он стал тяжелым, как свинец. Температура рухнула.

Окна, которые уцелели в перестрелке, взорвались фонтанами осколков, вылетевших наружу. Бетон под моими ногами покрылся сеткой трещин.

Это было не давление силы. Это было обещание смерти. Абсолютной, неизбежной, бесконечной смерти.

Александр побледнел. Его колени подогнулись, и он рухнул обратно на тот обломок стены, с которого только что встал. Его глаза расширились до предела, зрачки сузились в точки. Он хватал ртом воздух, как рыба на берегу.

Пустота вокруг него вжалась в его тело, прячась. Даже его «зверь» испугался моего.

Я держал давление две секунды. Потом убрал.

Мир вернулся в норму. Ветер снова подул, звуки города вернулись.

Александр сидел, дрожа всем