Локки. Потомок бога. Книга 11 - Евгений Валерьевич Решетов

class="p1">Я, конечно, думал так же, но для вида похмурился и фыркнул:

— Ну, сойдёт. Хотя, конечно, я себя виноватым не чувствую.

— Как обычно, — иронично вставил Хеймдалль. — Ты ровно так же говорил, когда вылил ночной горшок на голову сына Тора. Тогда ты тоже себя невиновным считал.

— Ого! Глядите! — вдруг прогрохотал Крушитель и указал пальцем на одну из трибун.

Там Кук и Кан вскочили с кресел, а сидящий рядом с ними каменный тролль в мгновение ока рассыпался на тысячу кусков, забрызгав кровью половину трибуны. И даже непонятно было, каким именно магическим атрибутом его так красочно ухайдокали. Кровь щедро заляпала ближайших зрителей. Те, правда, не стали возмущаться, а наоборот вскочили и радостно заорали словно дети, впервые увидевшие взрывающийся фейерверк.

Публика в целом осталась довольна решением Кхарна, что было ожидаемо. Даже придумай он что-то другое, никто бы и не подумал ссориться с ним на его же территории.

— Локки, как ты умудряешься всегда выходить сухим из воды? — прищурился Хеймдалль, сверля меня взглядом. — Это какая-то магия, какой-то атрибут?

Я смолчал. Ведь моя великая скромность не уступала моим навыкам выкручиваться из любых ситуаций.

— Теперь бы ещё чтобы Инварр финал выиграл. Там ему придётся биться с воином сына Ареса, а он сильный боец, — подал голос Крушитель.

— А тебе самому-то не пора готовиться к схватке? — пробурчал Мых и посмотрел на арену. Кхарн уже исчез, но зато там появились четверо мечников. — Сейчас эти клинками побренчат… Да и тебе выходить уже будет пора.

Крушитель в ответ угукнул и слегка испуганно добавил, покосившись на Инварра, едва не вываливающего язык:

— Только мне ничего не надо! Никаких зелий, я так пойду!

— Да никто тебе их и не даёт, — проронил я. — Ты-то оказался поумнее Инварра, тебя никто не отравил. Или просто посчитали недостойным.

Великан нахмурился, пытаясь понять — я его похвалил или, как обычно, припечатал.

Пока великан хмурил лоб, Инварр старался вздыхать тише. Физиономия его покрылась испариной, несмотря на мороз, а шея раскраснелась, будто он из бани только-только вывалился.

— Так, с чёртом нужно что-то делать, — произнёс я, наблюдая за ним. — Мых, проверь, у него, кажись, лихорадка.

Старик тут же подскочил и приложил к мокрому лбу узкую морщинистую ладонь, закрыл глаза и будто прислушался к чему-то внутри чёрта.

— Нет, жара нет, — спустя несколько секунд сообщил он, покосившись на мечников.

Те уже начали бой под рёв публики, моментально забывшей недавнюю драму.

— Прекрасно, хотя бы жара нет. Но выглядит он так, будто вот-вот копыта отбросит, — пробормотал я и оглядел всех в ложе. — Хеймдалль, у тебя есть что-нибудь магическое? Инварра надо вернуть в нормальное состояние хотя бы минут на пять-десять, чтобы он смог на равных биться с сыном Ареса. Есть у тебя какой-нибудь подходящий атрибут?

— Ну, могу только наложить регенерацию, — нахмурился бог. — Но с неё толку мало. Тут нужен кто-то со специфическим атрибутом. Помнишь Гермеса? Он носился так, будто у него шило в заднице. У Гермеса имелся магический атрибут, который поддерживал в его теле бешеную выносливость. Он мог неделями бегать без устали.

— Ну, если за бабами, то ты тоже мог неделями бегать, — иронично сказал я, почесав затылок сквозь спутанные волосы.

— Я никогда за бабами не бегал! — надменно задрал нос асгардец.

— Напомнить? — улыбнулся я.

— Не надо, а то что-нибудь выдумаешь, а мне потом репутацию отмывать, — парировал он и тут же перевёл разговор, посмотрев на старика: — До финала ещё полчаса, может, больше. Твоя побочка… сколько она будет мучить чёрта?

— Не знаю, — пожал плечами тот, поправляя сползающую шубу.

— Так, Мых, может сваришь похожее зелье? Успеешь? Дадим ему прямо перед боем. Рискованно, конечно, но, кажется, другого выхода нет.

Старик нахмурил брови, почесал красный от холода нос и осторожно признался:

— Попробовать могу. Но нужны ингредиенты.

— Хеймдалль, — глянул я на бога, — соблаговолишь сходить и всё прикупить? А то каждый раз, когда я оставляю этих идиотов без присмотра, они обязательно вляпываются во что-то.

— Схожу, — кивнул асгардец и снова посмотрел на Мыха.

Тот быстро продиктовал короткий список, после чего Хеймдалль и несколько охранников без лишних разговоров выскочили из ложи.

А я посмотрел на Инварра, которого уже начала бить мелкая дрожь.

— Запустить бы в него камеру и посмотреть, что внутри творится. Может, там уже органы отказывают? — вслух произнёс я.

— Камеру? — удивлённо поднял бровь Рубака, явно не знакомый с современными технологиями.

— Ага. Камеру. Устройство такое. Как если бы мы запустили внутрь Инварра крошечного художника, который быстро-быстро зарисовал бы все его внутренности. И мы бы поняли, что там у него барахлит.

— О-о-о, — впечатлился Рубака.

Я вздохнул и скомандовал:

— Ладно, давайте ещё раз накинем на Инварра все имеющиеся артефакты регенерации, пока ждем Хеймдалля.

Глава 26

Солнце подбиралось к полудню, глядя на арену. А там снег снова стал красным от крови, смешавшись с подтаявшей землёй. Она влажно чавкнула под ногой Крушителя, вставшего напротив своего противника по полуфиналу. Тот оказался непропорционально широким здоровяком со светло-голубой кожей. Под ней перекатывались такие мышцы, которым бы Тор позавидовал.

У здоровяка даже трапеции оказались настолько вздутыми, что подпирали голову — маленькую, лысую, с щелями глаз, коротким хоботом вместо носа и зеленоватой бородой, похожей на ростки какого-то растения.

Вокруг его широких бёдер была повязана пятнистая шкура леопарда, а навершие молота оказалось выполнено в форме кулака, хорошо хоть не с отставленным средним пальцем.

— Серьёзный противник, — слабым голосом выдал Инварр, глядя из ложи на противника Крушителя.

— А других в полуфинале и нет, — мудро заметил я, потирая подбородок двумя пальцами.

Меня уже начала снедать тревога. Где этого Хеймдалля носит⁈ Ежели он задержится — всему придёт конец.

Ох как я понимаю тех небожителей, которые все пытаются сделать сами. Так гораздо надёжнее. Но всё-таки порой приходится делегировать полномочия. Вот как в моём случае.

— Надеюсь, Крушитель победит, не помрёт, — проговорил Рубака, облизав толстые губы.

— Да, ему нельзя помирать, а то мы нигде такой здоровый гроб не найдём, — невесело сострил я и сам досадливо дёрнул щекой.

Нет, не то у меня настроение, чтобы шутки шутить.

— А какой приз за победу? — просипел Мых, чихнул в ладонь и нахмурился, силясь вспомнить.

— Шлём какого-то бога, — ответил Рубака и впился взглядом в сатира, переступившего копытами на арене.

Он посмотрел на две пары бойцов, замерших под куполами, мягко светящимися жёлтым светом, а потом махнул рукой.

Публика тотчас взорвалась воплями, подбадривая воинов. А те с яростным рёвом бросились друг на друга. Особенно шустрыми оказались Крушитель