Путь меча - Илья Ангел

клуб едкого дыма. Инструкции мигнули красным светом, предупреждая меня, но я продолжил, отмеряя секунды между каплями. Ещё одна… и ещё… Состав начал успокаиваться, превращаясь в тягучую субстанцию цвета воронёной стали.

'ЭТАП 3: НАНЕСЕНИЕ:

Использовать кисть из песчаной лисы. Наносить против направления роста шерсти'.

Это оказалось самым сложным. Каждое движение кисти требовало невероятной концентрации. Пропитка пыталась стечь, собраться в капли. Я чувствовал, как по руке бегут мурашки — это сталкивались энергии состава и шкуры. В какой-то момент от кисти пошёл дымок, и я почувствовал запах гари. Но надписи инструкции горели ровным зелёным светом, значит, всё было в пределах нормы.

Когда последний участок шкуры был покрыт, я отступил на шаг. Руки дрожали от напряжения. Теперь оставалось только ждать.

Прошло десять томительных секунд. Затем двадцать…

И вдруг шкура дёрнулась, словно живое существо. Мех встал дыбом, и по всей поверхности пробежала волна серебристого света. Воздух наполнился треском — структура материала перестраивалась на фундаментальном уровне. Я зажмурился от вспышки, а когда открыл глаза…

Передо мной лежало нечто совершенно новое. Материал был всё ещё узнаваем, как медвежья шкура, но теперь он отливал металлом, был упругим и будто живым.

Я осторожно провёл пальцем по поверхности. Она была прохладной и невероятно гладкой, словно отполированный металл, покрытый тончайшим шёлком. Взяв резец, я с силой провёл им по краю шкуры. Лезвие скользнуло, оставив глубокую царапину.

И тогда произошло невероятное: края разреза задрожали и начали медленно, но неумолимо стягиваться. Через несколько секунд от повреждения не осталось и следа. Лишь едва заметная серебристая полоска, которая постепенно исчезала на глазах.

Я внимательно осмотрел шкуру. Результат был более чем удовлетворительным. Материал стал заметно прочнее, приобрёл те самые свойства самовосстановления, которые мы и закладывали. Хорошая, качественная работа. Этого должно было хватить.

Аккуратно свернув шкуру, я прибрался в сарае, смыв все следы эксперимента. Умылся, переоделся и вышел на улицу.

Пройдя привычным маршрутом до центра города, я свернул в сторону промышленного квартала. Улицы тут были чуть шире, чтобы пропускать телеги с добычей, а из окон доносился стук молотов и едкий запах дубильных веществ, смешанный с ароматом жареного мяса.

Гильдия Охотников представляла собой приземистое, но мощное здание из тёмного, почти чёрного дерева и грубого камня. Над массивной дубовой дверью висели перекрещенные секира и коготь неведомого зверя. Стены вокруг входа были испещрены зарубками — то ли следы от оружия, то ли чья-то своеобразная летопись.

Сделав глубокий вдох относительно чистого уличного воздуха, я толкнул тяжёлую дверь.

Контраст был разительным. Воздух внутри оказался насыщенным запахом пота, дымного масла для оружия, вяленого мяса и мокрой шерсти. Громкие, хриплые голоса перекрывали друг друга, слышался звон монет, стук кружек о деревянные столы.

Я зашёл в огромный зал с низкими закопчёнными балками. Вдоль стен висело оружие всех мастей — от простых топоров до зазубренных копий, явно побывавших в боях. Прямо посреди зала на цепях был подвешен череп какой-то гигантской рептилии, пустые глазницы которой равнодушно взирали на суету внизу. Повсюду сидели и стояли люди, в основном мужчины, крепкие, закалённые, со шрамами на лицах и руках. Их одежда была практичной и поношенной: прочные кожаные доспехи, меховые плащи, шкуры духовных зверей.

На меня оглянулись несколько человек. Их взгляды были быстрыми, оценивающими, но без особого интереса — просто отметили новенького. Я стоял в этом царстве грубой силы, сжимая под мышкой свёрток, и чувствовал, как по спине пробегает холодок.

Мне нужно было найти приёмную или какой-то её аналог. Пробираясь между столами, я старался идти максимально аккуратно. Неприятности мне сейчас были совершенно не нужны.

В углу зала я заметил подобие стойки, за которой сидел широкоплечий мужчина с седыми висками, заполнявший какие-то бумаги. Его лицо было испещрено морщинами, а левая рука отсутствовала по локоть, вместо неё был прикручен стальной крюк.

Когда я приблизился, он поднял на меня взгляд. Его глаза были ясными и пронзительными, словно видели меня насквозь.

— Чего? — голос мужчины напоминал скрип ржавых петель.

— Хочу сделать обмен, — сказал я, с трудом пропуская ставший привычным для меня поклон и приветствие. — У меня есть очень хороший материал.

Мужчина с крюком хмыкнул, окинув меня с головы до ног оценивающим взглядом.

— Ну, хоть не уникальный. — он усмехнулся. — Каждый второй здесь приходит с «уникальным» трофеем. Показывай, что у тебя там.

Я развернул свёрток и положил шкуру на стойку. В свете закопчённых ламп она отливала странным металлическим блеском. Мужчина с крюком нахмурился, провёл по меху своей единственной рукой.

— Шкура Медведя-Скалолома, — произнёс он, ковырнув шкуру ногтем. — Красивая, конечно, но таких у нас…

Он не договорил, с широко распахнутыми глазами рассматривая место, по которому провёл ногтем.

— Что за… — он ковырнул ещё раз, затем резко достал из-под стойки короткий нож и с силой ткнул им в шкуру.

Лёгкая улыбка тронула мои губы, когда я увидел, как края разреза начали медленно стягиваться. Через несколько секунд от отверстия не осталось и следа.

Мужчина с крюком замер, уставившись на шкуру с выражением, в котором смешались недоверие и растущий интерес. Он медленно поднял на меня взгляд.

— Зверь такой был или сам сделал?

— Сам, — улыбнулся я. — Поэтому за качество отвечаю сертификатом алхимика.

Он ещё мгновение изучал меня, затем кивнул.

— Ладно. С этим стоит познакомить Старшего. Подожди здесь.

Он развернулся и направился вглубь помещения, оставив меня стоять перед стойкой. Минута ожидания растянулась в вечность. Я чувствовал на себе тяжёлые взгляды охотников, слышал обрывки разговоров, доносившихся из дальних углов зала:

«…новичок… судя по всему, алхимик…»

«…интересно, что он принёс такого, что Ло Гуй сам пошёл за Старшим…»

Последняя фраза заставила меня внутренне напрячься. Значит, мужчину с крюком звали Ло Гуй, и его решение обратиться к Старшему было настолько необычным, что привлекло внимание.

Из глубины зала наконец появились двое — Ло Гуй и высокий, сухощавый мужчина лет пятидесяти. Его лицо было испещрено мелкими морщинами, словно от постоянного прищура. Он был одет в простую, но качественную одежду из тёмной кожи, а за поясом у него висел необычный кинжал с рукоятью, напоминающей позвонок какого-то крупного зверя. Но самое главное — от него исходила энергия, которую я чувствовал даже на расстоянии. Он был практиком, причём намного выше меня.

Ло Гуй отошёл в сторону, а незнакомец остановился передо мной. Его глаза стального цвета изучали меня без особого выражения.

— Старший Вэй, — нарушая всяческий этикет, представился он. — Говорят, ты принёс что-то интересное?

Ну, раз тут не тратят время на формальности, то я последую их