Последний ранг. Том 3 - Анна Кондакова

создал это тёмное проклятие… та, в чьих жилах текла его кровь… единственная, кому он не желал зла… приди ко мне… останови поиски Цели и приди прямо сейчас… прошу тебя…

У меня холодок пробежал по спине.

Минут через пять я увидел рядом с Виринеей силуэт Анастасии Баженовой. Дух дочери Волота зловеще встал за её спиной.

Виринея сразу ощутила присутствие духа, распахнула глаза и обернулась.

— Помоги… помоги отогнать тёмный эфир от наших тел!.. Он мешает поиску Цели. Потрать часть своих великих сил на мою защиту, иначе найдя Цель, ты не сможешь с ней справиться без меня. А я не справлюсь без него. — Виринея указала пальцем на Зигбо, который корчился у забора. — Он мой проводник! Ему тоже плохо! Помоги нам!

Дух Анастасии склонил голову набок, пристально и с улыбкой наблюдая, как страдают люди от атаки тёмного эфира.

— Хорошо, — наконец ответила она. — Я сделаю то, что ты просишь, моя Госпожа. Я отгоню от вас скверну, потратив часть сил на твою защиту. Отныне тёмный эфир будет видеть в тебе дочь Волота, которую он не тронет. Как бы отец со мной ни обращался, он не желал мне смерти. Но знай, что из-за траты моих сил затянутся поиски Цели.

Виринея снова согнулась от боли и зажмурилась, но всё же поднялась с колен.

— Тогда действуй… давай… у нас есть ещё время… я слишком много отдала, чтобы сюда попасть… я не могу отступить.

Анастасия приблизилась и обняла Виринею сзади, а потом её полупрозрачное тело проникло в тело своей хозяйки, объединившись с ним. В ту же секунду чёрный туман отпрянул, будто действительно принял Виринею за Анастасию — за дочь Волота, которой её злосчастный папаша всё же не желал смерти.

Виринея наконец выпрямилась и с облегчением выдохнула, ну а потом поспешила к Зигбо.

Стоило ей к нему прикоснуться, как тёмный эфир отступил, перестав атаковать и истощать пацана. От неожиданности тот замер, после чего сполз по забору на пол.

— Всё хорошо, Зигбо… больше больно не будет, — прошептала Виринея, положив ладонь ему на плечо. — Слышишь? У нас теперь есть защита.

Он еле поднял голову и посмотрел на девушку, продолжая подрагивать от пережитой боли.

— Защита?.. И как надолго?

Виринея не стала скрывать от него правду.

— Защита будет действовать, пока жив дух, который нас защищает, и пока его Цель не найдена. Как только он найдёт Цель и встретится с ней, то наша защита будет уже под вопросом. Ты готов на такое пойти? Я не держу тебя больше. Ты можешь вернуться обратно на Палео-сторону и забыть обо мне.

Зигбо нахмурился, тяжело переводя дыхание.

Его раздумье было недолгим.

— Нет, никуда я не уйду. Мы возродим Волота.

Девушка улыбнулась и подала ему руку.

— Тогда вперёд! Не будем терять времени. На самом деле, его у нас совсем немного.

Виринея помогла парню подняться, и они вместе поспешили прочь из переулка.

«Хозяин… вот это поворот!» — оторопел Абубакар, вместе со мной наблюдая, как они уходят.

Я нахмурился.

Да, поворот был непростой, но всё же он обеспечил Виринее и Зигбо возможность находиться на Нео-стороне и не сдохнуть от истощения.

«Продолжаю наблюдение! Отбой!» — отрапортовал фантом.

«Будь осторожнее, — сказал я напоследок. — Ты тоже подвержен влиянию тёмного эфира».

Это, кстати, было серьёзным испытанием для фантома.

Если бы я не научился сопротивляться тёмному эфиру у вейги Азель, то и Абубакара не смог бы защитить. Но при нашей сильной связи на высоких рангах я постоянно поддерживал защиту фантома, как будто сам находился на Нео-стороне. Только это и спасало его прозрачную хвостатую задницу.

Когда картинка от разведчика исчезла из моего сознания, то я снова остался наедине с самим собой и своими задачами, которые надо было срочно решать.

Первое.

За ближайшие два дня предстояло всё окончательно продумать и подготовить.

Второе.

Осталось закрыть девять червоточин и получить все пятьсот источников чистого эфира Сердец Силы.

Я не знал, что именно произойдёт, когда это случится, но знал, что есть риск окончательно потерять источники, если до них доберется Волот, так что надо было действовать аккуратно, но в то же время быстро. Очень быстро.

Пару месяцев назад я бы покрутил пальцем у виска, если бы услышал, что за два дня надо закрыть девять червоточин, но сейчас это была необходимость. Выполнимая, кстати, если постараться и нажать на правильных людей.

Нажимать пришлось на Чекалина, а через него — на самого императора. После его приказа сверху мне организовали рабочие поездки в три страны за два дня.

В первые сутки я закрыл три червоточины в Японии и три — в Африканской Империи. Назавтра вместе со штурмовой группой Карпова мы отправились в Еврореспублику — там осталось закрыть ещё две червоточины. Одну на землях Балканского полуострова, а вторую — Аппенинского.

Единственной проблемой стала последняя червоточина.

Она находилась на спорных землях между Российской Империей и скандинавской частью Еврореспублики, рядом с Хибинским взгорьем. Дипломаты обещали разобраться с вопросом через неделю, но у меня не было столько времени.

В итоге я решил намеренно оставить последнюю червоточину.

У меня сейчас имелось четыреста девяносто девять источников, заключённых в одной жемчужине. Она болталась на моей шее, невероятно ценная, но пока бесполезная. Она не давала мне эфир, не защищала и не гарантировала ничего.

Она просто ждала своего часа, который ещё не настал.

Уже к вечеру второго дня я вернулся в Изборск, уставший и немного нервный. Восьми закрытых червоточин с приличной порцией чистого эфира мне всё равно не хватило для двенадцатого ранга. Я так и остался на одиннадцатом.

С паршивым настроением я ввалился в свой пустой дом, не успев даже как следует взгрустнуть о том, что меня тут никто не ждёт. Успел только зажевать бутерброд из черствого хлеба и консервированной селёдки, которую выискал на кухне.

В дверь позвонили.

Дожёвывая свою нехитрую еду, я открыл дверь.

На пороге стояла вейга Азель. Всё такая же маленькая, кудрявая и вредная. В униформе для горничной, с рюшами на фартуке и прочей милотой.

Метёлка для пыли мгновенно ткнулась мне в живот.

— Ну что, мерзавец? Соскучился? Жрать нечего, да? — угрожающе и победно сощурилась вейга. — Так и знала, что ты без меня не сможешь.

— Ты незаменима, — улыбнулся я и шагнул обратно в прихожую, а за собой втянул и вейгу, ухватившись за метёлку.

—