Электричка в Буслаевку - Владимир Анатольевич Тимофеев

По обе стороны железной дороги — лес. Довольно густой и… я бы сказал… неухоженный что ли? Не чувствуется в нем паркового колорита, присущего большинству пригородных пикниковых угодий. Уверен, сюда не ходят «туристы», не собираются шумные компании с неизменным мангалом для шашлыка и горячительными напитками, и даже ягодники и грибники нечасто балуют присутствием эти места. А если и забредают в чащобу, то только по крайней нужде. Например, чтобы срезать угол, когда куда-то спешат. Да и то — с опаской. Заблудиться здесь, по-моему, легче легкого. Хотя я, возможно, просто сгущаю краски, и всё не так страшно, как кажется.

На той стороне железки лес реже, даже прогалины попадаются, и кусты у опушки повырублены — видимо, это «полоса отчуждения». Типа, чтоб партизанам жизнь сахаром не казалась (три раза «ха-ха»). А вообще, путейские заморочки везде одинаковые. Содержать магистраль в рабочем состоянии — занятие муторное и затратное. Проблемы с обслуживанием и ремонтом надо решать загодя. Так что пустое пространство вдоль рельсов — не блажь, а жизненная необходимость…

Отхожу от информационного стенда и направляю стопы к «рыночной» площади. Она расположена за вокзалом. «Торговые ряды» здесь и вправду имеются. Только какие-то куцые. Метров десять прилавка, прикрытого от дождя и солнца полотняным навесом. И всего две продавщицы. Одна торгует булочками-пирожками, вторая — напитками. Негусто, однако.

К продтоварам решаю пока не прицениваться. Останавливаюсь на краю площади. С любопытством осматриваюсь. Тут ведь не только торговля, тут еще и транспортный «хаб».

На отсыпанном гравием пятачке шесть разнокалиберных экипажей. Три — натуральные телеги, запряженные… нет, не лошадками, а… быками. Или волами. Я их по внешнему виду не различаю, но, раз вымени нет, значит, не коровы. Ездовая скотина не мычит и не телится. Жует потихоньку «траву» (или «жвачку» — бог весть, как это по-научному называется) и сонно смотрит на суетящихся вокруг гуманоидов. А те, знай себе, закидывают в подводы вещички и одновременно торгуются с возницами-хитрованами. Тяжелый и негабаритный груз, как я понимаю, идёт отдельным тарифом — по чешуйке за место. Пассажирское стоит столько же. Основная задача обеих сторон — не переругаться вдрызг. Определять степень негабаритности приходится на глазок, а глазомер у всех разный. У «таксиста» любая шкатулка превращается в огромный сундук, а у клиента наоборот — здоровенный мешок, словно по волшебству, становится маленькой дамской сумочкой…

Слушать перепалку и разглядывать деревенскую экзотику достаточно интересно, но все же не до такой степени, чтобы забыть обо всём. Внимание привлекают и другие транспортные средства, стоящие рядом с телегами. Я таких никогда не встречал. Крепкий дощатый «кузов» с открытым верхом, высокие борта, лавки вдоль них, восемь колёс размерами почти как у БТР, только без шин, но зато с обрезиненными ободами и вроде бы на рессорах. Под днищем какие-то приводы и валы… Конструкция по виду довольно мощная, грузоподъемность… ну, не знаю, тонны, наверное, три или около. В каждую суперколяску вмещается человек двадцать со скарбом. Плюс сидящий на облучке водитель. Перед ним руль-штурвал, сбоку несколько рычагов. Животные в повозки не запряжены — выходит, это «самобеглые экипажи». Только двигателей почему-то не видно. Так же как и топливных баков…

Минут через пять посадочная суета заканчивается, и первая из «колясок» трогается с места.

Шума моторов не слышно.

Они что, тоже на электрической тяге, как поезда? Но тогда у них должны быть «могучие» аккумуляторы, масса которых сравнима с грузоподъемностью, и заряжать их нужно черт знает сколько…

М-да, странный какой-то сон. Странный и непонятный. Сказочное и привычное в одном флаконе. Причем, настолько реалистичное, что просто не может быть правдой. Видимо, я сейчас действительно сплю, а та несуразица, с которой сталкиваюсь, не более, чем игра. Плод больного воображения. Своего рода «субъективная реальность, данная нам в сновидениях»…

Повозки, одна за другой, вырулили на уходящую в лес дорогу. Пассажиров на транспортном пятачке не осталось. Зато остались следы жизнедеятельности тележных «двигателей» — десяток воловьих лепешек. Впрочем, их достаточно быстро убрали. Какой-то мужик выкатил на площадь тачку, собрал лопатой навоз и увез его за платформу.

«Хозяйственный, — невольно подумал я. — Будет теперь, чем огород удобрять».

У меня самого ни дачи, ни огорода не было, но кое-какими познаниями в этой области я обладал. Поверхностными, конечно. Землю копать могу, картошку «похоронить» — тоже, а что делать с ней дальше, окучивать, например, или с вредителями бороться — дуб дубом.

Проводил взглядом удаляющуюся кавалькаду и не спеша направился к «торговым рядам».

Лишних глаз нет. От шопинга никто отвлекать не будет.

Продавщицы смотрели на меня с интересом. Ну а что? Делать им сейчас нечего, почему бы и не развлечься. Обе выглядели достаточно колоритно. Такие крепенькие, румяные, ну прямо кровь с молоком. Словно с картинки сошли. Живая реклама здорового деревенского быта. И одеты нарядно. Сарафаны, косынки, цветные переднички… косы толстенные. Только у той, которая с пирожками, волосы темные, а вторая — блондинка. Причем, натуральная. Не в том смысле, что дурочка, а в том, что некрашеная.

— Чего со всеми-то не поехал? — смешливо спросила чернявая.

— Экономный, наверно, — хохотнула напарница. — Пешочком-то завсегда дешевле.

— Ага. Пять верст отмахаешь, вот тебе и чешуйка на пирожок.

— Да не. Он по тропинке пойдет. Там всяко поближе.

— Правильно. Но сперва подкрепиться. Дорога-то дальняя.

— Точно. И кваску на дорожку, — поддержала подругу блондинка.

Я мысленно усмехнулся. Дамочки, хоть еще молодые на вид, а как вести себя с покупателями, уже знают.

— Звать-то вас как, красавицы?

— А как мамка с папкой назвали, так и зовут, — рассмеялась «светленькая». — Тамара я, стало быть.

— А я Марина.

— Ну а я Василий. Вот и познакомились, — улыбнулся я сразу обеим. — С чем пирожки-то, Марина-джян?

— С яблоками, картошкой, капустой. Есть с ягодами. Эти с малиной, вон те с крыжовником, — принялась перечислять та. — А вот еще с земляникой. Я ее сама собирала. И пекла тоже сама. Ну, то есть, с мамой вместе. Все хвалят. Говорят, что вкусные.

— А с мясом есть?

— С мясом закончились, — погрустнела девушка. — Дядя Охрим обещал к этому поезду подвезти, но вот… — она развела руками, — видимо, только к следующему. Там много народа выходит.

— А когда следующий?

— Из Малино через час, кольцевой через полтора, — ответила за подругу Тамара и тут же дала совет. — Бери с земляникой. Они у Маринки и вправду вкусные. Пальчики оближешь и добавки попросишь.

— Ну, хорошо. Почем они там?

— Чешуйка за штуку.

— Тогда один с земляникой.

Я вытащил горсть монет. Совершенно случайно среди