Отвергнутая жена Дракона, или Всё познаётся в сравнении (СИ) - Анна Кривенко

Боже, выходит иногда побыть слабой женщиной не так уж и… противно? Можно хотя бы сделать вид, что ты слаба и беспомощна, чтобы получить вот это ощущение нужности и заботы!

Однако из благостных размышлений меня вновь вырвал отчаянный стук и крики за дверью.

— Гадкий бабник! — процедил Вилли сквозь зубы. — Братец испоганил моё доброе имя своими похождениями налево и направо. Я ему этого не прощу!

Шепнув на ухо, чтобы я не переживала, Уильям отпустил меня и решительно направился к двери.

Без его объятий сразу же стало как-то холодно, и до меня дошло, что я стою сейчас в одном только нижнем платье. Даже смутилась немного, а потом поспешила одеться, благо, с нарядом не пришлось возиться слишком уж долго.

У дверей Уильям будто опомнился и вопросительно обернулся ко мне: наверное, тоже вспомнил о том, что я могу быть не одета. Но, увидев, что я уже успела привести себя в порядок и теперь аккуратно расплетаю свою длинную рыжую косу, успокоился.

— Не волнуйся! — прошептал он одними губами, но я его поняла. — Всё будет хорошо!

Улыбнулась.

Да, Вилли! Я в этом совершенно не сомневаюсь. С тобой у меня действительно всё будет замечательно…

Глава 43. Гневное решение Уильяма…

Уильям открыл дверь, и в комнату тотчас же попытался ввалиться нетрезвый грузный мужчина в одежде аристократа. Он был усатым и лысеющим, выглядел лет на сорок пять и аж трясся от негодования.

Уильям перегородил ему путь и строго потребовал объяснений.

Незнакомец принялся гнусно оскорблять его, и я решила появиться в поле его зрения. Увидев именно меня, а не какую-то там Викторию, мужчина осекся, округлил глаза, зашатался, а потом раздраженно процедил:

— Где… моя жена? Ик!

— Уж точно не здесь… — ледяным тоном бросил Вилли. — Вы пугаете мою супругу. Немедленно уходите, пока я не вызвал стражей порядка.

Но незнакомец, естественно, не угомонился. Он потребовал осмотреть комнату, чтобы убедиться в отсутствии здесь своей неверной женушки, но парень его пускать не захотел.

И тогда вмешалась я.

— Дорогой… — проговорила приглушенно, касаясь пальцами его плеча. — Пусть посмотрит, чтобы быстрее ушел…

Уильям нехотя согласился и пропустил мужчину. Тот едва стоял на ногах, поэтому с трудом заглянул в разные углы комнаты и, не найдя никого, изменился в лице.

На то, чтобы извиниться, у него не хватило ни такта, ни трезвости. Пошатываясь, мужчина покинул номер, и Уильям поспешно прикрыл за ним дверь.

Повернулся ко мне с виноватым выражением на лице и начал извиняться за доставленные неудобства, но я прервала его.

— Я не изнеженная девица, чтобы относиться к подобному серьезно. Не переживай, Вилли, я сильный человек.

— Да, очень сильный, — подтвердил парень с улыбкой. — Иногда мне кажется, что ты прилетела с далёких небес…

Он снова намекнул на мою иномирность. Нет, он ничего не знал, но, наверное, чувствовал, что со мной что-то не так. Я улыбнулась в ответ и опустила глаза. Очень, очень проницательный парень…

Через полчаса мы уже завтракали прямо в номере, а Уильям крайне задумчиво смотрел в окно. Вдруг он перестал жевать кусок мяса, и на лице его появилось ошеломленное выражение.

— Что случилось? — спохватилась я. — Тебе плохо?

В разуме сразу же нарисовались ужасы, как дракон прорывается сквозь силу медальона и рвет Уильяма на части. А потом и меня с ним заодно…

— Я вспомнил этого мужчину… — слегка побледнев, пробормотал парень. — Это барон Освельский, северянин. Держатель банка, очень богатый человек. Отец приводил его к нам в дом, когда я был ребенком. Тогда он выглядел совсем иначе, поэтому я его сразу не признал…

— И? — мне очень хотелось узнать, почему это воспоминание так сильно Вилли взволновало.

— Виктория была подопечной этого мужчины, она моя ровесница. Кажется, это его какая-то внучатая племянница или ещё более дальняя родня. Выходит, этот старик женился на ней???

Я скривилась.

— Или же она женила его на себе, — заметила с презрением, вспомнив многочисленные случаи неравных браков у нас на Земле, когда юная девчонка выскакивала замуж за какого-нибудь состоятельного деда.

— И если Вайлем крутит с ней шуры-муры, то… — продолжал рассуждать Уильям, — то он кое-что задумал!

Парень так резво соскочил со стула, что тот опрокинулся навзничь.

— Я разгадал его план! — воскликнул Вилли, смотря не на меня, а куда-то вглубь собственных мыслей. — Наверняка, он хочет провернуть махинации с банком барона, а для этого манипулирует его женой. Та точно падка на блондинистых красавчиков. Припоминаю, что она, будучи еще подростком, тоже бывала у нас в доме и без конца строила мне глазки! А это всё означает, что… мое доброе имя может быть очень скоро уничтожено навсегда! Нет уж! Я не позволю…

Через двадцать минут мы уже поспешно садились в карету, готовую домчать нас в центр города, где находился банк, но не тот, который принадлежал барону, а тот, где семья Диери много десятилетий имела свои счета.

Здание банка оказалось колоссально огромным и помпезным. Толстые колонны, как атланты, поддерживающие крышу, придавали ему вид храма. Денежного храма с божком в виде горки золотых монет…

Я даже не пыталась допытываться, что именно Уильям собирается делать. Он поспешно вошел в банк, набросив на лицо высокомерно-недовольное выражение. Нет, ну до чего мастер перевоплощений! Кажется, моя школа…

Навстречу нам выплыл какой-то невзрачный клерк, который при виде парня расплылся в вежливой, но напряженной улыбке.

— Вы что-то забыли, господин, после вчерашнего? — уточнил он.

— Да, — ответил Уильям как можно более непринуждённо. — К сожалению, забыл. Принесите все вчерашние документы, я должен пересмотреть их заново.

Клерк заупрямился: видимо, побоялся назревающих проблем, но Уильям так жестко приказал ему пошевеливаться, что мужчина весь сжался и поспешил провести нас в приемное помещение, где усадил за столом, угостил чаем и… исчез, вернувшись через несколько минут со своим начальником.

Тот начал не менее любезно уточнять, в чем причина сегодняшнего посещения, и я поразилась невероятной изворотливости Вилли. Более того, чем дольше он говорил, тем сильнее по воздуху распространялось какое-то тягучее и странное влияние, от которого захотелось спать и начала наплывать миролюбивая и беспечная апатия.

Я очнулась только тогда, когда Уильям тронул меня за руку.

— Наташа, всё в порядке? — шепнул он, заглядывая мне в лицо, а я замерла, поразившись виду его глаз: кажется, в глубине синих радужек сверкали удивительные золотые отблески.

Магия! Он даже не понимает, что применяет магию! Воплощённый дракон, уникальное создание этого мира! В то время, как его сородичи давно потеряли свои способности и стали жалкими подобиями