Дайте мне меч, и я переверну мир! Том 4 - Стас Кузнецов

получилось, что я в курсе случавшегося. Это большая трагедия и я приношу свои соболезнования по поводу утраты стольких жизней. Убийца — Седрик Тёмный, для продления своего существования в чужом теле — ему нужна была кровь.

— Я попытаюсь объяснить это девочкам мой король…– опустив глаза, неуверенно пробормотала Адель.

Куртизанка сразу смекнула, что такой ответ её девочек совсем не удовлетворит.

— Нет, этого ты им не объяснишь, а только ещё больше напугаешь, — верно угадал все тонкости Леон. — Сегодня мы объявим, что нашли маньяка и он был убит оказав сопротивление страже. Его тело было изрублено и брошено в огонь.

— Мудрое решение, мой король.

Адель просияла, видимо такое объяснение выглядело более весомым и утешительным.

— Я благодарю всех вас! — подытожил Леон. — Впереди нас ждут тяжелые испытания. Я рад, что я и мой народ нашел в вашем лице союзников и что мы можем на вас опереться. Я отпускаю вас для служения великим Богам!

Вскоре зала опустела. Леон встал и подошёл к окну. Долго стоял там, заложив руки за спину, находясь в прострации и погрузившись глубоко в себя.

— Сокол, я до сих пор не понимаю, какого черта я подписался на вот это всё веселье, отказавшись от главного — мести, — тихо начал выговаривать мне Леон.

— Потому что это твоя привилегия по рождению — не сомневаясь ни секунды, ответил я. — Такое твоё предназначение. Судьба, если хочешь. Ты создан, чтобы быть королем.

— Если бы ты был умнее, сокол, и хоть иногда слушал то, что тебе говорят, –вздохнул Леон, садясь в кресло и откидываясь на спинку. — Мне не пришлось бы спасать твою пернатую голову. Эрик, быть королем в такие времена — это не привилегия — это проклятье. И так как ты мне задолжал, тебе придется это проклятье со мной делить.

— Что ты имеешь в виду? — подняпрягся я, боясь, что Леон предложит мне стать соправителем или регентом.

— Ты должен стать моей правой рукой. Моим военачальником и советником.

Я выдохнул. Это мне подходило. Хотя ответственность тоже немалая, но в меру моих сил и возможностей.

— Ну, что ж, заметано! Надо так надо, — не стал отпираться я.

— Ты понимаешь, что нас со всех сторон окружают опасные враги?

— Я все прекрасно понимаю! — дернулся я.

— Два чудовища, которые готовы сжечь весь мир в огне своей ненависти. Эти идиоты братья подумали, что можно, стравив двух монстров друг с другом, выйти из битвы победителями. Этого конечно не могло быть. В войну будут, так или иначе, втянуты все. Нам предстоит много дел, сокол. Укрепление границ и главное собирание наших союзников. Необходимо не дать нашим врагам переманить герцогов и лордов на их сторону — это все не просто, Эрик.

— Да, Леон, я это понимаю! Не совсем дурак! — меня реально подбешивал его нравоучительный тон. — Вектор ясен: всех убедим, всех победим.

Леон посмотрел на меня, как на дебила.

— Вот о том мы с твоим отцом сегодня и говорили, — тяжело вздохнул Леон. — Ты не готов. Ты просто чистый лист.

Я наклонился и потребовал.

— С этого места по подробнее.

— Понимаешь ли ты, Эрик, почему ты при всей своей силе, талантах, интуиции и прочих уникальных способностях проигрываешь Варду во всем? — сделав встречное движение и наклонившись ко мне, так что наши лбы соприкоснулись, спросил Леон.

Удар как говориться был ниже пояса. Только что проклятая ведьма Амадей сравнила меня с этим уродом и тоже не в мою пользу, а сейчас ещё и Леон подливал масло в огонь, как будто знал, куда бить.

— И? — процедил я

— У тебя нет ни его знаний, ни его опыта, ни выдержки в конце концов.

Ну, про выдержку Леон зря сейчас упомянул. Выдержка меня просто добила. Я вскочил. Меч сам собой упал мне в руку.

— Вот о том и речь, — вздохнул Леон, вставая и материализуя свою фалькату. — И как ты с таким вспыльчивым характером будешь вести переговоры с нашими потенциальными союзниками?

Я и сам уже понял, что хвататься за железяку было глупо, однако идти на попятную было теперь уже поздно. Мы сошлись. Удар, другой и фальката оказалась у самого моего горла.

— Еще раз! — потребовал я.

И снова заблестел металл в свете падающих лучей. Удар, поворот. Удар, шаг в сторону и снова фальката готова изрубить мне живот.

— Пять минут боя, а ты уже весь мокрый. Выдержка, Эрик! Ты должен быть спокоен, как твой меч. Эмоции — это всегда проигрышная позиция.

Леон спрятал фалькату и, повернувшись ко мне спиной, налил себе стакан воды из хрустального графина. Леон взял стакан и вновь уселся в кресло, маленькими глоточками цедя воду. Я тоже спрятал меч и. налив себе воды, выпил стакан залпом.

— Ты просто надавил на больную мозоль, — неохотно попытался объяснить я, усаживаясь напротив Леона. — А так, я могу держать себя в руках.

— И это сразу становится всем видно, что вот сейчас Эрик Герберт старательно держит себя в руках, — усмехнулся Леон. — Умей признавать свои слабости, только так их можно побороть. Второй момент, Эрик, заметил ли ты, что вся знать от герцогов и лордов до служителей Богов, тебя и в грош не ставит, несмотря на то, что и Треликий и Аве одарили тебя всеми возможными дарами. Люди до сих пор считают, что боги совершили ошибку и ты самозванец.

— Это их дело, пусть, что хотят то и считают! — зло процедил я.

Опять Леон задел за живое. Реально меня и в грош не ставили, этого не заметить было просто невозможно.

— Вот опять двадцать пять, — вздохнул Леон. — Они нужны нам как союзники и должны считать не как они хотят, а как хотим мы.

— И что я должен сделать по-твоему, оторвать им головы и пришить новые? — нетерпеливо дернулся я.

— Нет, ты должен им доказать, что ты не чужак, а «свой», что ты не просто равный им, а превосходишь их!

— И как я это сделаю⁈ Пойду всех вызывать на поединок⁈

— Как вариант, — не стал возражать Леон. — Но есть способ получше. Мы с твоим отцом и братом Лесли посовещались и решили, что тебе нужно поступить в Академию Триликого.