Кровь дракона (СИ) - Рысев Александр

Это было совершенно невозможно, противоречило всем законам физики. Не может такой удар иметь в себе столько силы, неоткуда ей взяться. Но это было ещё не всё. Занеся руку с оружием вверх, наёмница вновь повторила свой трюк. Моё левое плечо обожгла боль, атака была с абсолютно непредсказуемой стороны и снова осуществлялась практически без замаха.

Мне пришлось отскочить, выпуская соперницу из клинча и серьёзно осложняя себе жизнь, но иного варианта я не видел. Что это вообще за дерьмо такое? Не движется так оружие, такие вот удары — полностью лишены смысла, потому что в нормальных условиях не могут быть эффективными.

— Что, испугался, мальчик? Правильно, теперь мы играем как взрослые люди — по-крупному, — Сабира хищно скалилась, глядя на меня и готовясь к очередной атаке.

И тут меня окатило ледяной волной понимания. Ртуть. Сердечник её оружия, как и у меня, был на ртутной основе. Вот о чём говорил мне старик Смит… Именно благодаря этому жидкому металлу, который она заряжает силой и постоянно меняет центр тяжести, у неё и выходят такие удары.

Я-то, не имея опыта использования силы таким образом, просто держу сердечник своего клинка в стабильном состоянии, а вот она продвинулась в этом искусстве намного дальше. Но, что очень плохо, теперь я полностью уверен — мне не победить в этой схватке, Ник был прав.

Овладеть таким навыком я никак не успею, через несколько минут она меня уже убьёт, а противопоставить такой тактике мне попросту нечего. Нужно как-то уходить, но вот отпустит ли она меня — это уже большой вопрос.

Я окинул взглядом окружающую обстановку. За всё время нашей схватки мимо не проехало ни одной машины. Все водители, завидев два сияющих вуалями силуэта, сразу разворачивались и гнали куда подальше. Видимо, горожане были привычны к разборкам одарённых из банд и синдикатов.

В сотне метров от нас было здание автосалона. Десяток гвардейцев из рода, которому принадлежала эта постройка, рассредоточились по его периметру, держа наготове оружие, которое им, на самом деле, не сильно-то и поможет. Но они были спокойны и равнодушны. Скорей всего, ждали подкрепления и не имели намерения вмешиваться.

В паре сотен метров от места нашей стычки дорога переходила в навесной мост, метров десять высотой. Под ним то и дело сновали машины. Кажется, это и есть мой единственный путь отхода. Резко развернувшись, я длинными прыжками кинулся в ту сторону, в любой момент готовясь отразить атаку Сабиры. Сейчас моя задача — это постепенно вывести её на мост, а там уже буду действовать по ситуации.

Мне удалось продвинуться совсем немного. Уже спустя метров пятьдесят наёмница настигла меня и попыталась ткнуть в спину мечом. Я успел отскочить, но вот что делать дальше — не знал. Разворачиваться к ней спиной — нельзя, опять сближаться и придерживаться намеченного ранее плана на бой — тоже. Как противодействовать её неестественным, коротким ударам с вращением — я пока не придумал.

Решил не спешить и отдать инициативу противнице. В обычной ситуации — это было бы ошибкой, но иных вариантов я не видел. Она не заставила себя ждать и кинулась в мою сторону, в прыжке вращая своим оружием. В этот момент я почувствовал изменения в своих ощущениях. Раньше мне приходилось прибывать в так называемом «состоянии боевого транса», когда ты перестаёшь воспринимать окружающий мир, своё тело, эмоции, и весь фокус внимания обращается только на противника, но на этот раз оно было ещё более необычным.

Время растянулось, воздух стал тяжёлым, меч в руках Сабиры двигался быстро, но я уже мог различать его перемещения. Единственное, что осталось прежним — это моё сердцебиение. Мотор в грудной клетке стучал о рёбра, напоминая о себе даже сквозь пелену отрешённости. Ох, чувствую, это мне ещё аукнется потом… Ну если выживу, конечно.

Я смог выбрать подходящий момент и атаковал сам. Когда она была от меня уже в десятке сантиметров, я оборвал очередной взмах её клинка, зацепив своим выпадом её кисть, и тут же отпрыгнул назад.

Такой же манёвр я проделал ещё трижды, но потом Сабира замерла. Кажется, она теперь по-настоящему разозлилась, ведь мне удалось превзойти её в скорости, что сильно било по самолюбию охотницы за головами. А вот я не спешил радоваться своему успеху, потому что чувствовал — такую концентрацию я не смогу поддерживать долго. Физическое состояние, на которое во время боя профессионал обычно не обращает внимания, уже начало давать о себе знать. Меня знобило, на спине выступил мерзкий, липкий пот. В то же время я ощущал, как сила огромным потоком струится по всем каналам нервной системы, это чувство было похоже на очень сильный сквозняк.

Ситуация изменилась, и теперь время играло уже против меня, счёт шёл на секунды. Ждать действий противницы было нельзя, поэтому я решил атаковать. Приблизившись к ней, молниеносно ткнул кинжалом ей в живот, ныряя под взмах её меча. Поняв, что она опять собирается провести вращение, очень высоко подпрыгнул и приземлился у неё за спиной, мгновенно вонзая клинок своего кинжала ей в поясницу. Провёл ещё несколько быстрых ударов. В спину, в плечо, снова в спину. Когда она начала разворачиваться, с силой полоснул по шее, а затем пнул в грудь.

Наёмница вскрикнула от неожиданности и боли. Я нанёс ещё несколько быстрых уколов, от которых она сначала попятилась, а затем повалилась, но продолжать не стал. Эффект ускоренного восприятия развеялся, теперь сердце колотилось очень быстро, его удары сливались в один монотонный громкий гул. Развернувшись, со всех ног побежал в сторону моста. Мне удалось выиграть немного времени. Пока она приходит в себя и поднимается с земли, я должен успеть, должен.

Удар Сабиры настиг меня, когда я был уже почти на середине моста. От тычка в спину я завалился вперёд, но смог в последний момент сгруппироваться и совершить кувырок через голову. Всё было очень хреново, вуаль не выдержала. Я чувствовал боль и то, как тёплая кровь толчками бьёт из длинного пореза, тянущегося от правой лопатки до плеча. Осталось меньше минуты, потом моя защита начнёт мигать, а затем и вовсе пропадёт. Наступила кульминация схватки, в ближайшие секунды решиться — буду я жить или нет.

Ситуация требовала отчаянных мер, и я набросился на наёмницу, стараясь опять попасть в клинч. Кинжал пришлось взять в левую руку. Правая не потеряла подвижность, но любая попытка отвести локоть назад сопровождалась дикой болью. Чтобы хоть как-то эффективно использовать травмированную конечность, я уличил момент и изо всех сил вцепился в запястье противницы, не давая ей размахивать мечом какое-то время.

Но Сабира не растерялась, вуаль на ладони её пустой руки засияла ярче, на кончиках пальцев образовались прозрачные когти. Она попыталась вонзить их мне прямо в глаз, но попала в верхнюю челюсть. К счастью, защита выдержала и не схлопнулась, но и полностью заблокировать последствия ей не удалось. Я отчётливо услышал противный хруст, почувствовал языком осколки зубной крошки и металлический привкус крови во рту. Я зарычал от боли, но всё ещё сохранял трезвый рассудок.

В этот момент из-за поворота на трассе, которая пролегала прямо под нами, и за которой я всё это время старался следить, показался многотонный тягач, едущий на высокой скорости. Вот он — мой шанс. То, чего я ждал.

Немедля ни секунды, я что есть мочи оттолкнулся от земли, проминая асфальт, и сместил на несколько метров наёмницу, вплотную прижав её к ограждению моста. Затем, вкладывая все оставшиеся силы в поддержание вуали на правой руке, схватился прямо за лезвие её клинка и потянул на себя.

Противница не сразу поняла мой замысел и пыталась сопротивляться, дёргая меч в обратную сторону. Выждав момент очередного толчка, я разжал хватку, одновременно с этим пнув её в грудь, чтобы усилить и так уже набранную инерцию.

Моя задумка удалась лишь частично из-за того, что Сабира, будь она трижды проклята, в последний момент повторила мои действия и успела схватиться за лезвие моего кинжала свободной рукой. В итоге, когда она перевалилась через ограждение и должна была рухнуть вниз, эта тварь просто утянула меня за собой, вынуждая хвататься за забор, и повисла, держась за моё оружие. К тому же, она и не сильно-то растерялась, тут же взмахнула мечом.