Война - Тимофей Грехов

ним разобраться, но десять минут это слишком много. Я принялся заговаривать противнику зубы, но вмешался…Уизли.

— Adecco fire, — услышал я его шепот. «Что ж, — подумал я, — ты сам вызвался прикрывать нас. Хоть и родился предателем крови, но умрёшь как герой.»

— Уизли, — закричал я, — задержи этого мага на сколько сможешь! Мы будем прорываться к обороняющимся.

И в то же мгновение вижу, как Уизли побеждает одного из сильнейших магов. Будто это грязь у него под ногами.

— Ты что-то сказал? — посмотрев в мою сторону спросил Уизли. Я тряхнул головой, пытаясь осознать увиденное, но ошибки быть не может. Малькольм Варун был скован льдом и только глаза выдавали, что он ещё жив.

— Bombarda maxima, — во всю глотку закричал я. Серый луч заклинания взрывает ледяную крепость вместе с ним. Мерлин, если выживу, то костьми лягу перед кабинетом Геллерта, пока он не возьмёт меня в ученики. И тут я услышал, что не мне одному пришли такие мысли.

Рональд Уизли

Судя по тому, с каким удивлением на меня посмотрел Нотт и остальные маги, я укокошил кого-то серьёзного.

— Что стоишь? — спросил я. — Командуй давай, что дальше делать?

Все пятнадцать пар глаз смотрели на меня с неким благоговением. К нашему отряду присоединился Малфой с ещё пятнадцатью магами.

— Нотт, какого хрена? Пейзажем любуешься? — закричал Драко.

Это привело в чувство Теодора, он разделил отряд на боевые тройки, после чего мы начали сражение пробираясь к мэнору. Я присоединился к Драко и вместе мы начали прочищать себе путь вперед. Совместные тренировки и сражения против Гриндевальда помогли нам действовать как одно целое. Разве что не хватало Снейпа, который обычно отвечал за нашу защиту.

— Avada Kedavra! — слышу, как кричит кто-то из наших противников и боковым зрением вижу как зелёный луч летит в Малфоя. Он, полностью погрузившись в сражение с неслабым магом, даже не обратил внимание на смертельную опасность.

— Опуньо! — и я запустил в сторону зелёной смерти стаю птичек, принявших на себя проклятие. Это детское заклинание, которое отбирало капли магических сил, но в сражении, когда у тебя может быть множество противников силы нужно было беречь. В тот же миг в этого мага полетели пули, прервав его жизненный путь. Вероятно, он потратил последние силы на смертельное проклятие, раз пули почти не сопротивляясь наделали в нём дырок.

— Не зевай, Уизли, — прокричал Драко, — твои цели только те, которые стоят у тебя на пути.

— Это ты скажи тому магу, который в тебя запустил смертельное проклятие.

Драко на миг обернулся в мою сторону, и увидев, что я не шутил, сказал.

— Спасибо, буду должен! — после чего крикнул тройке, что занималась нашим прикрытием, что по возвращению на базу их не ждёт ничего хорошего.

Долго Малфой в должниках не ходил. Мы наконец-то дошли до мэнора Делакуров, в котором во всю шло сражение. Зайдя в холл, мы разделились, потому что узкие коридоры не позволяли использовать на полную потенциал боевых троек. Многие бойцы на вторую руку надели энергетические щиты.

Мы тихо шли по коридору, прислушиваясь к каждому звуку вокруг. Чем ближе мы подходили к лестнице, тем сильнее было ощущение, что на нас выставлена засада. Малфой подал знак всем остановиться, после чего достал из кармана белый камень и бросил на пол. Артефакт создал иллюзию нашего отряда, продвигающегося вперед. И когда иллюзорный отряд дошёл до лестницы, пол под ним провалился и в образовавшийся провал полетели площадные заклинания и несколько десятков гранат. Когда пыль рассеялась, из скрытого от нас помещения, вышли волшебники противника, которые упали, не успев понять, что они уже мертвы.

Поднимаясь по лестнице, я увидел на полу сожжённые тела. И за одним из шкафов лежал китаец, который обрабатывал рану на бедре. Наше приближение он не услышал, и когда мы обнаружили его, он занимался самолечением выпивая один пузырёк с зельем за другим. Знай он о том, что наш отряд приближается к нему, сразу бы активировал порт-ключ. Но в этот день ему не повезло, и он остался лежать на полу с дыркой от пули в лбу.

Дафна Делакур (Гринграсс)

— Марк, Мария, встаньте за мной, — прокричала я детям, которые уже успели потратить все свои магические силы. Рядом со мной сражался мой муж, Поль. Как же жаль, что я не увижу своих внуков. Хотя, скорее всего, и мои дети не переживут сегодняшний день.

— Даф, бегите! — крикнул нам Поль. — Я постараюсь их задержать.

«Вот идиот», — подумала я. Бежать некуда, нас загнали в угол. Если вначале ещё можно было предпринять попытку к бегству, то сейчас такой возможности нет. И тут я вспомнила историю нашего первого свидания.

Когда я познакомилась с Полем в Греции, он водил меня в маггловский театр, в котором шла постановка про любовь. Тогда я ещё высмеяла поведение героини. В конце пьесы, в разгар сражения, когда появляется понимание, что влюблённым не выжить, парень предлагает бежать своей любимой оставшись прикрывать её, но она со словами «я умру вместе с тобой, любимый» остаётся с ним.

Наши взгляды встретились, и я увидела в его глазах боль от осознания скорой смерти. Но он смотрел не столько на меня, сколько через меня, туда где стояли наши дети. Он не любил меня, а я не любила его. Но у нас было уважение друг к другу, поэтому я крикнула ему:

— Я умру вместе с тобой, любимый, — на мгновение улыбка коснулась его губ, а я вижу как впереди падают последние наши защитники, верные вассалы, которые с честью выполняли свой долг.

— Sonorus, — сказала я, усиливая голос, — остановите сражение! — И, как по команде, обе стороны подняли палочки.

— Вы решили сдаться? — спросил мужчина с сильным акцентом, азиатской внешности.

— Не я, они, — указав палочкой на детей и вассалов сказала я. Слуги даже не взглянули в мою сторону.

— А вы, я так понимаю, сдаваться не собираетесь? — и получив подтверждение своим словам, продолжил: — Хорошо, бросайте палочки, после этого мы закончим с вами.

Все слышали наш разговор, но никто не сдвинулся с места.

— Месье Треверс, Бокур, Ляфер сдайтесь. Я освобождаю вас от клятвы. — И в этот миг нить вассальной клятвы порвалась на запястье Делакур.

— Отказываюсь, Магия мне свидетель, для нас честь умереть в бою за Ваш род. — сказали одновременно три мужских голоса ритуальную фразу. После чего нить на запястье Делакур появилась вновь.

— Что ж, вы сами выбрали свой путь, — сказал азиат.

За моей спиной послышались выстрелы, обернувшись я увидела пистолет в руке Марка, который стрелял в мага,