Исполнитель чужих желаний - Николай Харламов

Посмотрел на небо – солнце уже близко к зениту, а значит, пора вставать на дневку. И остатки строения дадут хоть какую-то тень.

Когда мы приблизились к руинам, воины привычно обшарили каждую щель в поисках затаившихся неприятностей, но в этот раз всё безопасно. А вот прошлый привал в пещере порадовал нас пятью гигантскими пауками по типу того, что мне повстречался у портала. Вот только если я чудом выжил, то опытные воины разобрали тварей на запчасти за десяток секунд. Еще потом пожарили лапки и с удовольствием стрескали, предлагали и мне, но я отказался, чудом удержав в себе завтрак.

Разведчики быстро, но без суеты оборудовали лагерь.

Пришло время и мне позаботиться о комфортном отдыхе. Я достал из приседельного чехла магический жезл. Короткий посыл – и он превратился в осадный щит. Еще один посыл, и щит застыл в воздухе чуть выше моей головы, укрыв меня от солнца. Прикрепил одеяло к коротким сторонам щита и получил роскошный гамак. За время пути придумка оправдала себя на двести процентов. Ночью гамак позволял избегать самого холода от земли. А тварям вроде змей и скорпионов высота не давала добраться до моей тушки.

Достал рацион и с удовольствием уплел под завистливыми взглядами спутников.

Ну а чего они?

Еще в первый привал, когда я попытался наладить контакт, их старший мне четко объяснил, что я сам по себе, они сами по себе. И спасать мою шкуру в случае чего буду только я.

Да и чёрт с этими неженками! Не хотят возиться – не надо!

Я достал шпаргалку с записанным заклинанием Безмолвного образа и привычно принялся зубрить.

У нас получалось два длинных привала в сутки. Один – ночной, когда темень не позволяла продолжать путь. И второй – дневной, чтобы переждать жару. Детскому телу не хватало сна, и я добирал его как мог. Однако в этом есть и положительная сторона. Каждый сон позволял мне восстановить заклинание, чем я и пользовался, стараясь упражняться. Конечно, куда удобнее, будь у меня нормальная книга заклинаний, а не кипа листов. Но комендант четко сказал – книга полагается только полноценному магу. И пока я не осилю второе заклинание, чтобы не смел даже заикаться о приобретении.

Остается лишь вздохнуть от такой несправедливости и вернуться к записям. Безмолвный образ оказался многогранным заклинанием. Например, я могу сотворить облако, которое десяток минут будет укутывать меня, уберегая от солнца. Или другой вариант – линза, которая позволит разводить костер в сто раз легче, чем огнивом. Или кустик зелени, который привлекает верблюда. Забавно смотреть, как глупое животное пытается съесть несуществующую траву. Или образ здоровенного скорпиона на груди прикорнувшего часового.

Вот криков-то было! Зато теперь никто не расслаблялся!

Конечно, глупо бесить сопровождающих. Но детское тело требовало движухи, и хоть иногда нужно позволять ему спустить пар. Вот и сейчас я планировал совершить очередную глупость, а именно – забраться на полуразрушенную башню.

Старую кладку так потрепало время, что в некоторые швы спокойно просовывалась ладонь. Но поскольку стена была сложена из огромных блоков, она стояла довольно устойчиво. Но прежде хотелось вздремнуть.

***

Проснулся я от скрипа упряжи, которую конвоиры одевали на верблюдов. Процесс небыстрый, и полчаса у меня как раз есть на мои планы. Прислушался к себе – на задворках сознания уютно умостился шарик заклинания. Быстренько разобрал и упаковал постель. Затем вернул жезлу изначальную форму.

Уф! Тяжеловат он для меня!

Но ничего. Трансформировал его в ножик, самый мелкий из тех, что нашлись, который прикрепил к поясу.

Подошел к затененной стене и потрогал камень. Тепленький, представляю, какая там сковородка с солнечной стороны.

Обернулся к спутникам и крикнул:

– Я полез наверх. Гляну на Аль-Анвар, заодно и наш путь могу осмотреть! В какую сторону двинемся?

Старший недовольно пробурчал:

– Делать тебе больше нечего! Что ты хочешь увидеть в такой дали? Ну, может, свернешь себе шею, и нам не придется тащиться в эти проклятые руины. Вон видишь там темную точку? Это твой Аль-Анвар. Вернее, то, что от него осталось. Мы обогнем его слева.

Кивнув, я полез наверх. Высота вроде и небольшая – метров восемь, но попотеть пришлось. Вид с кромки стены открывался неплохой, но мне всё же хотелось забраться повыше. Поэтому достал свой артефакт и вновь превратил его в павезу – щит, который по команде застыл в воздухе, выгадав мне еще полтора метра. Устойчиво расположившись на широкой поверхности щита, я осмотрел окрестности. Невооруженным глазом и впрямь ничего полезного не разглядеть.

Тут очень пригодился бы мой бинокль, наследство от бандитов. Но вещица уж очень приметная, поэтому от нее пришлось избавиться перед отправлением в Крак ан Нираан, равно как и от всего земного барахла. Единственный предмет, способный, пусть и с натяжкой, сойти за местный – это томагавк из «космического сплава». Он хорошо мне послужил в бою, и было как-то неправильно сбагривать его. Поэтому перед отправкой я забрал его у Сухмета. Сомневаюсь, что кому-то будет дело до небольшого топорика, пусть и из необычного металла. Конечно, я сразу же запомнил его облик жезлом, а сам он пока валялся в поклаже.

Внизу засуетились конвойные, и, пожалуй, времени у меня почти не осталось. Привычно сотворил заклинание Безмолвного образа, вот только в этот раз оно формировало иллюзию нескольких соосных (находящихся на одной оси) линз, которая благодаря размерам работает лучше любого бинокля и многих телескопов. Подстроил ее расположение напротив глаз, и Аль-Анвар предстал передо мной во всей своей разрушенной красе.

Медленно двигая заклинание, я с интересом осмотрел руины некогда огромного по здешним меркам мегаполиса. Торчащие зубья запорошенных песком стен навевали уныние. Ведь когда-то здесь жили люди, потратившие столько труда на возведение города. Но безжалостное время превратило все их старания в никому не нужный памятник былого величия.

Хотя…

На секунду глаз зацепился за какое-то движение. Я всмотрелся повнимательнее. Благодаря многократному увеличению я увидел явные следы пребывания в этих руинах немаленькой группы живых. Натоптанные дорожки, мешки, мелькающие силуэты – всё это создавало ощущение, что руины наполнились какой-то жизнью. Жизнью после смерти. Загробной жизнью. По спине, несмотря на жару, пополз холодок. Даже сквозь расстояние чувствовалось чьё-то темное присутствие, какое-то знакомое ощущение зла.

Точно!

Как от той алу из подземелья мефитов! Только сильнее! И это несмотря на расстояние!

Пушинкой слетел вниз и подскочил к старшему конвойному:

– Там