Драконья попаданка в Академии (СИ) - Лидия Миленина

Вашу родственную материальную помощь, герцог, я приму. Только материальную. Потому что мне нужно купить тру… разные вещи, которых у меня в этом мире нет.

— Что купить? — с интересом переспросил Тами.

— Вещи всякие! — рявкнула я. — Негоже девице из высшего общества ходить во внеучебные часы в одних и тех же тру… платьях!

— Др-вз-да! — подтвердили мои малыши.

Глава 20

Ректор наносит ответный удар. Вампир не отстает

После того как основные моменты были определены, все как-то нормализовалось.

Тамирас, кажется, был доволен.

Герцог смирился с тем, что я не поскачу за него замуж прямо сейчас. А может, не поскачу вообще.

Борас перестал метаться между повышенной мрачностью и хохотом.

Байдори успокоились, заняли свое место у меня на плечах и даже, кажется, решили прикорнуть.

В связи с этими благоприятными переменами в настроениях мужчин (всех шести присутствовавших), я решила выдать свой рискованный козырь, которым хотела окончательно нормализовать свою жизнь.

— Ах да, еще, господа, хотела попросить, — коварно улыбнулась я, — я понимаю, что с этого момента каждый из вас начнет тем или иным способом действовать. То есть доста… общаться со мной. Поэтому прошу у вас неделю передышки, чтобы реабилитироваться после болезни и освоиться в учебе.

По лицам присутствующих стало понятно, что я хочу слишком многого. Но, говорят, девушкам это вообще свойственно, нечего удивляться, господа хорошие!

— Но это даст несомненное преимущество моему сыну. Ведь он учится в одной с вами группе и сможет общаться каждый день, несмотря на отсрочку! — возмутился герцог.

— А ты, папа, кажется, собрался вести у нас курс телепортации. Так что тоже получишь возможность видеться с Ириной, — парировал Тами. — И вообще, наши товарищеские отношения с Ириной никого больше не касаются.

— А на твоего вампирьего принца недельный мораторий на… хм… ухаживания тоже будет распространяться? — с интересом спросил Борас.

— Стоп! — сказала я. — Первое. Распространяться будет на всех участвующих в «забеге». Второе — мораторий относится к приглашениям на свидание, подаркам и прочему в этом духе… А просто общаться со мной по делу или в рамках родственных связей никто не мешает. Господа, ну дайте вы мне передышку! Посмотрела бы я на вас, если бы вас с вашими драконами отправили в другой мир, а там сразу три, тьфу… четыре девушки делают вам недвусмысленные предложения!

— Мм… Я бы, наверное, не отказался, — мечтательно сказал Тамирас.

— У меня только один дракон. И тот — я, — заметил Борас. — Тем не менее понимаю, к чему ты клонишь.

— А у меня вообще нет драконов, — сказал Гарден. — Но я тоже… понимаю, — видимо, решил не отставать от Бораса в готовности идти навстречу.

— И тем не менее, — с не уступающим моему коварством продолжил Борас. — Границы весьма стерты. Где проходит грань между просто общением… хм… деловым, родственным, товарищеским и «знаками внимания», как ты выразилась? Вот, — уже откровенно насмешливо подвинул кресло к столику, протянул неизвестно откуда взявшуюся бумажку и самопишущее перо (да, в сущности, просто ручку, но сверху — перо, как на шляпе). — Пиши нам шпаргалку, что именно ты запрещаешь делать в течение этой недели. Подробную инструкцию. Мы размножим в количестве четырех экземпляров, и каждый будет хранить ее у сердца, дабы в течение недели не оскорбить леди запрещенными поползновениями.

Герцог тонко улыбнулся. Ему это «издевательство» надо мной, похоже, понравилось. Хоть прежде замечен в садизме он не был.

А я что? Я ничего. После того, как я писала полное меню на неделю для малознакомых мне питомцев, уже ничего не страшно.

Ни слова не говоря, я степенно села за стол, взяла перо… Дракончики высыпались на стол, мигом проснувшись. И принялись с интересом наблюдать, что это я пишу. Ведь в прошлый раз я в похожих обстоятельствах как раз меню для них и писала.

— Вззз-др! — возмутился Барри, как-то определив, что пишу я совершенно другое.

А писала я следующее:

'В течение семи дней всем участникам… список поименно… запрещено:

— приглашать адептку Ирину на свидание;

— не давать ей прохода (как-то: подкарауливать у дверей аудиторий, в столовой, при выходе из общежития и в других помещениях);

— навязываться в провожатые против ее воли;

— присылать дорогие подарки…'

В смысле, если вдруг что-то дешевое и полезное — то пусть присылают, в хозяйстве пригодится. Только, чую, от них этого не дождешься!

«Подлизываться к ее драконам, например, предлагая лакомство, если вами движет желание сблизиться с адепткой Ириной, а не любовь к животным…»

Странное требование, но тем не менее.

В общем, я без особого напряжения мыслей придумала еще несколько пунктов, свернулся бумагу вчетверо и протянула Борасу:

— Вот, магистр ректор, полагаю, тут все изложено понятно даже для вас.

— Благодарю. Зря свернула, — сказал Борас, разворачивая бумажку.

Положил ее на стол, сверху разместил еще три листика, поводил рукой, и неведомый мне магический «ксерокс» изготовил три дополнительные копии этого исторического документа.

Два он раздал герцогу и Тамирасу. Один убрал за пазуху.

Четвертый листок протянул мне:

— Отдашь четвертому «скакуну», если он пожелает участвовать, — усмешка одной стороной рта.

— Хорошо, — пожала плечами я. — Ну я пошла… Благодарю за внимание.

— Я провожу! — тут же вызвался Тамирас.

— Почему именно ты? — с интересом спросил герцог. — Уже начинаешь злоупотреблять «дружбой»?

— Провожу я, — припечатал их Борас. — И, Ирина, прошу не возмущаться. Ты просто не знаешь, как выйти из лазарета. А вы, — пристально поглядел на герцога с Тамирасом, — Не знаете, где находится женское общежитие фамильярского факультета.

«А ведь он опять всех сделал», — подумала я…

В смысле даже меня. Ведь возмущаться было бы просто неразумно. Равно как истерично требовать, чтобы мне выделили нейтрального провожатого.

К тому же я ничего не имела против того, чтоб Борас меня проводил. Более того — внутри опять растеклось странное золотое сияние…

* * *

— Не находите, что все же это не очень честно? — спросила я у Бори, когда мы, прикрытые пологом невидимости и неслышимости, шли по бесконечным коридорам академии.

Выглядел ректор собранным, немного задумчивым (но без погружения!) и очень красивым. Впрочем, последнее — его обычный недостаток.

— Не нахожу, — пожал плечами Борас. — Это ведь по делу. Оптимально, чтобы тебе проводил я, знающий все потайные ходы Академии. И достаточно сильный маг, чтобы защитить тебя, если на выходе из лазарета тебя караулит еще какой-нибудь враг. Например… твой голос, явившийся во плоти. Кто знает, что он предпринял, когда понял, что не может больше безнаказанно ходить к тебе в голову…

Я поежилась. Пока разруливала вопросы с претендентами на мое сердце, подзабыла, что совсем недавно неведомый «враг» ковырялся