Корпорация Алиса - Айлин Лин

знать в деталях, как мы тут очутились. Каковы правила пребывания в Варге? Что именно вы добываете в недрах земли? Есть ли возможность выбраться на поверхность? И что для этого необходимо сделать?

Глава 4

— Ты не Алиса, — выдохнула вдруг Элла. — Она никогда так не разговаривала. Была тихой, молчаливой, боялась собственной тени.

Хоггейн помалкивал, лишь ненавязчиво обхватил рукоять кинжала, висевшего в ножнах на поясе.

— В таком случае кто я? — заинтригованно покосилась на женщину, мне было по-настоящему интересно узнать ответ. Бывшая экономка прижала натруженные ладони к губам и смотрела на меня, широко распахнутыми голубыми глазами. — Ведь можно как-то проверить? Ваш обет на крови завязан на род Асбйорн. Если я не Алиса, то и клятвы больше быть не должно, верно? И ещё, а как хорошо вы знали эм-м, меня? С рождения растили?

— Клятва завязана не только на кровь, но и на дух Асбйорнов. Проверить можно, — вместо Элли прогудел Хогг. И, выхватив кинжал, сделал надрез на своей ладони. — Позвольте вашу руку, — попросил он, и я молча приподняла левую руку. Мужчина уколол мой указательный палец и капнул на свой довольно-таки внушительный и глубокий порез. Стоило моей крови коснуться его раны, как комнату озарил яркий свет, я даже зажмурилась ненадолго. А затем, проморгавшись, уставилась на невероятную картину: ни царапины на конечности телохранителя, даже кровь исчезла, только на полу остались разводы.

— О-о. — пробормотала я и поглядела на маленькую ранку на подушечке пальца. — А у меня не зажило, — констатировала я. — Так и должно быть?

— Да, так правильно. Не волнуйтесь, прокол затянется.

— Ага, это понятно. А ещё ясно, что я всё же Алиса.

— Да. Простите, госпожа, — прошептала Элла, присела прямо на дощатый пол и накрыла мою ладонь своей. — Что-то произошло с вами из-за удара головой. И, отвечая на ваш вопрос, скажу: с семи лет вы большую часть времени жили в закрытом пансионате для девочек. Господин Джейкоб… он…

— Говори, как есть, — попросила я, подталкивая женщину продолжать.

— Ваша матушка умерла родами. Дала жизнь вам, сама почила. А он боготворил леди Оливию, винил вас в гибели любимой женщины… С каждым годом вы становились всё больше на неё похожи, и хозяин не выдержал, сослал вас с глаз долой на край королевства. У вас там всё было, вы ни в чём не нуждались.

— Но не было главного. Любви родителя, — припечатала я. Но все эти новости почти меня не тронули. Джейкоб и Оливия. Что я чувствовала к ним? Раздражение вызвал лишь этот герцерг, а точнее, его позиция к единственному ребёнку. Лучше, конечно, не давать волю воображению и не нагнетать. Но моё нутро остро отреагировало на вопиющую несправедливость в отношении Алисы, то есть меня.

— За три месяца до переворота вас привезли в родительский дом. Вы предпочитали проводить время в саду или в библиотеке. Я полагала, что вы от природы замкнутая и немногословная.

— Может, я умело притворялась? — изогнула левую бровь я. — Осматривалась, оценивала вас. Не думали об этом?

Элла извиняющееся покачала головой:

— Нет, простите…

— Хорошо, с этим разобрались, — и внимательно посмотрела на Хогга.

— У нас была разрешительная грамота, дозволяющая находиться на землях Дрэйхов. Но лишь сильный отряд позволил бы нам пересечь их территорию без проволочек. Увы, у нашей троицы такого подспорья не было, оттого шли, как и положено, в предрассветные часы, — начал рассказ мужчина, — но Эмму укусила змея. Пока я вскрыл рану, высосал яд, дал противоядие, время ушло. И спрятаться, чтобы пересидеть день и часть ночи в убежище, мы не успели. Потому оказались пойманными. Документы, оружие и монеты — всё забрали воины Дрэйхов. Нас отправили сюда, отрабатывать долг.

— Интересно, какой? — нахмурилась я, хотя уже догадалась, о чём пойдёт речь.

— По официальной версии, за то, что путешествовали по их землям без разрешительных документов. Их, кстати, на наших глазах и сожгли, развеяли по ветру. Теперь мы обязаны отработать всё по договору в течение года. А дальше наше дело будет пересмотрено и, возможно, нам дадут свободу.

— То есть никогда, — я невольно зло поджала губы.

— Можно всё ускорить, если сдавать повышенную норму сырья, — прозвучало не очень обнадёживающее.

— Ага-ага. Тут все такие, как мы должники?

— Да, практически все. Некоторая часть — коренные обитатели. Здесь народ живёт чаще всего целыми семьями или же заводят их (семьи) будучи тут. Варг — город добытчиков драгоценных энергетических кристаллов, их ещё называют мэгтиг-стайн (мощь-камень). Эти кристаллы бывают разного назначения, они питают всё в этом городе: освещение, варочные плиты, греют воду, на их силе работают насосы, качающие воду из подземных источников. Думаешь, в нашей печи горят дрова? Не-ет. Там пылает фламмэр, кристалл-пламя. Его силы хватит на неделю, потом он рассыплется и превратится в труху.

— То есть кристаллы нельзя подзарядить?

— Нельзя.

— Ага, интересно. Это, получается, творение природы? Не артефакты?

— Да, именно. Но есть кристаллы, дающие энергию на несколько десятков лет. Очень редкие и стоят немыслимо дорого. Кристаллы отличаются по цвету. Это основное, потом ещё есть прозрачность, размер и так далее. До активации их можно огранить, придать нужную форму; соединить вместе при помощи специальных веществ или иных приспособлений. Лучше, если кристаллы пройдут через чрево слизней.

— Кого? — изумилась я.

— Специальные черви, обладающие силой земли. Они влияют особым образом на мэгтиг-стайн, как-то усиливают их, продлевают сроки эксплуатации. Фермы слизней располагаются на втором уровне, за ними ухаживают женщины и дети, проводят там определённые часы по графику, и днём, и ночью.

— Почему мы с Элли тут?

— Потому что я работаю за всех нас. Приношу кристаллов в три раза больше иных. И большинство добытых камней цельные, с минимальными сколами.

— Ясно, — кивнула я и задумчиво посмотрела на экономку: она как раз раскладывала тесто по двум прямоугольным формам. — Мы плавно подошли к правилам жизни здесь, да?

— Да. Выполняешь норму, бесплатно получаешь кристаллы для своих нужд. Перевыполняешь, очки идут в счёт твоего долга Дрэйхам, и однажды ты сможешь выбраться отсюда на свободу.

— Но это нереально, так?

— Никто и никогда не сможет реализовать тот план, что указан в контракте. Да люди и не пытаются. Их