Кто ты, Такидзиро Решетников? Том 2 - Семён Афанасьев

снижение в иерархии сексуальной привлекательности? В идеале?

— Это откуда? — озадачилась топ-менеджер. — Слова по отдельности знакомы, а в сумме даже не встречала.

— Неважно, откуда. Включи сообразительность и ответь? Ты сможешь.

— Если твоими словами, то продвижением по каким-то другим иерархиям, — добросовестно предположила Хину. — Стать богаче, там, влиятельнее. Да?

— Примерно, это первая часть. Есть вторая: зонтик успешного самца с возрастом должен становиться шире. Его мудрости, заботы должно хватать на растущее число особей, зависящих от его решений.

— Не понимаю категорий. Как будто урок зоологии или биологии. Что за курс?

— Неважно… Самая распространённая ошибка: богатый старый хмырь, который трясётся над своим мешком денег, но ни копейки не даёт окружающим, даже самым близким. Знакомый образ?

— В литературе встречается, в философии. Возможно, больше не у нас, но узнаваемо. — Хину задумалась.

— Параллелей не наблюдаешь?

— Как не наблюдать, — вздохнула она. — Единственное, скорее в переносном смысле.

— Неважно, щедрость — понятие растяжимое. Если её нет, мужик в возрасте бесполезен для популяции, а массовое бессознательное такого не прощает.

— Ты же это всё сказал, чтобы меня успокоить? — помолчав, спросила топ-менеджер.

— Не отменяет сути.

— Он звонил второй раз, когда я с завода обратно ехала. Разругались ещё сильнее, чем при вас. — Она не ожидала от себя подобной откровенности, однако и сдерживаться почему-то не хотелось.

— Есть какой-то семейный анамнез? Что-то в прошлом, чего не можешь ему простить? — Решетников каким-то образом ухватил подстрочник.

— Да. Касается мамы.

Хафу деликатно не стал задавать дальнейших вопросов, за что она ему была благодарна.

— Какой вариант для меня? — спросила Хину минут через пять взаимного молчания и две чашки чаю. — Чтоб так не грузиться?

Почему-то не покидало ощущение, что, если спросить правильно, будет шанс услышать полезный ответ.

— Высокая цель, — вздохнул Такидзиро. — Стереотипно — что-то по-настоящему важное не только для тебя, а и для других людей. Ну и любовь, она рождает великодушие.

— Вот с любовью к нему напряжёнка, — она опустила взгляд в пол.

— Я вижу, — серьёзно кивнул он. — Но это тот момент, когда именно я — не совсем правильный для тебя терапевт.

— Потому что мы в разных командах?

— Да.

— Во сколько тебя ждать в бассейне?

— Ты о себе или о Моэко?

— И, и. Со мной — полтораха наперегонки, если ты непротив; она на своей дорожке побарахтается пятнадцать минут по заданию. Потом можно вместе похудеть.

— Тогда после двадцати двух ноль-ноль.

— Буду ждать. Спасибо за чай. — Хину упруго поднялась.

Уже подходя к директорскому лифту, она неожиданно обнаружила, что от тягучей безнадёги почти ничего не осталось.

Глава 22

Здание головной клиники концерна Медикал-Корп.

— Здравствуйте, вам звонили насчёт меня. — Средних кондиций парень в недешёвом брендовом костюме поднялся со скамьи для посетителей.

Он подошёл к дежурному по отделению, когда тот вышел в приёмный покой, достал смартфон и подставил для считывания кьюар удостоверения личности в приложении электронного правительства.

— Да, это вы. — Доктор, на котором не было лица из-за усталости, идентификацию посетителя тем не менее провёл по всем правилам. — Вашу фамилию трудно с чем-то перепутать, — слабо улыбнулся он после того, как прогрузилось малопроизносимое имя визитёра. — Я вас слушаю.

— Итакура-сан, это я вас слушаю. Извините, — хафу вежливо, но твёрдо обозначил деликатное смущение.

Да не такой он и средний, подумал про себя хирург. Лет ему за тридцать, возможно, даже к сорока, просто сохранился неплохо.

— Что вы хотели бы знать? — медик терпеливо приготовился к длительной беседе.

— Вообще-то, мне нужно в палату, — метис напомнил о звонке внучки пациента, ею же были подписаны все документы от имени ближайшей родни.

— Я думал, Хаяси-сан чуть сгустила краски, — Ко закусил губу. — Да, я попытался её успокоить как мог, чтобы она не нервничала, поскольку звонила из-за границы.

— … но всерьёз не рассчитывали, что обещание придётся исполнять, да? — понятливо вздохнул визитёр. — Подумали, раз она не в Японии, то и сказать можно что угодно?

Медик промолчал.

— Ладно… — тип покачался с пятки на носок и опустил взгляд. — Расположение аневризмы?

— На передней соединительной артерии, — врач слегка удивился. — Вблизи отхождения…

— Я понял. Задней соединительной артерии. Размер и локализация гематомы?

Ко удивился сильнее и пояснил подробно.

— Дышит сам или ИВЛ?

— Мы коллеги⁈ — врач абсолютно невежливо ответил вопросом на вопрос, поскольку и в словах, и в глазах посетителя кое-какие характерные маркеры считывались ну очень уж определённо.

— Если только с большим допуском, я ближе к психиатрии.

— Понял. — Ко кивнул и рассказал детали развёрнуто, не упрощая и не адаптируя терминологию.

Посетитель патриарха семьи Хаяси в анатомии и кое-каких специфических процессах явно ориентировался, во всяком случае, в части содержимого черепа.

— Благодарю за подробное пояснение, — брендовый костюм вежливо поклонился. — Итакура-сан, исходя из того, что я услышал, у нас вряд ли получится общаться полноценно. По чисто техническим причинам.

— Хорошо, что вы понимаете! — с облегчением выдохнул хирург. — Я хотел как можно скорее закончить разговор с его внучкой, потому, если честно… — он замялся. — Было неудобно беседовать, а не ответить на её звонок я тоже не мог.

— Ясно. — Хафу вздохнул. — А если мы чуть подкорректируем договорённость? В палату вы меня проводите, рядом пару минут постоите, но никаких манипуляций с Хаяси-сан делать не будете?

— Хотите просто рядом постоять⁈ — переспросил Ко.

— Можно даже в вашем присутствии, — кивнул визитёр.

— Могу поинтересоваться, зачем? Кроме прочего, нужно заполнить цель визита в специальной форме.

— Я после армии, попал в Йокогаму без диплома об образовании. Работал стажёром пять лет, бился, как пчела об стекло, но до последнего времени выше подняться не мог. Хаяси-сан меня поддержал на каком-то этапе, многое изменилось. Не буду говорить, кто я сейчас.

Понятно и без заявлений, доктор уже оценил стоимость костюма.

— Хочу просто постоять с ним рядом, — подтвердил метис. — Возможно, побормочу под нос кое-что, если не возражаете.

— Хорошо. — Врач понял, что посетитель собирается помолиться рядом с пациентом.

Распространённое явление именно в этом отделении и