Мне бы в небо (СИ) - Митрофанов Даниил

— Девушка у меня в Сасове была. Красивая. По поводу умная или нет ничего не могу сказать, у каждого свои критерии. Но мне с ней было интересно.

Ну а дальше Малютин ещё минут пять попытался вытянуть из меня всю информацию о Гале. Он прекрасно знал о её родителях, о брате, который служил в десантуре. И даже вскользь упомянул ту драку и спросил меня, как бы я поступил, оказавшись на месте Галиного брата. Я и рассказал, как поступил в тот раз. Для чего что-то придумывать, когда я принимал непосредственное участие в тех событиях?

На второй день Гриша спросил меня про задержание Селивановой. Он также был прекрасно осведомлен об этом деле.

— Скорее всего, Дарью Леонидовну признают невменяемой и отправят на принудительное лечение. Вот так бывает, что всего лишь один несчастный случай может перечеркнуть жизнь сразу нескольких человек. Останься жив муж Селивановой и она не тронулась бы умом. — с сожалением в голосе произнёс Малютин, внимательно наблюдая за моей реакцией.

А на третий день мы разговаривали про Ваньку и тот вечер, когда я едва не придушил его. Об этом знали всего четыре человека, и кто-то из них рассказал всё Малютину. Сомневаюсь, что это был кто-нибудь из ребят. Да и сам Ванька был в стельку пьян и наверняка даже не успел толком испугаться. По всему выходит, что осведомителем выступал Филипов.

После разговора про этот случай я всерьёз начал опасаться, что из-за этого меня могут отсеять. Но поделать в любом случае я ничего не мог. Оставалось только продолжать и дальше выкладываться по полной.

Четвёртый день начался с того, что нам объявили об объединении с ещё одной группой. С этого дня мы начинали соперничать с этими ребятами. Теперь к обязательным тренировкам начнут прибавлять соревновательные элементы. И первым таким соревнованием станет прыжок с парашютом. Всего за оставшееся время мы должны будем совершить три прыжка. Можно сказать, что первый пробный. А вот два оставшихся по всем правилам. На время и технику.

Витамины в сочетании с уколами начали делать своё дело и уже стало гораздо проще переносить нагрузки. Особенно это было заметно на фоне ребят из другой группы. Если бы прямо сейчас объявили о том, что мы должны сдавать нормативы, то большинство наших легко справилась бы с соперниками.

Но пока начались командные тренировки. Теперь мы отвечали не только за себя, но и за команду. А это было гораздо тяжелее в моральном плане. Всё же я в очередной раз убедился, что в основном этот отбор идёт не по физическим параметрам, а по психологическим. Для нового курса набирают самых психически устойчивых ребят. И в этом плане молодые парни явно будут проигрывать тем же армейцам.

Это я старик в молодом теле и, по сути, мне можно не бояться провалиться. Это просто нереально сделать.

Так вот, в первый же день нам устроили командную эстафету на прохождение полосы препятствий. От каждой команды участвовало по семь человек, в число которых отобрали и меня. Отбором занимались наши сержанты, поэтому мы здесь ничего не могли сделать и сами выбрали бы других ребят.

Были выбраны трое сильных, трое слабых и один запасной. Я оказался в тройке сильных и должен буду замыкать нашу эстафету. Этап, на котором нам предстояло выступать также был выбран сержантом. И я удивился, когда меня поставили на последний этап, посчитав самым сильным из отобранных ребят. Вместе со мной в команде был Валера и наш негласный лидер — Дима Рябов.

Наших противников мы не знали и поэтому не могли даже предположить, на что они способны.

— Команда, победившая в эстафете, получит плюс пять минут ко времени укладки парашюта. — объявил сержант противников и дал отмашку к началу эстафеты.

Пять минут было довольно неплохо, но гораздо сильнее нам хотелось победить. Вот такая простая победа в эстафете сделает для нас в психологическом плане гораздо больше, чем ежедневные разговоры с лейтенантом. Ребята это прекрасно понимали и выкладывались по полной.

Противники нам достались непростые и не собирались отдавать победу. К тому же мы все прекрасно видели, что они не прочь нарушать правила. Досталось Валере, которого просто толкнули в спину. Но на наши справедливое негодование сержанты только развели руками, сделав вид, что ничего не видели.

— Для победы все средства хороши. — шепнул Рябов, встав рядом со мной.

После падения наша команда начала отставать, а сам Валера хромать на левую ногу и морщиться при каждом шаге. Естественно, его тут же отвели к медикам. Ну а мы должны были продолжать.

Дима бежал пятым, прямо передо мной. К этому моменту нам удалось сократить отставание, но всё равно оно было довольно ощутимо. Когда противник уже возвращался для передачи эстафеты, наш человек только заканчивал половину пути.

И вот когда Рябов поравнялся со своим соперником, он сделал вид, что запнулся и упал тому прямо под ноги. Выглядело это совершенно естественно, хотя все и понимали, что это не так. Парень не на шутку испугался, не смог удержать равновесия и покатился кубарем под наши радостные крики и негодование соперников.

Сержанты и на этот раз промолчали. Выпад Рябова позволил нам сократить разрыв до минимума, мой противник убежал раньше на секунду. Но я прекрасно видел, что этот парень слабее меня и уже на середине первого этапа начал обгонять его. Не знаю, что он собирался делать, но я ощутил, как мой локоть ударился обо что-то твёрдое и за спиной послышался глухой всхлип. Оборачиваться я не стал, а когда пришёл к финишу первым, ребята мне рассказали, что противник хотел дёрнуть меня за ремень, но вместо этого получил локтем в челюсть, нагнувшись слишком сильно.

— У вас есть плюс пять минут. А у вас минус пять минут. — объявили сержанты итоги эстафеты и повели нас на обед, после которого мы будем заниматься укладкой парашюта и сегодня же совершим первый прыжок.

Когда шли в столовую, я получил сильный толчок в спину и едва не сбил идущего впереди.

— Ты специально ударил меня. — выплюнул мне в лицо парень, с разбитой губой, который бежал вместе со мной последний этап.

Краем глаза я заметил, что такие же разборки решили устроить и с другими ребятами из нашей команды. Сержанты ушли вперёд и делали вид, что ничего не замечают.

А вот и ещё один этап в нашей подготовке. И вот здесь главное — понять, насколько тонкая грань нас отделяет от вылета.

— Это вы всю дорогу пытались нарушать правила, а мы с ребятами играли честно. Не толкни вы Валеру и вообще не имели бы никаких шансов на победу. А теперь если у тебя всё, то я бы предпочёл отправиться в столовую. Жрать охота.

Парень не ожидал подобного и даже не сообразил сразу, что ответить. А когда сообразил было уже поздно, я ушёл вперёд. А вот Диме не удалось также просто избавиться от своего соперника, парень решил полезть в драку, за что тут же поплатился. Рябов ударил его в живот и заломил руку.

Вокруг Димы моментально образовалась толпа ребят, решивших заступиться за своего товарища, но и наши прекрасно всё видели. И вот уже имелась реальная угроза массовой драки.

— А чего это вы ещё не в столовой? — совершенно непонятно откуда нарисовался Гриша в компании ещё одного лейтенанта. Наверняка это был куратор наших соперников. Также я заметил ещё с десяток сержантов, вместе с инструкторами, что явно были готовы к любому развитию событий.

Но при их появлении все сразу успокоились. Красноречивые взгляды, которыми обменивались обе стороны, говорили о том, что ещё не всё закончено и впереди нас ждёт много всего интересного. Теперь придётся ходить и оборачиваться.

— Держитесь вместе и старайтесь никуда не отходить по одному. — сказал нам Рябов, когда мы вышли из столовой. Теперь обе наши группы отправились на укладку парашютов. Всё время с нас не сводили взглядов сержанты и инструктора.

Непосредственно перед укладкой инструктор провёл показательные выступления. После чего уже настала наша очередь укладывать парашют. Я занимался этим буквально неделю назад, поэтому никаких проблем не возникло. Да и Валера тоже справился со своим парашютом довольно быстро. А вот у многих ребят, кто делал это достаточно давно, были серьёзные проблемы.