Симеон - Мархуз

класса «детский сад, штаны на лямках». Вроде взрослый человек, а дуется на мелочь. Сейчас стандартно последует:

— Смены нет, но мы-то есть! — или:

— Не бери в голову, важно что мы знаем, какой ты полезный, а почётную грамоту пусть забираеы бесчестный человек! — а то и:

— Где же твоя рабочая гордость? Плюнь и разотри!

Нет, я ошибся. Реальность оказалась без выкрутасов (на что, честно говоря, я и рассчитывал, только повод никак не подворачивался).

— Ну, что же, Симеон, ты заслужил отдых. Езжай куда считаешь нужным, а мы сами займёмся делами.

Костя, как положено верному принцу, принёс все бумаги Екатерине и даже передал то, что я его уполномочил сказать. Ошарашенная императрица тут же прихватила Дашкову и отправилась к Павлу Первому.

— Что делать? Симеон оставил свои записи, рекомендации и собирается сбежать куда-то со своей эскадрой.

— Видимо он наконец-то понял что взял гуж не по плечу. Или вы ему что-то сказали не то, вот он и обиделся. Впрочем это и к лучшему.

— Ничего я ему не говорила, — возмутилась государыня, — Просто сказала, чтобы передал титул короля Алгарве нашему Константину и даже разрешила вести там хозяйственную деятельность, как считает нужным.

— Сами со всем справимся, без него. Не переживайте, я разберусь с бумагами. Даже удобно получилось, а то я одну реформу хочу провести, а он, как обычно, спорить начнёт. А мне это уже изрядно надоело. Всё-таки я российский император и мне виднее как страной управлять.

Вот тебе, бабушка, и тишь, гладь, да божья благодать, мать-перемать! С другой стороны именно сейчас нужно изобразить раскол в благородном семействе, чтобы избежать возможных последствий грядущей Павловской реформы (я не о горбачёвских временах, ежели что).

Заговоров пока не следует опасаться, так как охрану дворца несут «симеоновцы», а Личный Эскорт императора состоит из гатчинцев. Зато толпы ябедчиков потопают именно ко мне, «чтобы заступился». Так как одна из статей Манифеста об ограничении дворянских привилегий запреащает дворянам жаловаться в Сенат или иные государственные организации.

Впрочем основные дела пошли своим запланированным ходом. Из Голландии начали выводить 30 тысяч солдат, прослуживших достаточно долго, но ещё не набравших 15-летнюю выслугу. Их переводили в Мемельскую губернию в заранее подготовленые места для несения службы. Две тысячи (вместе с прибывшими из России работниками и торговцами) отбыли в сверхдальнее плавание на остров Цейлон. Наконец-то дошли руки сделать это голландское владение по-своему русским. Ещё три тысячи военных (с прибывшими государевыми крестьянами) помогут голландцам в деле развития Капской колонии. На их места прислали тридцать пять тысяч рекрутированных новобранцев. Часть гладкостволов для прибывающих будет изготовлена голландскими оружейниками. Всё-таки они хорошие ответственные мастера так чего не использовать их умения?

Переговоры с португальским двором начали затягиваться. Я тут не при чём, просто Павел слишком занят тем, чтобы лишить дворян бакенбардов и ввести 20-рублёвый налог на каждую «душу», принадлежащую помещикам. Попытка переложить задачу согласования с Лиссабоном на одного из ближников тут же привела к тому, что процесс остановился и португальские полпреды отбыли на родину «для консультаций».

— Может Симеона отозвать? — предложила Екатерина.

— Тогда нужно будет именно ему королевский титул передать, а не Константину.

— Нет, Павел, я уже так решила и менять решения не буду, — упёрлась императрица.

Ей видимо очень важно посадить Костика на престол. Если уж не на российский, то хоть на какой-нибудь. Вот и пусть вредничает, а я пока всякой фигнёй буду маяться. Тут, намедни, персы разбуянились, сменив династию. Теперь на Кавказ собираются лезть, чтобы его покорить.

— Семён Афанасьевич, ну зачем вам восточные проблемы? — заинтересовался Храповицкий под чьим крылом я пристроился.

— Александр Васильевич, сейчас турки задёргаются, считая что персы и им собираются угрожать. Мало того, Кутузов собирается 25-тысячный корпус вести в Оренбург. Обоз сформирован, а по дороге к нему присоединится Платов с 20-тысячным отрядом казаков.

— Так они же не в Турцию идут и не на Кавказ.

— А вы на карту посмотрите, дорогой мой, и увидите на что сей поход похож.

Действительно маршрут подозрительно выглядит. Представляю, как нашему канцлеру придётся изворачиваться перед послами. Но задача поставлена и её необхпдимо будет выполнить. Следующей весной сводный отряд выступит в сторону Туркестана.

С португальцами я особо тоже не спешу и титул здесь не при чём. И них есть очень важная для меня колония.

— Это — Мозамбик, Александр Васильевич. Фактически, ворота в глубины Южной Африки, где полно золота и драгоценных камней.

— И чем вам путь по реке Оранжевой не нравится?

— С обратной стороны ближе к горам, где имеются целые подземные кладовые полезных ископаемых до сих пор неиспользованные человечеством.

Поразительно, все думают о делах насущных, которые сию минуту необходимо исполнить и лишь один попаданец зачем-то занимается фигнёй, которая лишь в будущем понадобится. Совсем не по Чехову, где каждая мелочь вот-вот выстрелит. Зачем, спрашивается, целый батальон с собой взял в отпуск? Любой сразу подумет о задуманной боёвке и лишь я беспокоюсь, чем их кормить и занять. В Голландии вся трава и так крашенная, а искать страну с некрашенной, влом.

Демарш явно не имел эффекта, так как у Павла все ходы оказались заранее записаны и ошибок он не делал. Екатерина слегонца побулькивала, но не слишком сильно. Лишь ворчала по поводу новых реформ и пофыркивала из-за здоровенного «амбарного замка», который император на дверь казны навесил.

Вот и приходится лишь из-за оконной занавески поглядывать на происходящее.

Глава 39

Пока французы с австрийцами возобновляли свои разборки по весне, мы начали укрепление голландских портов. Ракетные установки, вместе с самими ракетами, прекрасно дополняли обычные форты новомодным пейзажем. Спрашивается, а от кого защищаться, коли с франками всё миром улажено? Не знаю, но англичане могут и подляну сделать вместе с австрияками.

Сейчас ситуация такова, что Феанция, завоевав всю территорию Австрийских Нидерландов (будущую Бельгию), перебрасывает почти все войска с этих земель в сторону Рейна.

— А может воспользоваться моментом и двинуть нашу 100-тысячную армию на юг?

Храповицкий прав — особого сопротивления не будет, так что быстро выйдем к северу Франции.

— И Европу порадуем совершенно бесплатно, и французов расстроим. Потом останется за копейки весь наш хлеб продать и вернётся «старая добрая Россия-матушка», — самоиздеваюсь я.

— Симеон Афанасьевич, так вы же почти весь урожай американского хлеба этого года на корню скупили. Небось хватит, ежели что?

— То для солидной спекуляции в конце года, а не для спасения голодающих.

Это Грегсон с ван дер Лейденом подсуетились. Они чувствуют хорошую поживу из-за высоких цен на продовольствие,