Джанго перерожденный. Том 2 - Владимир Алексеевич Абрамов

останавливать. Лицо у него хоть и незнакомое, а кожа как у жителя дальней страны, но мало ли, вдруг это посол какой и аристократ. Такого обидишь, а потом проблем не оберёшься.

В итоге Джон незаметно выбрался в город через стену в укромном месте. Этим проходом пользовались стражники для самоволок, но сам он им ещё никогда не ходил.

После этого он направился на выход из столицы и спокойно вышел из городских ворот.

Когда город остался позади, землянин побежал со скоростью скоростного поезда. Ветер хлестал в глаза, позади вздымались клубы пыли. Мимо проносились придорожные таверны и деревушки. Так продолжалось около десяти минут, после чего он перешёл на размеренный бег со скоростью шестьдесят километров в час. Он держал путь в земли демонов.

С его скоростью на преодоление расстояния до демонических земель ушло всего несколько часов. После этого он продолжил скоростной забег по отличной магистрали из брусчатки, но уже на скорости около тысячи километров в час.

Когда он пробегал мимо караванов, деревень и городов, никто ничего не успевал понять. Аборигены видели лишь смазанное пятно, которые невообразимо быстро проносилось поблизости и обдавало всех потоком воздуха и облаками пыли.

В итоге Джон в тот же день почти добрался до столицы царства демонов. Заходить в город он не спешил. Перед этим он пробежался по ближайшему лесу. Из веточек выточил себе пару небольших рожек. Потом из местных растений изготовил краску и клей, после чего выкрасил рожки в красный цвет и приклеил к голове.

После этого он привёл свой вид к более-менее приличному, вернее, менее подозрительному. Для этого пришлось избавиться от одежды и обуви, поскольку после скоростного забега кроссовки лишились подошвы, а спортивный костюм с нижним бельём превратились в лохмотья.

Набедренная повязка из верёвки и лопухов стала его одеждой, а большая дубина из коряги оружием.

В столь оригинальном виде он и вышел на имперский тракт, который привёл землянина к огромному городу, обнесённому высокой крепостной стеной. По дороге шли путники, всадники и двигались телеги с грузами. Все до единого косились на странного чернокожего «демона» и шёпотом обсуждали его, но подходить к нему опасались из-за грозного вида, внушительной мускулатуры и огромной дубины на правом плече. Как говорится, не делайте замечание о непристойном виде парню, неправильно несущему шпалу.

— Стой! — на входе ему путь перегородили стражники, которые поспешили вытянуть мечи из ножен, — Ты кто такой⁈ Почему ты в таком виде?

— Моя Джон, — ему приходилось намеренно искажать свою речь. Хоть у местных в ходу один язык, но акценты людей и думсов разительно отличались. Он говорил на чистейшем брунолианском диалекте, из-за чего его бы сразу раскусили. А так ему удавалось вполне успешно косить под дикаря в стиле древнегреческого Геракла, если бы тот был африканского происхождения, — Моя жить в лесу. Моя хотеть посмотреть другие люди и найти себе сильная жена!

Командир стражников был на голову выше Джона, но при этом он робел при нём. Платиновый блондин с маленькими синими рожками с подозрением осматривал странного чернокожего думса. Большая редкость в их краях, поскольку темнокожие люди в прошлом были редкими жителями их страны. Оттого и думсов с такой кожей встречались немного.

Ничего подозрительного он углядеть не мог, поскольку дикарь был абсолютно голым, не считая набедренной повязки с листьями. И оружие у него такое, которое не запрещено никому иметь — палка же. Вот только размер дубины впечатлял. Он бы сам подобную вряд ли поднял с такой лёгкостью.

— С оружием нельзя, — решил он сказать хоть что-то.

— У моя нет оружия, — радостно оскалился Джанго, — У моя только маленькая палочка для костра. Огонь из неё делать, потом мясо ням-ням, — потёр он левой свободной ладонью свой живот.

— Ну-ну, — скептически протянул командир стражи, — Рассказывай мне тут сказки. Этой дубиной ты, наверняка, делаешь бум-бум, а не ням-ням.

— Можно и буб-бум, — лукаво прищурился Джон, — Но лучше ням-ням. Моя мочь идти искать жена?

— Смотри, не буянь, — блондину не хотелось пускать в город дикаря, но и повода не пропустить у него не было. Под описание преступников этот думс не подходил, запрещённого ничего не проносил, а то, что денег у него наверняка нет — его проблемы, — Не воровать, драки не устраивать, баб силой не брать! — начал строгим тоном инструктировать он, — Твоя понимать? Если ты нарушить закон — его незнание тебя не защитит от наказания!

— Моя понимать, — покивал землянин, — Баб по голове дубинка не бить и в кусты не тянуть, мужиков тоже. Понимать. Наказания не хотеть. Жена хотеть.

— Ладно, дикарь, проходи, — нехотя посторонился блондин. Ему очень, ну очень сильно не хотелось поворачиваться к нему задом после последних слов. Поэтому он развернулся и проводил спину чернокожего подозрительным взглядом. Нет-нет, а его взор всё время соскальзывал на дубинку, после чего сфинктер нервно сжимался, — Странное сегодня дежурство. Очень странное…

Разгуливать по демонической столице в образе местного чернокожего Конана Варвара то ещё развлечение, особенно если хочется есть и пить, а денег нет. Тут ещё рожки норовят отклеиться при неосторожном движении головой. Впрочем, в этом нет ничего удивительного, ведь они делались на скорую руку из подручных средств. Если задерживаться в столице думсов, то нужно будет позаботиться о более тщательной маскировке.

В поисках источника пропитания Джон бродил по неблагополучному району. Взять с него было нечего, а размеры дубинки внушали уважение, и не только той, что лежала у него на плече. В общем, голого оборванца с палицей никто грабить не спешил.

Пока он бродил, на город опустилась темнота. Думсов на улице стало намного меньше, а в том районе, в котором он прогуливался, они и вовсе старались не разгуливать. Освещения тут, в отличие от центральных улиц, не было.

Но его поиски не остались напрасными. В итоге ему удалось добраться до глухой подворотни, из которой слышалась подозрительная возьня.

Никаких воплей о помощи оттуда не исходило, но для землянина это было лишь положительным сигналом. Настоящие преступники постараются не дать своей жертве кричать и звать на помощь.

Когда он поспешно заглянул в подворотню, то обнаружил занимательную картину: три белокурых товарища с маленькими голубыми рожками развлекались с юной чумазой девчулей. Её не первой свежести потрёпанное платье их усилиями превратилось в лохмотья. Двое из них удерживали девицу за руки и за ноги, а один собирался