Кровь черного мага 3 - Эрик Гарднер

— Пусть Его Светлость ответит на вопрос и мы вернемся к плану конференции, — заметил Прегиль.

— У меня было восемь старших братьев и сестер, все — черные маги. Случай довольно уникальный, — произнес я. — Только вот все они хотели меня убить как самого младшего и слабого, а главное — не похожего ни на одного их них. Светлые маги избавили меня от этого кошмара и я им за это весьма благодарен. Поэтому я прекрасно понимаю, почему маги Гильдий уничтожают черных магов и никакого внутреннего протеста у меня подобное не вызывает.

Журналисты стали изумленно переглядываться — этой информации обо мне им не давали. Адельман посмотрел на меня и приготовился говорить дальше, но в этот момент грянул выстрел. Кто-то истошно завизжал. Половина зала ничком упала на пол. Грохнулось на пол, разбиваясь несколько осветительных приборов. Кто-то из самых смелых безостановочно щелкал фотоаппаратом, фиксируя происходящее. Присутствующая на конференции магическая полиция бросилась к стрелявшему. Все это происходило словно в замедленной съемке. Я успел разглядеть эмоции чуть ли не на всех лицах, модель пистолета и лицо убийцы.

А потом перевел взгляд на несущуюся прямиком к моему сердцу пулю.

Глава 23

Воздух подернулся перед пулей маревом. Все движение вокруг остановилось — журналисты, маги, полиция и убийца превратились в застывшие статуи. В пространстве разлилась тишина и я слышал только, как тихо гудел раскалившийся кусочек металла. Пуля, словно завязнув в загустевшем, дрожащем от жара воздухе, замерла на расстоянии вытянутой руки. Я резко выхватил горячий цилиндр и сжал его в ладони. После этого окружение снова ожило, а в уши ворвались шум и крики.

— Ваша Светлость! — воскликнула Маделиф.

Все маги вскочили, смотря на меня.

— Со мной все в порядке, — произнес я.

— Надо прервать конференцию, — сказал Прегиль.

— Не надо. Несостоявшегося убийцу поймали, — я кивнул в сторону полиции.

— А если он не один? — спросил Адельман.

— Увидим. Сядьте и давайте продолжим.

Адельман кивнул и призвал всех к тишине. Человека, что стрелял в меня, увели.

— Ни в кого не попали? — спросил один из полицейских.

Я молча раскрыл ладонь.

Фотографы и операторы, разглядев на ней пулю, мгновенно занялись ее съемкой с различных ракурсов, а я услышал, как выдохнула Маделиф.

— Оружие без сомнения зачаровано, — тихо прошептала она. — Иначе бы мы предотвратили выстрел.

— Похоже, нам будет чем заняться после конференции, — так же тихо отозвался я.

— Итак, возвращаясь к теме сложившейся обстановки, — произнес Адельман. — Увы, мы ничего не знаем об этом маге, что наложил проклятие на наш город. Единственное, что точно ясно, что он не из нашей страны, иначе мы бы его давно обнаружили: еще до того, как он набрал силу.

— И это значит, что вы все не в состоянии справиться с врагом? Вы все вместе⁈ — выкрикнул кто-то.

— Мы не сталкивались с этим магом, — произнес Адельман. — Сейчас речь идет только о его проклятии. Каждый из нас может снимать проклятия черных магов, и делали это раньше, но сейчас мы столкнулись действительно с чем-то неординарным. Поэтому нам потребовалась помощь Его Светлости…

— То есть вы хотите сказать, что совсем молодой черный маг оказался сильнее вас⁈

Я почувствовал, что Адельман на пределе и готов сорваться. Учитывая, что вчера он весь день возился с этими журналистами, я его прекрасно понимал.

— Прекратите истерику, — негромко произнес я, глядя на репортера, и начавшийся после фразы журналиста взволнованный ропот мгновенно смолк. — Каждый уважающий себя журналист, кто работает с темами, связанными с магией, знает, что светлые высшие стараются найти и обезвредить черных магов до совершеннолетия. Потому что после этого их сила резко возрастает и с ними труднее справиться. Но вы, похоже, даже готовясь к пресс-конференции, этот вопрос не удосужились изучить. Да, я лучше господина Адельмана и других глав Гильдий работаю с проклятиями. Однако присутствующие тут уважаемые маги гораздо лучше меня в иных вещах.

— Спасибо, Эгихард, — тихо произнес Ульрих и спросил: Базилиус, может быть вы продолжите?

Прегиль кивнул.

— Специально созданные команды в данный момент ищут следы этого колдуна. И поверьте, мы его найдем и обезвредим, как и всех остальных до этого, — произнес королевский маг. — Так что как правильно сейчас заметили, истерика тут ни к чему. Для любых дел, связанных со сложными проклятиями, мы будем привлекать господина Райнера-Наэра. О чем, собственно, мы и хотели сообщить на этой пресс-конференции. А теперь, думаю, можно задавать вопросы. В порядке очереди, пожалуйста. Мы всех выслушаем.

Я невольно подумал, что конференция проходила не так, как я себе представлял. Истеричный журналист и покушение добавили в обстановку нервозности и направили встречу в какое-то совершенно мрачное русло. Я почти машинально отвечал на вопросы, которые уже читал в подборке Адельмана, ничего нового не услышав, — все они крутились вокруг темы проклятий черного мага, безопасности людей и того, как как маги собираются одолеть врага, что проклял Хайдельберг и Фризию. Про последнюю подробно рассказывала Маделиф.

Я заскучал, задумчиво выводя на столе пальцем невидимые письмена. Очнулся только тогда, когда вокруг вновь наступила тишина, и получил легкий толчок в бок от Маделиф. Символы, многократно мной обведенные, теперь горели золотом.

— Ваша Светлость, что вы делаете? — спросил Адельман.

Я легко повел пальцем, смахивая выведенное заклинание в воздух передо мной, поглядел на напряженные лица журналистов, и едва заметно улыбнувшись, поставил завершающий символ. Над собравшимися людьми в воздухе стали проявляться легкие облачка, тени, тонкие светящиеся нити.

— Не пугайтесь, это всего лишь следы эмоций, которые вы вызываете в других людях, — произнес я. — Светлый голубой туман — уважение, красный — страсть, болотно-зеленый — зависть. Нити — эмоциональные связи с другими людьми. Серые же тени говорят о том, что у вас есть недоброжелатели. Именно они больше всего, вместе с негативными чувствами подпитывают магию проклятий. Так что, будьте более внимательными к своему окружению и избегайте отрицательных злых чувств. Проклятие, если вдруг будет наложено, это не снимет, но ослабит. А в обычной ситуации — однозначно улучшит ваше самочувствие.

Журналисты с изумлением изучали повисшие на ними облачка. Было видно, что даже такое простое колдовство их впечатлило.

— И, если делать добрые дела, это также сделает нас устойчивее? — спросил кто-то.

— С этим всё не так