Первый среди равных. Книга VII - Жорж Бор

— в какой-то момент спросил у меня Рыков. К этому времени мы прошли уже километров восемь и не встретили ни одного зверя выше третьего ранга.

— Немного, — ответил я. — Пару километров и будем на месте. Что скажешь?

— Не нравится мне это, — мгновенно поняв, что я имею в виду, ответил Ратай. — На мозги что-то давит, будто пресс на башке стоит. И зверей нет. Гону девятку наблюдатели дали, а мы как по проспекту идём. Даже на пятом уровне сто метров пройти нельзя, чтобы на четвёрку не напороться. Так ли нам надо дальше идти, Сокол?

Я никакого давления не ощущал. Как и обе княжны с отрядом Мастеров. Поэтому слова Рыкова вызвали у меня очень серьёзную тревогу. Если я не замечал чужого воздействия, то оно либо было слишком тонким, либо обладало запредельной силой. Пришлось обратиться к Улитке, чтобы проверить слова Вепря.

— Не знаю, — неуверенно произнесла Нюша. — Будто смотрит кто-то. Но как-то неприятно. Едва повернёшься, сразу взгляд отводит. Не пойму.

— Но что-то есть? — уточнил я.

— Точно есть, — кивнула Улитка.

— Настя? — посмотрел я на старшую сестру. — Чувствуешь что-то?

— Нужно торопиться, — ответила девушка. — Ласточка нервничает. Этот взгляд… Нас видят. Это очень плохо.

— Ускорились! — отдал я общий приказ. Отряд перешёл на бег. Беспокойство Нюши передалось всей её стае. Начали нервно подёргиваться россожи, а Шустрик за нами громко булькала и пускала грязевые пузыри. Хуже всех приходилось Огоньку. Волк ещё не адаптировался к новым условиями и нервничал вдвое сильнее остальных. К тому же, он явно ощущал раньше этот странный взгляд. А может даже оказался на нашей стороне границы, пытаясь от него скрыться.

— Почти на месте, — когда до схрона оставалось около сотни метров, сообщил я. И через пару шагов будто вылетел за пределы полосы дождя. Сразу стало легче дышать. Только в этот момент понял, насколько тяжёлым было это странное ментальное внимание. И в очередной раз подумал, что у меня слишком скудный набор аспектов, чтобы надёжно противодействовать большинству угроз. — Семьдесят метров.

В землянке, которую построил прежний глава рода Разумовских, ничего за это время не изменилось. Мы быстро перетаскали на поверхность ящики с серым кристалидом и распределили их между членами отряда.

— Можно возвращаться, — с ощутимым облегчением, что ничего страшного так и не случилось, произнёс я. — Улитка, строй коридор к роще огнеростов.

— Минуту. Минуту… — вторая фраза девочки звучала уже совсем иначе и она вдруг испуганно посмотрела на меня. — Они не могут, Яр. Россожам что-то мешает. Ты чувствуешь?

— Взгляд вернулся, — тихо произнесла Настя. Княжна мгновенно окуталась сиянием и в ту сторону, откуда мы пришли, ударила волна света. Заклинание Ласточки будто разбило зеркало реальности, за которым открылись десятки и сотни дымящихся чёрных отростков, появляющихся из земли. — И он не один.

— Чарыги! — морщась от чудовищной головной боли, произнёс Рыков. — Охрененно большое сплетение чарыгов. Что будем делать, Сокол?

Пару мгновений я смотрел на пробивающихся к поверхности монстров и вспоминал первую встречу с подобным чудовищем. Тогда в бой вмешался Семикрылый и только это спасло отряд. Но сейчас рассчитывать на помощь не стоило. А оставаться на месте было равносильно приговору.

— Идём на прорыв, — коротко приказал я и, наполняя тело энергией трёх аспектов, первым двинулся к уродливому полю.

Глава 22

Тверская аномальная зона.

В десяти километрах от границы.

Вепрь задал вопрос без особой надежды на то, что князь сможет что-то ему ответить. Ситуация, в которую угодил отряд, была откровенно дерьмовой. Чарыги крайне редко прятались и ещё реже поджидали свою жертву в засаде. Но и такое случалось. Главной особенностью такой тактики монстров была их полная неподвижность и незаметность. В целом, очень подходящий вариант для гона девятого уровня. Так можно было пережить это страшное время, когда даже такое огромное сплетение может запросто стать чьим-то обедом. Или, как сейчас, дождаться чего-то вкусного.

Молодому Разумовскому вряд ли было известно, что в первые месяцы существования бригады Витязей около четверти всего численного состава погибла в таких вот засадах. Твари были другие, но тактика очень похожая. Вот только Сокол сумел удивить командира Витязей.

— Идём на прорыв, — хладнокровно, будто вокруг отряда не десятки тварей четвёртого ранга головы поднимали, а князь за чаем у камина сидел, произнёс Разумовский. В стороны от Сокола разошлась ощутимая даже простыми людьми волна энергии. Холод воды, искры огня и струи ветра. Странное сочетание, вызывавшее желание спрятаться подальше от этого страшного человека. Ну, или идти за ним умирать.

Первыми, без слов и возражений, за главой рода последовали сёстры. Улитка звонко цокнула и громадный огненный волк хищно оскалился, ускоряя шаг. Идущая рядом с сестрой Ласточка слегка развела руки и Рыкову вдруг показалось, что у него двоится в глазах. За спиной старшей княжны на несколько мгновений проявились острые светящиеся крылья.

— Что за… — почти беззвучно выдохнул Вепрь и вдруг понял, что уже шагает следом за своим князем. Рядом шли остальные дружинники и никто из них не смотрел под ноги. Взгляды людей не отрывались от трёх фигур впереди.

— Ласточка, поток вдоль земли, — прошелестел в воздухе холодный голос князя. — Улитка, направленный ментальный удар по ходу движения. Отряд, в колонну по четыре, «лесенкой», разберите фланги. Стрелять по маякам.

Ратай обладал огромным опытом. Он прошёл десятки сражений и не раз был на грани смерти. Но даже ему вдруг почудилось, что он чужой в этом сражении. Зачем он пошёл с отрядом сегодня?

В воздухе ещё звучали слова Сокола, а старшая княжна уже нанесла свой удар. Две тонкие изящные ладошки коснулись земли и вперёд ударила поток густого, почти материального света. В воздухе родился мучительный визг. Твари, попавшие под удар начали извиваться, стараясь поскорее вытащить свои тела из земли. Только в этот момент Рыков понял, что будь малейшая задержка в принятии решения и монстры успели бы выбраться. Пока над поверхностью торчали только уродливые пасти, но и они вовсю щёлкали громадными челюстями, пытаясь добраться до сладкой добычи.

Два удара сердца. Улитка внезапно встаёт в седле и широко разводит в стороны руки. Огненный волк ускоряет бег, но девочка будто зависает в воздухе.

Хлопок!

— Твою мать!!! — слышится потрясённый возглас Змея. Раскрашенная разноцветными символами физиономия Мастера маячит