Последний Паладин. Том 4 - Роман Саваровский

факт много говорит о вашем Наместнике. Странный он. И порядки у вас странные. Никак не привыкну.

— У вас? — зацепился за слово Таранов, а потом ударил себя по лбу, — точно, ты же с севера. А у вас там иначе все было устроено?

— Даже не представляете насколько, — улыбнулся я, и хлопнув капитана по плечу, бросил взгляд в сторону выхода в следующий вагон поезда.

Я бы не прочь еще немного поболтать, но слишком уж громкий голос у этого загорелого вояки и несколько любопытных ушей уже прильнули к дверям своих номеров.

— Куда-то собрался? — проследив мой взгляд, нахмурился Павел Таранов.

— Проголодался, — кивнул я, — в моем номере уснули ребята, не хочу их будить. Да и, говорят, в этом поезде отличный ресторан.

— Ресторан-то, конечно, отличный… но я бы не советовал покидать наши вагоны, Маркус. Если так хочешь поесть, можешь воспользоваться моей порцией.

— Нет, вы что, капитан, — замотал я головой, — вы раньше ездили в таком вагоне?

— Куда мне, — вздохнул Таранов, — он же «королевского» типа.

— Ну вот, как я могу вас объедать! Наслаждайтесь поездкой, капитан. Это же такой шанс! — вежливо улыбнулся я и двинул к переходу.

Хоть наши «королевские» вагоны обладали уникальной защитой и имели все необходимое внутри, перемещаться по остальному поезду запрета не было.

Массивная монолитная дверь переходки открывалась изнутри нажатием кнопки и выпустила меня дальше.

Вот чтобы зайти обратно, нужно будет пройти три ступени идентификации, и поэтому никто посторонний попасть внутрь наших вагонов не сможет.

Следующим оказался просторный и светлый вагон повышенного класса комфорта. Десять вип-зон, внутри которых находились по четыре кресла, одному столику и голографическому экрану, а разделены зоны друг от друга были перегородками без дверей.

Всего в составе было семь вагонов, включая наши два, а ресторан располагался в четвертом. Туда я и направился, прямо по центральному проходу.

— Опа — на, а что в первом классе делает безродная шелупонь? — остановил меня возглас.

Да вы прикалываетесь, — вздохнул я про себя и медленно повернул голову в сторону зоны, где сидело четверо пьяных мужиков в абсолютно одинаковых клетчатых костюмах с нашитыми гербами в виде полыхающего гроба.

— Навряд ли сюда смог бы зайти безродный… — неуверенно выдал короткостриженый шатен с бегающим взглядом.

— Ну а какой еще? — не унимался первый с гладковыбритой башкой, — ты сам на него глянь! Ни перстней, ни гербов! Да и одежда словно крестьян обокрал. Эй, мужики, зовите проводника, у нас тут безбилетник!

— Да успокойся ты, баран! Ты же явно перебрал… — попытался успокоить своего лысого приятеля второй, но тот не унимался и поднялся на ноги, слегка пошатываясь.

— Я тебя спрашиваю, бомжара! Тебя кто пустил сюда? Здесь важные люди едут и не место тут такому сброду, усек⁈ Хотя видок у тебя действительно голодный. На, пожри, — сплюнул тот, после чего швырнул мне обглоданную кость со стола, которая упала мне под ноги.

Я же тяжело вздохнул, прокручивая в голове нравоучительные речи Альберта. Он же потом до конца поездки будет злорадствовать, что был прав… А еще тут сейчас свидетелей целый вагон, вон уже повысовывали свои любопытные рожи и наблюдают за развитием шоу.

Поэтому я отложил сеанс обучения манерам и отвернулся.

— Слышь ты, мы с тобой не закончили! — вскрикнул неугомонный лысый и положил мне руку на плечо.

Что ж, видит Аргус, я пытался.

По вагону тут же эхом разлетелся хруст, и лысый мужик со сломанной кистью поцеловал рожей стенку, и упал без сознания на пол, где я ему великодушно помог и подгреб брошенную кость ему прямо в пасть.

— Ты че охренел⁈ — тут же дернулась с места пара приятелей «гробовщиков».

Я же был готов продолжить экспресс-курс по хорошим манерам, но это не потребовалось.

— Сидеть! — крикнул четвертый, который все это время спокойно сидел в кресле с закрытыми глазами.

Подорвавшаяся парочка тут же остановилась и медленно опустила задницы обратно, но взгляда с меня не сводили.

— Но кэп, он же…

— Белый сам напросился, а рабочая рука у него все равно левая, — спокойно ответил главный, стрельнув в меня лениво приоткрытым красным глазом, — спасибо, что не убили его, ваше благородие, — обманчиво вежливо произнес он, — Это наш лекарь и без него на задании нам бы пришлось туго. Приносим извинения за беспокойство.

— Приносим извинения, — поклонились двое оставшихся.

— И все же давайте без глупостей, ребят, и вы бы не налегали, — мило улыбнулся я, кивнув на переполненный выпивкой стол, — а то безлимитный алкоголь не значит, что его в поезде надо выпить весь.

— Мы будем аккуратны, — скрипнув зубами пообещали мне и осторожно утащили своего коллегу обратно за столик.

И пока они тщетно пытались вытащить грязную кость из его жесткой хватки, я под настороженные взгляды остальных пассажиров направился дальше по вагону.

Угроза от четверки «гробовщиков» исходила не больше, чем от комаров и можно бы было забить, но вот взгляд их главаря мне не понравился, поэтому перед выходом из вагона я оставил здесь жучка и двух ящерок.

В вагоне-ресторане я занял угловой столик и с интересом стал слушать разговор четверки.

— … не похож он ни на какое благородие! Ты не ошибся? Он же одет как бомжара!

— В глаза надо было смотреть, — поучительно хмыкнул ему второй.

— В том то и дело, что взгляд у него был не как у аристократа, а скорее как у нас, — фыркнул первый, — думаешь он тоже тут для…

— Нет, — не открывая глаз ответил главный, — не жри вы, бараны, столько бухла, сами бы заметили, откуда он вышел.

— Да я такого вискаря в жизни не пробовал! Все же оплачено заказчиком! — возмутились в ответ.

— А откуда он вышел? — насторожился более смекалистый шатен и скосил свой разом протрезвевший взгляд в сторону «королевского» вагона, — неужели…

— Именно оттуда, — кивнул главный.

— Да ну не похож он на цель или имперца… — начал было один, но вдруг заткнулся.

После чего красный глаз главного открылся и уставился прямо на моего жучка. Мгновением спустя жучок сгорел, а говоривших накрыл второй полог тишины. В три раза крепче первого, который я и так с трудом смог прослушать усиленным жучком.

За