"Фантастика 2023-197". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Жеребьёв Владислав

В какой-то момент он начал отправлять ко мне доброхотов магов, слабых недоучек и дальних родственников Горта и Марта, но то ли природа на них отдохнула, то ли в расчетах оказалась досадная ошибка, и я продолжал терпеть поражения, и вот решающий час настал. В одном из горных поселков родился мальчик. Он рос, мужал, впитывал магическую науку, а после был послан в Илинор, где его и пригрел Крос. Став сильным некромантом, парень получил прозвище Кот. Он был гибок в формулах, отважен в поступках, однако имел врожденный иммунитет к вторжению в собственный магический оплот. Я не хотел нового поражения и решил действовать умней. Мне нужна была его сила, но сам Кот был без надобности, и вот я напугал его, до потери сознания, до зеленых мурашек, и он сбежал. Бросил все, в том числе и свое тело, а вместо него появился ты. Сергей Котов, солдат из мира без магии, человек, которого я мог победить, даже не прибегая к магии. Так и случилось.

Ворон вновь усмехнулся.

– Ты прошел сложный путь, от беглеца до кумира многих, и погорел на выпивке со снотворным порошком.

– А если ты ошибаешься? – хмуро поинтересовался я. – Если у тебя снова ничего не выйдет?

Черный застыл на секунду, лукаво прищурившись, и отрицательно покачал головой.

– Что-то мне подсказывает, Котов, что на этот раз у меня все получится. Ты вернешься в свой мир, а я останусь здесь. Все останутся при своем. Честная сделка.

– И что ты будешь тут делать? – с вызовом поинтересовался я, ощупывая языком зияющий промежуток в зубах. – Убьешь Кроса? Захватишь Илинор? Уничтожишь башни с артефактами?

– Ты, похоже, не понял меня. – Ворон печально покачал головой. – Смерть не есть разрушение, а лишь естественный ход истории. Ты не знаешь этого мира. Ты не представляешь, чем живут люди вокруг, и кто в действительности твои друзья. Может, и к лучшему, что вместо хвастуна и нахала Фалько королевством будет править скопидомный и подозрительный Альберт? Ты не думал, почему страна именно раскололась, образовав два лагеря, и в некоторых случаях часть перебежчиков – светлых переходит к темным, и наоборот?

Нет истины в ее последней инстанции! Есть только сила, и кто сильней, тот и прав, и я не встану ни под одно из этих знамен. Я продолжу свою миссию, вырежу магическую опухоль из тела этого мира, принесу сюда благодать и спокойствие, и только далекие потомки смогут оценить мой поступок по достоинству, а жизнь разберется, кто из нас был тиран, а кто благодетель.

– Что будет со мной? – хмуро поинтересовался я, поняв, что воздействовать на этого человека силой уже не выйдет и словами тоже не получится. Слишком уж все это отдавало фанатизмом.

– А ты уже ушел, – улыбнулся Серджо и, наклонившись, положил мне ладонь на лоб. – Прощай человек. Больше не свидимся…

Глава 26. Котов возвращается

– Как себя чувствуете, Сергей Александрович? – В палату впорхнула Леночка, медсестра из санбата, и, быстро просеменив мимо меня, принялась списывать показания с приборов. К чему был этот ежедневный ритуал, я решительно не понимал. Все приборы были выведены на общий пульт и любое изменение в моем состоянии тут же фиксировали на посту.

– Все хорошо. – Я смотрел в потолок, не обращая внимания на мельтешащую рядом девицу, и в который раз пытался собраться с мыслями.

– Антон Александрович обещал зайти. – Леночка хлопнула папкой. – Консилиум по вам будут собирать, товарищ майор. – Вы, говорят, уникальный случай. Просто феномен.

Вы, наверное, ничего не поняли, да и я особо не осознал, и только спустя пару дней, как очнулся, все наконец встало на свои места. Да, я поступил в больницу, да, я провалялся тут без памяти долгое время, за которое мой воспаленный мозг, медикаменты и наркоз во время операции нарисовали внутри моего сознания иллюзорный мир магов, принцев, гномов и прочей ерунды. Именно так мне это и преподнес мой лечащий врач после того, как я ему рассказал всю историю. Спорить с ним было бесполезно. Не хватало мне с больничной койки, да на Пряжку, в желтый дом, так что я кивал, пил таблетки, ходил на перевязки и процедуры и старался понять, сошел ли я и вправду с ума или это было просто обострение.

В зеркале вновь появилась моя физиономия, к слову говоря выбритая до синевы. Местный персонал заботился о нас, больных, благо находился я в ведомственной больнице и был в гарнизоне не на последнем счету. Ранило меня не серьезно. Граната рванула, но как-то не так, и бронежилет спас мою душеньку от скорейшего ухода на небеса, но без осложнений не обошлось. В ходе двенадцатичасовой операции из меня извлекли порядка десяти осколков, и случись все по-иному, я бы умер от болевого шока и потери крови. Однако кто-то на этом свете за мной приглядывал, и уже через три недели после попадания в реанимацию, я пришел в себя, мог связно общаться и потряс всех медицинских работников своими темпами выздоровления. Полковник Себяткин, тот самый Антон Александрович, военный хирург с огромным стажем, прошедший через множество горячих точек, не поверил собственным глазам, а потом и анализам, когда его пациент, майор Котов, приговоренный как минимум к году реабилитации, вдруг встал и пошел.

Ушел я не особо далеко, еле добравшись до подоконника, и уцепился за него руками, чтобы не упасть, однако и этого хватило, чтобы привести дока в щенячий восторг.

Не буду описывать, как я оказался в собственной шкуре и по полной прочувствовал все прелести осколочного ранения. Это скучно и неинтересно. Не стану вдаваться в подробности моего культурного шока, когда понял, что лежу на больничной койке и надо мной склонились врачи. Привычной физиономии Черного надо мной больше не маячило. Меня не хотели опоить, казнить, выбить зубы или наделать нештатных дырок чем-нибудь острым. Компания, собравшаяся вокруг моей постели, хотела совсем обратного, и только это и успокаивало меня первое время. Я прошел десятка два тестов, меня посетили все местные врачи, и даже приезжали светилы науки из центра, а один прилетел аж из Москвы. Походил, поцокал языком, постучал по колену. В рот и то заглянул, видимо, чтобы пломбы пересчитать, и отбыл с крайне загадочным выражением лица.

На пороге выписки меня снова посетил полковник Себяткин. Всегда стремительный, с растрепанными седыми волосами и в расстегнутом халате, он ворвался в палату, держа наперевес папку с картой, будто бы и не на обход отправился, а в штыковую атаку.

– Вы тут лежите, выздоравливайте. Навоевались уже, а мы за вас ночку-другую да продержимся.

И знаете, я ему почему-то безоговорочно верил. И даже не в силу того, что Себяткин был меня старше на двадцать лет, да и по званию выше. С его выслугой, да в медицинской службе, полковник по нашему пехотному ранжиру должен был носить погоны генерал-майора.

– Здорово, Котов! – Лапища хирурга почти скрыла мою немалую ладонь. – Скоро я тебя отсюда выставлю ко всем чертям, ибо здоров ты как бык.

– Здравия желаю, товарищ полковник. – Я улыбнулся и попытался привстать, однако ладони доктора придавили мои плечи.

– Ты лежи пока, пользуйся моментом, уникум. Мне бы твои способности. Помнится, я ногу сломал, на четвертом курсе, так думал, выставят из училища. Шесть месяцев хромал, что твой доктор Хаус.

Видимо решив, что шутка вышла образной и удачной, Себяткин в голос заржал. Отсмеявшись, он присел на край моей кровати и поинтересовался:

– Что делать будешь, Котов? Гражданка тебе светит. С твоей картой и послужным списком прямая тропинка на пенсию.

– Значит, буду крутиться на гражданке, – нехотя сказал я. – В вооруженных силах больше себя не вижу, да и с начальством в последнее время не в ладах.

– Как же, слышал! И сделал бы так же. По мордасам наглецу, так, чтобы до соплей кровавых. Ну да ладно, я же не просто так. Приказ на тебя пришел. На подполковника и на заслуженный. Сам видел в строевой части.

Некоторое время мы просто молчали. Каждый, похоже, думал о своем.

– Слушай, Котов! – вдруг оживился док. – Я о тебе научную статью пишу. Ты же не против?