Аристократы улиц 1 - Александр Майерс

к моей матери. Жаль огорчать, но ему ничего не светит. Мама ни за что не станет заводить отношения с простолюдином. В этом плане она намного принципиальнее меня.

Аптекарь заплатил нам в общей сложности тридцать восемь рублей, и эти деньги мы разделили поровну. Я хотел, чтобы ведьмак взял себе больше, но Яромир настоял на обратном.

— Жизнями оба рисковали, так что и делить будем поровну.

— А как же твой гонорар?

— Потом отдашь, как продашь… сам знаешь что.

— Это дело может затянуться. Я ведь сказал, что нужна осторожность. Ну да ладно, отказываться не буду, — я взял свои деньги и отправился в канцелярию.

По дороге купил для Степана так называемое вечное перо за четыре с половиной рубля. Это была артефактная ручка, которой не требовались чернила.

Вашин меня действительно выручил, ещё и личный оберег дал. Он мог бы отказаться от денег, а вот от подарка не откажется.

Я оказался прав. Степан порадовался вечному перу.

— Возвращаю, — я отколол от куртки оберег. — Там где-то половина энергии ещё осталась.

— Сделал что хотел? — спросил Вашин.

— Да, — ответил я. — Только патронов много потратил.

— И к тому же ночь за куполом провёл. Придётся писать объяснительные.

— Придётся, — вздохнул я.

Дома меня ждал сюрприз — мужики за вчерашний день закончили с полом, а сегодня застеклили все окна, починили крыльцо и поменяли входную дверь. Теперь принялись полоть двор.

Как только они закончат с сорняками, останется только сухая трава. Влок сожжёт её, я попрошу Борислава и его ребят окучить землю, и мы окончательно приведём землю вокруг дома в порядок. Весной посадим на переднем дворе цветы, а на заднем можно проложить красивые дорожки и разбить несколько грядок.

Выращивать морковку я не собирался, а вот полезные травы можно. Белослава немного разбиралась в алхимии — правда, в косметической. Если купить ей оборудование, она даже сможет сама готовить разные кремы и прочие уходовые средства.

Сначала только надо вернуть магические силы, но в этом плане у нас всё хорошо. Оказалось, что прошедшей ночью Белослава тоже пробила Родник. У мамы прогресс был похуже, но на месте не стоял.

— Вы же одна семья, у вас крепкая духовная связь, — сказал Яромир. — Эспер вчера пробил Родник, и Белослава следом. Значит, госпожа Есения тоже скоро пробьёт. Кстати… Если вы не против, госпожа Есения, я мог бы вам чуть-чуть помочь.

— Благодарю, я справлюсь сама, — сдержанно ответила мама.

— Как скажете, — смутился ведьмак. — Когда получится, начинайте напитывать духовное тело энергией. Вы и без меня знаете, как это делается.

Мама, поджав губы, кивнула. Выражение её лица говорило «знаем, и получше тебя, холоп».

— В следующий раз приду через пару дней, — пробурчал Яромир. — Ну, до встречи.

— До встречи, учитель, — я встал со стула и поклонился.

Мать уставилась на меня во все глаза. Белослава тоже взглянула удивлённо, но затем поспешно вскочила и повторила за мной. Ведьмак аж отшатнулся и пробормотал:

— Эспер, ты что творишь?

— Проявляю уважение, которого ты достоин, — распрямляясь, сказал я. — Ты возвращаешь нам бесценный навык, и уже не раз рисковал жизнью ради меня. Я благодарен, Яромир. Кланяюсь тебе как учителю и как другу.

— Я тоже благодарна, — сказала Бела.

Мама, сверля глазами то меня, то ведьмака, лишь кивнула. Растроганный Яромир низко поклонился в ответ и почти бегом покинул дом, прощаясь на ходу. Мне кажется, он прослезился.

— Эспер, как ты посмел⁈ — встав со стула, воскликнула мама. — Кланяться простолюдину! Это же уму непостижимо!

— Я что, невнятно говорил? — холодно осведомился я. — Яромир помогает нам снова овладеть магией. Это достойно поклона. И к тому же вчера в лесу он спас мне жизнь.

Мать не нашлась что сказать, и просто отвернулась, гневно дыша.

— Ты считаешь, что я оскорбил нашу честь, поклонившись Яромиру? — спросил я.

— Конечно!

— Как любопытно. Потому что мне кажется, что нашу честь оскорбила ты.

— Что⁈ — мама резко повернулась ко мне.

Её зелёные глаза даже на мгновение сверкнули Взором. Но мама сразу погасила его.

— Я глава семьи, — напомнил я. — И если проявляю к кому-то уважение, значит, вы тоже должны его уважать. Белослава поступила как положено, а ты сидела и всем видом показывала недовольство. Понимаешь, о чём я говорю?

Несколько секунд мать обдумывала мои слова. Я по глазам видел, что ей хочется поспорить, но разум всё-таки возобладал над эмоциями:

— Понимаю, — виновато сказала она. — Я внесла раздор в нашу семью.

— Вот именно. Оглянись вокруг: наша жизнь налаживается. Конечно, мы теперь не в княжеском поместье. Но уже и не в жалкой лачуге.

— Я знаю…

— Тогда, может быть, ты перестанешь убиваться? Осознаешь, где мы есть и начнёшь помогать семье возвыситься?

Мать кивнула, перебирая подол платья.

— Что мне надо делать? — спросила она.