Индульгенция 2. Без права на жизнь - Тимур Машуков

был утвержден еще вчера, и добираться до конечной точки, откуда все и начнется, каждый будет сам. Ну просто потому что все двигались с разной скоростью. Элементарно Сигурд на драконе или, например, Руслан с колдуном могли туда долететь гораздо быстрей, чем мы доехать.

Как-то так само собой получилось, что я ехал рядом с Мавкой. Остальные с гиканьем рванули вперед, сразу максимально ускорившись. Пурген тоже собирался рвануть, но я его тормознул. Если начнутся прежние козлиные прыжки, боюсь, мой желудок этого не выдержит. Да и куда нам торопиться — до ближайшего места неспешного хода три часа. Сигурд точно там будет быстрей всех и, если что, пошлет сигнал — тогда и ускоримся. А сейчас мы просто мерно трусили следом, наслаждаясь хорошей погодой.

— Что, головка бо-бо? — не сдержалась эта язва, с усмешкой смотря на мои страдания.

— Главное, что не жопа. А это пройдет.

— Да, ты у нас знающий человек…

— Конечно. Покарал как-то недавно одну наглую хамку. Так она потом ходила врастопырку. Желаешь узнать в подробностях?

— Воздержусь. Меня твои извращения не интересуют.

— Врешь и даже немного краснеешь. Кто ночью под дверью подслушивал? И не удивлюсь, если еще и подглядывал колдовским извращенным способом…

— Больно надо. Просто Женя так орала, что я подумала, будто ты ее убиваешь.

— Ага. Поэтому и сопела так подозрительно. Небось, трусики потом выжимать можно было.

— Фу, какой ты гадкий, Видар! Вот почему тебе все надо опошлить?

— Это в каком же месте? — возмутился я на в общем-то оправданный наезд. — Где пошлость-то? Ну хочется тебе потрахаться — так и скажи. Уверен, мы что-нибудь придумаем, а может, даже сообразим тройничок. Я не болтун и кричать на весь мир, что поимел тебя в разных позах, точно не буду.

— У тебя все в твоей жизни заточено на сексе?

— Конечно. Ибо он правит миром. Вот посмотри на себя — нервная, злая, язвительная. А все отчего? Оттого, что давно не трахалась и, наверное, уже забыла, как это делается. Хотя, глядя на тебя, не удивлюсь, что ты вообще ни разу и ни с кем — очень уж трепетно к этому процессу относишься. Обычно так себя ведут либо целки-террористки, либо шлюхи, решившие уйти на покой и завести семью. Второе в отношении тебя сомнительно, а вот первое — очень даже вероятно.

— Чушь полная. Считать моих мужчин все равно, что считать звезды на небе.

— И так же бесполезно, да? Мавка, ну признайся — еще никто не сорвал твою розочку за столько-то лет? Вот и трясешься над ней, будто она вообще хоть кого-то интересует.

— Я девушка честная и просто так в постель к первому попавшемуся мужику лезть не буду!

— И что? Так никто и не смог завоевать твоего сердечка?

— Не твое дело, — окрысилась она. — Если тебе нравится больше думать членом, а не головой, это твое право. А ко мне не лезь.

— Так ты сама этого хочешь. Ну вот признайся хотя бы сама себе — хотелось быть вчера на месте Жени? Скажешь твердое и уверенное «нет» — больше ни разу тебе об этом не намекну. И ты, и я понимаем, что рано или поздно, я осуществлю свою угрозу и жестко тебя трахну. Из принципа и, может быть, симпатии. И знаешь, что самое интересное?

— И что же?

— Ты даже сопротивляться мне не будешь. Ну, разве что для вида.

— Видар. Я старше тебя настолько же, насколько ты старше муравья. И настолько же мудрей. Не стоит пытаться предсказать то, о чем понятия не имеешь. Не все в этом мире крутится вокруг секса.

— Ох, Мавка. Вроде и ста… — наткнувшись на ее колючий взгляд, я поправился, — ста… рше меня, а мозгов как у девочки-школьницы. Вот например, мой добрый друг козел Пурген. Посмотри на него — силен, могуч, по-своему красив.

— Мек, — горделиво подтвердил он.

— Вот. Как думаешь, чего ему для счастья не хватает? Еды? Так он ее добыть легко сможет. Приключений? Так они у него каждый день. Быть может, спокойной жизни? Так он слишком неусидчив для этого. Вот и скажи, почему он глубоко несчастен?

— И почему же? По-моему, выглядит он как вполне себе счастливый… козел.

— Любви ему не хватает. Любви.

— Бек, — грустно согласился тот, понуро повесив голову.

— Да, именно любви — не смотри на меня так, будто я открыл тебя целую вселенную. Он старый солдат и нуждается в нежности и ласке, что способны растопить его закаленное битвами сердце.

— Ме-е-ек, — закивал козел.

— А местные дамы слишком разборчивы — им всякие глупости подавай.

— Бек!!! — с огромным возмущением в голосе заблеял Пурген.

— И никто его не спросит — как ты вообще живешь? Какие у тебя трудности? Что творится в душе твоей? Нет, все хотят получать, ничего не отдавая взамен. Так вот, к чему это я… Без хорошего секса никогда не будет душевного спокойствия. Тело рано или поздно свое потребует и если не получит, пойдет вразнос. Я вообще не понимаю, как ты это долго так терпишь?

— А кто сказал, что я терплю? Почему ты решил, что мне интересны все эти ваши воздыхания? С высоты прожитых лет я прекрасно понимаю, что все это — преходящий тлен. К тому же разница в прожитых годах все равно давит.

— Ну, ты хорошо сохранилась и, думаю, возраст не будет помехой. Если что, я к дамам, что чуть старше меня, нормально отношусь — они и опытные, и накормить всегда могут. Правда, насчет тебя есть у меня сомнения. И в плане опыта, и в плане готовки. Сдается мне, что ты даже яичницу пожарить нормально не сможешь.

— Если ты решил начать этот день с оскорблений, то подумай о том, что с тобой будет на тренировочной площадке, когда мы вернемся.

— Ага. Типа, включишь средний режим? Фиг тебе. Больше я на нее не полезу.

— Полезешь. Избежать ее можно лишь одним способом — продержаться против меня пять минут. Если готов, по приезду можем проверить.

— Да легко! А потом вместе примем душ.

— Да фиг!

— Ну, значит, будешь грязной ходить. Кто тебе еще спинку потрет, кроме меня?

— Слушай, на твои дешевые подкаты хоть одна девушка повелась при твоей