Развоплощенный (СИ) - Мархуз

— А пистолетные патроны тоже нового типа?

— Да, есть совершенно новые, но они также дороже, — продавец аж съёжился, опасаясь что его или облают, или по шее настучат.

Народ на Западе не любит «подороже», ему хватает «то, что есть». Однако скандалить я не стал, а тупо закупил новых патронов побольше, заодно и для наших «шарпсов». Да, теперь Джорджа потренирую, а для стрелковой подготовки нужны россыпи, а не горстка «аммо». Впрочём при нашем богачестве расходы на обеспечение собственной безопасности незначительны. Только придурки экономят на своём здоровье или жизни. Хотя в той же России скорее какой-нибудь молоденький офицер сэкономит именно на боеприпасе, чтобы потратиться от всей души на дорогущую безделушку для какой-нибудь дамы. Понты для них дороже!

День потратили не зря, а вечерять отправились в гостиничный ресторан. Джордж не хочет в салуны заглянуть и правильно делает.

— Мало ли какие старые знакомые попадутся, — разумно подчёркивает он опасность неожиданных встреч.

Зато в ресторане всякие вальяжные лица на нас таращатся. Бритая часть лица не покрыта загаром, так что однозначно выделяемся внешностью. Вон, одного послали с целью познакомиться с дотоле неизвестными визитёрами. Понятно, что в городишке все друг друга знают, а любое новое лицо всё-таки развлечение среди рутины.

— Джентльмены, разрешите представиться, Пол Вермонт, торговец редкими товарами.

— Я — Эндрю Изборски, а это мой компаньон Джордж. Как раз заинтересованы в редкостях. Например, собираемся заняться не просто мехами, а с Камчатского полуострова. В Европе они считаются самыми лучшими среди подобных, а как у вас?

— Очень приятно, мистер Изборски, сразу видно что вы знаете толк в редкостях. Я, правда, больше специализируюсь на технике и новинках прогресса.

Да, чуток промахнулся, но ничего страшного. Сейчас удивлю его малёхо, а заодно и своего приятеля.

— Мистер Вермонт, рад вашему направлению. Вы слышали, что Александер Белл вот-вот запатентует свой «телефон»? Очень удобное средство для общения на расстоянии, с годами весь мир охватит.

— Нет, пока не слышал, а как оно действует?

Джордж внимает молча, но не пропускает ни одного словечка. И действительно несколько ошарашен моими откровениями.

— Примерно так же, как телеграф, только специальное устройство преобразует звуки человеческой речи в электросигналы. А на приёме происходит обратное преобразование.

— Извините, мистер, но тогда появляется возможность не переписываться, а… переговариваться. Я правильно вас понимаю?

— Именно так. Когда-то подобное устройство создал некий итальянец Меуччи, проживавший в Америке. Кстати, друг сеньора Гарибальди, знаменитого революционера. Так этот Меуччи не только создал сиё устройство, но и установил ближайшим соседям, чтобы поговорить иногда. Кажется в конце 50-х, я лишь читал о нём в библиотеке.

— Почему же оно неизвестно до сих пор, господа?

— Обычная история, мистер Вермонт. Итальянец работал костюмером в театре, а электротехникой занимался лишь как хобби. Вот и не придал значения эпохальному изобретению.

Сам удивлён тому, как мне в рот заглядывают собеседники, а люди, сидящие за соседними столиками, даже притихли, вслушиваясь в мою речь. Неужели это настолько интересно, что у них перебило аппетит?

— Поразительно, мистер Изборски, я обязательно свяжусь со знакомыми инженерами с Востока. Это же совершенно эпохальное изобретение и его нельзя пропустить.

— Эх, ценнейшие новинки требуют своих инвесторов, но мало кто готов вкладываться в неизвестное и непонятное. Я именно поэтому сконцентрировался на мехах, чтобы иметь возможность вложиться в очень выгодные разработки. Дополнительные финансы сами не придут, ха-ха-ха.

Зачарованный Пол скрипел мозгами, чтобы определиться с отношением ко мне.

— Извините, у вас столь необычная фамилия. Кроме того, создаётся впечатление что вы имеете университетское образование.

— Я русский, внебрачный сын князя Изборски. Сами понимаете, что родственники не заинтересованы во мне. Вот и путешествую, чтобы самого себя создать в итоге. Да, имею хорошее образование, но не более.

— Печально. А мы смогли бы с вами встретиться завтра? Вдруг вы ещё о каких-нибудь изобретениях знаете, которые пока неизвестны публике? Заодно, посмотрите у меня в салоне различные новомодные товары.

Я согласился, так как и сам хочу определиться с нынешним уровнем инноваций. Вдруг что-нибудь подскажу как усовершенствовать. Высокоумный трындёж иногда помогает в установлении связей. Кроме того, мне нужен хоть какой-нибудь документ. Лучше всего получить американский паспорт, а на его основании можно будет и российский спроворить. Здесь, как я понял, паспорта нужны лишь тем, кто хочет голосовать на выборах. Остальным он по барабану. Ну или до одного места.

Вернувшись в наш двухместный номер я сразу подвергся небольшому допросу.

— Бабун, а ты правда Эндрю? Если что я подтвержу где надо, но не хотелось бы лгать лишний раз.

— Джордж, да какая разница, если у меня нет ничего, подтверждающего личность, даже выписки из церковной книги. Вот и пробую использовать момент доброжелательности, чтобы обзавестись хоть каким-то документом.

— Тогда я тоже хочу получить паспорт. Тем более, что у меня есть выписка из церковной книги.

Вот и переобули наши ближайшие планы на ходу. А ведь собирались уехать из Оаквуда через два-три дня, чтобы не светиться там, где неподалёку нагадили.

Глава 4

Глава четвёртая

Мы пересеклись с нашим новым знакомцем за завтраком.

— Мистер Изборски, сэр, я вчера после вас навестил одного своего друга. Он специалист по европейским вопросам. Извините за любопытство, но когда я назвал то, что вы упомянули, мой друг удивил меня. Слово «кназ» оказывается означает высокий русский титул, соответствующий европейскому титулу «герцог». Позвольте мне называть вас «сэр», а не «мистер».

— Как вам будет угодно, мистер Вермонт, но здесь, в Америке, демократия и титулы ничего не значат на мой взгляд. Да и какой я «дюк», если не имею домена, ха-ха. И живу, как простой человек, оценивая других по деловым качествам, а не по сиятельному списку предков. По-моему, каждый представляет из себя то, чего достиг, а прошлые заслуги предков не важны, честно говоря.

Собеседник удивился и кажется восхищён тем, что я не высокомерен, а наоборот разумно прост в общении. Джордж тоже удивился, осознав что кровавый убийца, оказывается, является существом высоких кровей. По крайней мере, он больше не называл меня «бабуином», перестроившись на «эндрю».

— Если вы не имеете каких-нибудь планов на утро, мы можем посетить мой салон. Мне очень интересно ваше мнение о новинках.

— Хорошо, мистер Вермонт, так и сделаем.

Добродушный хозяин доставил нас на своей коляске в личное инновационное царство, где довелось увидеть множество малоинтересных для меня устройств. Конечно, все эти усовершенствованные косилки и ткацкие станки полезны, но какие-то древние на мой взгляд. И это понятно, потому что супер-пуперство второй половины девятнадцатого века напрочь устарело к двадцать первому, оставшись в своеобразном «прошлом тысячелетии».

— Честно признаюсь, что всё это полезно и необходимо. Увы, но я ничего интересного лично для себя не нашёл, — подсекаю аккуратно, чтобы добыча не сорвалась с крючка преждевременно, — наверное это потому, что имею интерес в несколько иной сфере.

— Объясните, если не затруднит. Здесь есть даже устройства, которые только-только начали изготавливать.

— Дело в другом, мистер Вермонт. Позвольте привести пример. В 40-х годах в России в регионе Уральских гор работал специалист по металлургии, некий господин Аносов. Если вы сталкивались с добычей золота, а именно золотого песка и самородков, то обратили внимание на одну странность. Из золотоносного песка добывают песчинки золота. Это называется «золотым песком».