Мент. Одесса-мама (СИ) - Дашко Дмитрий

— Михаил — да?

— Михаил, — подтвердил он.

— Отлично, Михаил! К тебе тоже будет маленькое поручение…

Я двинул ему так, чтобы как минимум сломать челюсть, а затем, окровавленного и обезумевшего от боли, связал так, чтобы тот и пошевелиться не смог.

Полюбовавшись работой, снова повернулся к Нейману.

— Теперь можно ехать.

— Я не умею водить авто, — предупредил он.

— А, переживаете насчёт вашего водителя⁈ — догадался я. — Он почти в порядке. Ему повезло гораздо больше, чем этой парочке.

Мы вышли из дома и направились к автомобилю. Шофёр ещё не очухался, и мне пришлось немного потрясти его за руку.

— Слышь ты — водила! Вставай, пора баранку крутить!

Он приоткрыл глаза и застонал.

— Да ну — не придуривайся. Я ведь не так уж и сильно тебя приложил. Голова поболит, не без этого, но ты таблеточку попьёшь потом и поправишься.

Наконец на его лице появилось более-менее осмысленное выражение.

— Слава богу! Заводи коломыгу — поехали! Генрих Оттович, попросите вашего шофёра, чтобы он вёл поаккуратней. Вы ведь своими глазами видели, как я поступаю с теми, кто плохо слушается…

Я нарочно посадил Неймана рядом с шофёром, так было легче контролировать его. К счастью, прибегать к крайним мерам не пришлось, и Генрих Оттович и шофёр глупостей не совершали. К этому моменту Нейман окончательно записал меня в маньяки и психи и стал бояться как огня. Даже наоборот — это я всю дорогу переживал, как бы коминтерновец в штаны не наложил с перепугу. Мне было надо, чтобы он выглядел и вёл себя максимально естественно, когда буду забирать Настю.

Мы подъехали к воротам санатория. Шофёр заглушил мотор.

— Пойдёмте, Генрих Оттович. И ради вас же самих — не вздумайте напортачить! — предупредил я.

— Да-да! — закивал он.

В номере Насти не было, нам сказали, что она гуляет в парке.

Мы с Нейманом отправились туда.

Настя бродила по пустынному и холодному парку в сопровождении девушки примерно её лет, низкорослой и при этом широкоплечей и крепкосбитой. Чем-то спутница напоминала гномих из фэнтези.

Увидев меня, Настя радостно воскликнула и побежала навстречу. Удивлённая гномиха посеменила вслед за ней.

Мне очень хотелось забыть обо всём, крепко стиснуть жену в объятиях, но сейчас я не мог позволить себе этой заслуженной радости. Ещё ничего не закончилось.

Она узнала Неймана.

— Генрих Оттович… Спасибо что привезли моего мужа!

— Я ведь обещал, — выдавил из себя улыбку он.

Настя поцеловала меня.

— Милый! Я так по тебе соскучилась!

— Я тоже ужасно-ужасно соскучился! Солнышко, у тебя пятнадцать минут на сборы…

— А что — разве мы тут не остаёмся? — изумилась она.

— Увы! Начальство не отпустило. Ничего, приедем сюда в другой раз. Например, летом…

— Хочешь, я поговорю с Трепаловым, и он даст тебе отпуск?

— Не надо, родимая! Я уже пробовал. Не поможет.

Гномиха подошла, остановилась рядом с нами, вопросительно вздёрнула подбородок. Нейман кивнул ей, и она расслабилась.

— Жора, познакомься — это Соня, моя новая подруга! — представила её Настя. — А это — мой муж.

— Ваша супруга много рассказывала о вас. — выдавила Соня.

— Надеюсь не о том, как я храплю во сне. Приятно было познакомиться, Соня!

Мы направились к выходу из парка. По пути я оглянулся и увидел, как к Соне подходят двое крепких ребят в штатском, в которых мне удалось распознать сотрудников МУУРа.

Ну, а возле автомобиля меня ждал и другой сюрприз. Водителя в ней не было, на его месте сидел улыбающийся во все тридцать два зуба чекист Боря Райнер.

Глава 5

— Георгий Олегович, Анастасия Константиновна! — поприветствовал нас он.

Настя удивлённо посмотрела на него.

— Здравствуйте! А разве мы знакомы?

— Заочно. Мы в некотором роде коллеги с вашим супругом.

Я не знал степень вовлеченности Бориса в происходящее, события закрутились так, что он мог относиться к любой из противоборствующих сторон.

— Здорово, Борь! Какими судьбами⁈ — спросил я, настраиваясь на любое развитие событий.

Вдруг он приехал сюда, чтобы меня арестовать?

Чекист словно прочитал мои мысли.

— Жора, расслабься! Это тебе от Трепалова. — Он протянул мне сложенный вчетверо листок бумаги.

Я взял его и развернул. Это была записка от Александра Максимовича, в которой тот приказывал мне в интересах дела беспрекословно подчиняться товарищу Райнеру.

Изучив её содержимое, а аккуратно разорвал записку на мелкие клочки.

— Борь, а почему ты, а не кто-то из наших?

— Ну… после того, как всё завертелось, сам понимаешь, каждый из твоих коллег сейчас под пристальным наблюдением. Трепалов посчитал нужным подключить нас к игре. Там было написано, чтобы ты выполнял мои приказы?

— Нет.

— Жора!

— Хорошо. Было.

— Тогда предлагаю тебе и твоей очаровательной супруге следовать за мной. Нас ждёт автомобиль.

— А что делать с этим? — показал я на коминтерновское авто, а затем кивнул на ошарашенного Неймана.

— С этим разберутся мои люди. Не грузи себя лишними заботами.

Он ещё раз посмотрел на Настю.

— Ваш супруг наверное сказал вам, что у него куча дел и он должен срочно бежать на работу?

— Другими словами, но смысл приблизительно такой, — кивнула Настя.

— Так вот: Георгий Олегович пошутил. На самом деле он будет рядом с вами. Только придётся переехать в другое место, но вам там понравится — честное слово! Я даже вам завидую белой завистью: тихо, спокойно, уютно… А какая красота вокруг! Закачаешься! — затараторил Борис, заговаривая Насте зубы.

Новой локацией для нас стал небольшой и действительно уютный домик, в котором нас ждала… Степановна.

Я удивлённо посмотрел на Борю, тот горделиво вскинул подбородок.

— Мы же обязаны позаботиться о всей твоей семье! И да — здесь вам будет безопасно. Отдыхайте на здоровье, гуляйте, наслаждайтесь природой — только ради бога в город не выезжайте. Иначе сорвёте всю игру.

— И долго мне вот так? — задал важный вопрос я.

— Не знаю, Жора! Просто не знаю. От меня здесь ничего не зависит, — признался он, и я сразу понял: Борис не шутит.

Пока женщины обустраивались и хлопотали на кухне, мы вышли с ним на улицу поговорить.

— Как оно вообще всё?

— Завертелось со страшной скоростью. Тебя не опознали, есть только словесный портрет, но можешь мне поверить — под него половина мужчин в стране подходит.

— И всё-таки, что будет с Нейманом? Он видел, как ты меня встречал. Если окажется на свободе, побежит к Радеку.

— К Радеку он точно не побежит. Думаю, сегодня вечером или завтра в лесу найдут сгоревшую машину, а в ней пару изуродованных трупов. Автомобиль из гаража Коминтерна, трупы опознают как товарища Неймана и его водителя.

Видя как я нахмурился, он пояснил:

— Само собой, никого убивать не будут. Мало ли бесхозных трупов в моргах Москвы… А Нейман пока посидит у нас, ему точно есть, что рассказать нашим следователям.

— На даче я оставил ещё двух его людей: одного раненного, другому больше повезло — я его только связал.

— Так это хорошо! Они и подтвердят, что это ты увёз Неймана, чтобы забрать свою жену. Ну, а потом ликвидировал и подался в бега, — обрадовался Боря.

Он достал из кармана галифе часы, открыл крышку и посмотрел на циферблат.

— Всё, Жора! Извини — больше оставаться с тобой не могу. Дела. И да. Насчёт продуктов — вам их будут привозить раз в два дня.

— Если произойдёт что-то срочное — как я смогу с вами связаться?

— А вот это уже лишнее, Жора! Не надо ни с кем связываться. Игра идёт серьёзная, и тебе лучше не отсвечивать до поры до времени, — предупредил чекист.

Мы пожали руки, он сел в автомобиль и уехал, а я вернулся к своим женщинам.

— Ой, а где Боречка⁈ — удивилась и похоже расстроилась Степановна.

— Это я в отпуске, а Боря на службе. У него дела, — сообщил я. — Что у нас на ужин? Я голодный как волк!