Правильный Драко - Tasadar

Перед ним, шатаясь, поднялся Пьюси. На губах у него появилась слабая, кровавая улыбка. Он поднял палочку и хрипло выкрикнул:

— Seko!

Заклинание ударило в Пожирателя, и тот рухнул. Почти сразу в Пьюси полетели ответные проклятия — одно за другим. Он не успел даже вскрикнуть, прежде чем растворился в воздухе.

Драко остался один. Руки дрожали, мышцы горели от усталости. Он успел обезвредить ещё одного Пожирателя — и в ту же секунду что-то ударило ему в грудь.

Острая боль пронзила тело, дыхание сбилось, и всё вокруг потемнело.

Подобные сцены происходили повсюду.

Студенты обоих факультетов видели своими глазами то, что когда-то творилось по всей стране. Иллюзии были пугающе реальны.

Они видели выжженные деревни маглов, разрушенные дома и тела тех волшебников, что сражались против Волан-де-Морта. Иллюзия показывала всё — то, что многие пережили на самом деле: пытки, страх, крики, смерть. Студентам приходилось сражаться за жизнь — свою или чужую.

Многим, как и Драко с друзьями минутой раньше, приходилось объединяться со студентами других факультетов, забывая прежние разногласия. Так как, Пожирателям было всё равно, на кого нападать…

Драко очнулся, как и все остальные, уже посреди класса.

Воздух казался тяжёлым, будто частица той иллюзии всё ещё витала здесь, между стенами.

На лицах студентов застыло всё — шок, страх, растерянность и глухая задумчивость.

Оглядевшись, Драко заметил Пенси: она сидела возле Рона, вцепившись в него, как коала, и не отпускала. Гриффиндорцы вокруг отпускали насмешливые комментарии, но Рон даже не пытался отстраниться от девушки.

Дафна тихо говорила с Гермионой. Прислушавшись, Драко понял, что они обсуждают какой-то способ лечения.

— Итак, студенты, — прозвучал голос профессора Корвина. — Вижу, все вы оценили моё… наказание. Хотя, как я наблюдаю, — он медленно обвёл класс взглядом, — для многих это всё же был урок.

Он сделал короткую паузу, потом продолжил:

— Урок о том, к чему может привести то, что началось недавно. И к чему рано или поздно приводят ваши бессмысленные ссоры между факультетами.

Пятнадцать лет назад один волшебник повёл за собой многих чистокровных. Он говорил, что все беды волшебников — из-за магглорождённых и маглов. Он утверждал, что… — Корвин осёкся, взгляд его на мгновение потускнел. — Впрочем, сейчас это неважно.

Он на мгновение замолчал, словно собираясь с мыслями, потом произнёс:

— Мистер Пьюси, встаньте.

Пьюси поднялся. На его лице не осталось и следа прежнего высокомерия — только бледность и страх от увиденного.

— Возможно, многие из вас сочтут это чрезмерным, — тихо сказал Корвин. — Но, как вы могли заметить, мистер Пьюси, кровь маглов и магглорождённых такая же красная, как и ваша. И их жизнь не менее ценна. А отнять её так же легко, как и вашу.

Пьюси вздрогнул и судорожно сглотнул.

Профессор устало выдохнул и обратился ко всему классу:

— Все мы совершаем ошибки, все мы… Главное — вовремя понять, что именно мы делаем неправильно, и успеть остановиться. Иначе, ослеплённые ненавистью, и непонимание того что вы делаете, вы станете теми, кого только что видели… и против кого сражались.

Он медленно опустился на стул.

— Урок окончен. Можете идти.

Ребята, не забывайте про лайки и комментарии — они очень сильно помогают истории жить дальше ❤️

Глава 17

— Вы что-то хотели, мистер Малфой? — прозвучал спокойно голос профессора Корвина.

Класс уже опустел. Драко сидел за своей партой, дожидаясь, пока остальные студенты покинут кабинет.

— Да, профессор. У меня к вам есть предложение… хотя, — он на мгновение задумался, — называть это предложением, пожалуй, будет не совсем верно. Скорее, у меня к вам просьба.

Профессор Корвин перестал складывать свитки на своём столе и посмотрел на Драко, слегка приподняв бровь.

— Просьба? Хм… любопытно. И какая же у вас просьба, мистер Малфой?

— Вы ведь видели всё то, что там происходило, профессор? Я правильно понимаю?

Профессор молча кивнул.

— И вы также могли видеть, насколько все студенты были беспомощны перед теми людьми. Мы не могли сделать буквально ничего. Хотя… если бы мы собрались все вместе — нет, скорее всего, даже тогда у нас бы ничего не вышло.

Все последние годы в Хогвартсе, по тем или иным причинам, не было достойного преподавателя защиты от тёмных искусств, и результат этого вы сегодня видели.

Если подобная сцена произойдёт на самом деле, многие ученики окажутся совершенно беспомощны — они будут либо искалечены, либо… — он многозначительно развёл руками, давая понять, чем это может закончиться.

Затем продолжил, чуть тише:

— Поэтому я прошу вас профессор, обучить нас сражаться. Потому что, когда Тёмный лорд вернётся, лучше всех нас смогут защитить только мы сами. И лучше вас, нас этому никто не научит.

Профессор некоторое время молча смотрел на Драко, постукивая пальцем по столу.

— Вы так уверены, что Тёмный лорд вернётся, мистер Малфой?

Драко не ответил. Лишь бросил на профессора короткий, выразительный взгляд — тот самый, из которого и без слов читалось: вы ведь и сами это понимаете.

В уголках губ Корвина мелькнула тень улыбки.

— Смею вас разочаровать, мистер Малфой, — произнёс он спокойно, — но из пятнадцатилетнего студента за несколько месяцев невозможно сделать боевого мага.

Он чуть наклонился вперёд.

— В равных условиях, один на один, без подготовки и без ловушек, ни один ученик этой школы не выстоит против опытного волшебника.

Корвин ненадолго замолчал, будто подбирая слова.

— Боевые рефлексы и опыт — это не просто умение. Это инстинкты, которые выковуют годами ошибок, сражений и повторений заклинаний до изнеможения. Большинство студентов Хогвартса не знает, и я надеюсь, никогда не узнает, что такое сражение не на жизнь, а на смерть. Когда от твоих действий зависит не только твоя судьба, но и жизнь тех, кого ты хочешь защитить.

— Сражения с тёмными магами — это не то, чем должны заниматься обычные студенты, и не то, о чём им следует беспокоиться. Оставьте подобные заботы взрослым, мистер Малфой, и просто живите своей жизнью.

— Даже если эта жизнь в любой момент может быть разрушена?

Профессор Корвин промолчал.

— Учителя и взрослые не всегда могут быть рядом, — продолжил Драко. — Кто же тогда нам поможет?

Корвин тяжело вздохнул.

— Менять учебный план — не в моей компетенции, мистер Малфой, — сказал он наконец. После короткой паузы добавил: — Но я посмотрю, что можно сделать. Поговорю с директором Дамблдором — возможно, вместе мы что-нибудь придумаем.

Он кивнул, подавая знак, что разговор окончен.

— А теперь ступайте, мистер Малфой. Думаю, к концу недели вы узнаете результат.

— Благодарю вас, профессор, — ответил Драко, вставая. Он