Болотный край (СИ) - Баковец Михаил

Приструнив народ, я пошёл осматривать врагов. В первую очередь меня интересовал вуурш. Вблизи он выглядел очень грозно даже в существующем — изуродованном — виде. От головы осталась половина с сохранившимся крупным глазом, слегка напоминающем мушиный. Располагался тот почти в районе виска. В таком месте и с таким размером подобные «зерцала души» — если таковая имеется у инсектов — дают чуть ли не круговой обзор. Ещё на черепе сохранились крупные наросты в виде шипов и шишек. Возможно, они служат для защиты крупных глаз. Шея длинная, достаточно тонкая и подвижная. На хвосте обычная булава, без ядовитого когтя. Впрочем, при её размерах, длине хвоста и внушительных габаритах вуурша разницы между ядовитым уколом и ударом булавы практически нет. И то, и другое гарантированно отправит в могилу. Оружие было очень хорошим на мой непрофессиональный взгляд. Древко ровное и крепкое, наконечник без крупных выщерблин. Весило оно килограмм семь, что для вуурша должно быть, как пёрышко.

— А я думал, что у инсектов нет самодельного оружия, — сказал я Люру, указывая на трофейную глефу.

— Почти все они с оружием, только липны без него, самые низшие твари.

— Вот даже как… Сами делают? Трофеи?

В ответ тот пожал плечами. Ну да, откуда ему знать о таких вещах, если с инсектами его племя старается не связываться и бежит как от огня.

Дав всем короткую передышку, я погнал отряд вперёд, освобождать соотечественников. С ними должны остаться пять инсектов, пара «клопов»-кхордов и три липна. Главное, чтобы они не решили расправиться с людьми, когда поймут, что их основные силы разбиты. Пусть лучше бегут.

В итоге практически всё так и случилось, как я хотел. При нашем появлении липны задали стрекача, бросив пленников и своих соплеменников кхордов. Те, может, и сами бы рады были удрать, но для этого нужно иметь не несокрушимую броню, а лёгкую тушку и быстрые ноги. Выглядели они так, словно человеческий здоровяк натянул на себя костюм таракана с прорезью для головы в верхней части «брюшка». Башка у них напоминала кхордовскую, только с глазами поменьше и в привычном месте, а не на висках. Оно и понятно — с таким панцирем особо по сторонам не посмотришь и уж точно назад не заглянешь. Зато для обычных противников без дальнобойного оружия они несокрушимы. Короткие мощные ноги крепко держали немаленькую тушу на земле.

— Готовы? — спросил я стрелков. — Тогда слева направо огонь!

ПММ я Прапору так и не отдал, хотя тот просил, оставшись с пустым магазином в автомате. Аргументировал ему тем, что бой ещё не закончился. Ну и потому, что пистолет мне очень понравился. Читал и слышал, что ПМ очень неудобный, слабый и с плохой точностью. Но я даже по двигающимся врагам с двадцати метров попадал. И это с учётом того, что до этого имел всего штук десять тренировочных стрельб по паре магазинов за раз. Может, дело в чьей-то предвзятости и кривых руках? А может, в том, что я заполучил на время его модернизированную версию.

Направив пистолет на инсектов, до которых было не больше двадцати метров, я надавил на спусковой крючок, и ещё, и ещё, и ещё. Стрелял обычными патронами, оставив усиленные в запасе. Как показала недавняя стычка, против тварей и такие отлично работают. Просто нужно побольше вогнать в их хитиновые тела. Хотя, может и зря стрелял. На фоне тех ран, что получались после болтов и пулек от пневматических винтовок, крохотные девятимиллиметровые дырочки были незаметны. Усиленные боеприпасы превратили переднюю часть кхордов в малоаппетитное месиво.

— Вы делаете очень страшное оружие, Женя, — сообщил мне Люр, когда с врагами было покончено. — С таким даже против эрлангов можно сражаться небольшим отрядом. Только громкое оно, есть опасность привлечь орду эрлангов, против которой не хватит стрел к вашему оружию.

— Можно сделать его бесшумным, только возни много, — не удержавшись, встал я на защиту огнестрела.

— А как-то получить его можно? — поинтересовался гоблин.

— Вряд ли. Сам видишь, что его у нас очень мало. Сами ходим с арбалетами в основном.

Что же до освобождённых, то выглядели они совсем не здорово. И это ещё мягко сказано. Эрланги их практически не кормили и не давали достаточного времени на отдых. Пленники питались тем, что успевали подобрать по пути — различные мясистые съедобные листья и водяные орехи. Ну, и вода, конечно. Её тут было хоть залейся. Голод и усталость за несколько дней так их доконали, что они даже не сделали попытки освободиться, оставшись с малым числом пленителей. Тем более что те показали себя очень опасными воинами. Два десятка инсектов сумели легко взять штурмом укреплённый лагерь землян, которые обосновались в трёхэтажном монолитно-кирпичном здании, сохранившемся при переносе. В процессе короткой битвы погибли почти тридцать человек, ещё кто-то успел убежать, другие попали в плен. С ранеными, стариками и детьми эрланги поступили очень жестоко, прикончив всех на месте. Остальных привязали к длинному и прочному тросу и нагрузили всевозможным металлом так, что некоторые не смогли подняться на второй день пути. Таких убили, а их груз разделили между остальными.

До места жительства этих несчастных было почти три дня хода. Скорее всего, убежавшие земляне уже вернулись обратно, ведь весь инструмент, одежда, запасы продуктов остались там. У меня была мысль попытаться их найти и уговорить пойти с нами. Но быстро от неё отказался. Даже быстрым шагом на дорогу туда и обратно уйдёт минимум четыре дня. Это слишком много. И без гарантии, что спасшиеся там уже не побывали и не сменили местообитания, забрав самое необходимое.

Что же до тридцати пяти человек, которых мы освободили из плена, то все они с радостью согласились пойти с нами, узнав, что есть нормальное место, где под ногами твёрдая земля, а не торчащие камни и пружинящий ковёр из трав. Где есть привычные леса, реки с рыбой, луга с ягодами. На гоблинов, правда, косились с опаской. Но думаю, что привыкнут к ним.

— Против этих уродов с руками-мечами хорошо бы картечью лупить. Десяток человек с полуавтоматами вроде «мурки» и девятимиллиметровой картечью. Лучше бы даже стальной, чтобы наверняка пробивала их скорлупу. Летит чуть ближе свинцовой, зато точно не сплющится, а пробьёт или трещину оставит, — сообщил мне чуть позже Прапор. — Или из пулемёта.

— Найти бы его.

— Найдём. Сейчас не дошли до центра болот, где целые здания стоят. Значит, потом доберёмся. А там, если нам повезёт, будет целым краеведческий музей, где хватает старого оружия. Как-нибудь подшаманить сможем что-то из образцов. А ещё ментовка есть, и филиал фобосов. Там оружия хватает.

— И инкассация, и ЧОП нашего мэра, про который он говорит, что он не его, — подхватил Иван, стоящий рядом и всё слышавший.

— Короче, с оружием проблем особых не должно быть, — резюмировал я. — Осталось только дойти, найти и унести.

После находок в том большом ангаре я решил никуда дальше не идти. Тёплых вещей, инструмента, печек с солнечными панелями и трубками для стволов оружия более чем достаточно, чтобы посчитать экспедицию удачной. Да, так и не проверили правдивость слов гоблинского шамана. Но по мне лучше синица в руках, чем журавль в небе.

Ещё хочу добавить, что слова товарищей про наш краеведческий музей меня заинтересовали. Нужно будет не забыть сообщить про них совету посёлка. В нашем районе и в самом городе велись ожесточённые бои в конце сорок второго года и до начала лета сорок третьего. Это наложило серьёзный отпечаток на значительную часть экспозиции в двухэтажном здании старинной постройки, которое само является историческим экспонатом и охраняется законом. В стеклянных витринах там стоят винтовки Мосина и карабины Маузера, автоматы ППШ и МП-40, пулемёты ДП, Максима и МГ, всевозможные пистолеты. По слухам, ещё что-то из подобного лежит в запасниках. Скорее всего, стволы там рассверлены или запаяны, затворы удалены. Но это ерунда, всё можно восстановить.

Когда отряд увеличился на тридцать с лишним молодых и здоровых мужчин и женщин, меня стало искушать желание наведаться в ангар и забрать из него ещё несколько печей. С огромным трудом подавил такое желание. Ведь опять же немаленькая потеря времени выходит. Да и не по-людски гонять изможденных людей по болоту. Правда, совсем уж от их помощи я не стал отказываться. Среди той горы металла, что выбрали себе инсекты, нашлось немало такого, что и нам пригодится. Особенно трубы. Большую часть, конечно, мы оставили на месте. Повезёт — позже заберём. А нет, да и чёрт с ним с этим барахлом.