Манулов, прекрати! (СИ) - Илья Ангел

как я понимал, они каким-то образом могли улавливать правдивость ответа, ну или типа того.

— Я не знаю, — ответила Алина, как только к ней повернулся Олег. — Вы явно что-то недоговариваете и скрываете. Даже когда находились в допросной, у меня сложилось ощущение недосказанности, и все ваши поступки, словно идут вразрез с вашими желаниями, — неуверенно проговорила она, закусив губу. Похоже, она сама даже не понимала, в чем именно меня подозревала.

— Поверьте, Алина Юрьевна, если бы я не хотел вас защитить, то оставив бы вас сначала на поздний ужин твари, а потом сокрушался бы вместе с остальными по поводу вашей трагической кончины, — холодно проговорил я. — А то, что вы описали, может являться причиной того, что я не помню ничего из жизни Константина Денисова до того дня, когда у меня обнаружили дар к магии. — Она сосредоточенно смотрела мне в глаза секунд десять, после чего отвела взгляд и повернула голову в сторону Олега. — Да, он говорит абсолютную правду. Мне были неизвестны подробности вашей жизни, поэтому пришла к неверному заключению, прошу меня простить, — вновь посмотрела она на меня, склонив немного голову.

— Ничего страшного, у каждого из вас своя работа, — успокоил я поникшую девушку. — Я могу посмотреть на составленный список?

Взяв листок со стола, я увидел около десяти имен. Преимущественно, это была прислуга и только два имени привлекли мое внимание. Один из них был охранником, как было написано возле его имени, второй был начальником охраны поместья.

— Я так понимаю, ты хочешь их всех опросить? — спросил я у Олега, который в этот самый момент разговаривал с кем-то по мобилету на повышенных тонах. Я так понял, это был начальник одного из семейных банков. Да уж, не так-то просто быть во главе клана или рода, если к этому совершенно не готов. Я знаю об этом не понаслышке.

— Да, именно поэтому я хочу, чтобы при разговорах в помещении находилась Алина Юрьевна. — Ты хочешь присоединиться?

— Разумеется. — Я встал со стула и встал возле девушки-сенсора в ожидании первых вызванных на дружескую беседу.

Проведенный час в плане нужной информации не дал ничего дельного. Зато ненужной было столько, что помимо усталости из-за использования тумана на каждого вошедшего, начала трещать голова. Вся прислуга под небольшим давлением со стороны Олега и Алины сознавались в своих самых страшных грехах, но никто не был причастен к покушению ни на меня, ни на графьев Сапсановых. Зато мы узнали кто ворует деньги из сейфа, который особо-то и не защищен и находится в главной гостиной, что продукты с кухни пропадают не просто так, а горничная Люда спит с механиком Евгением, все бы ничего, но каждый из них уже обзаведен собственной семьей. Еще была горничная Леночка, та, что убиралась на этаж ниже. У нее была склонность к клептомании. Она была влюблена в водителя. Водителю нравилась Оля, та, что работала в прачечной. А Оле снился тренер по физической подготовке графа Сапсанова, и иногда дворецкий. Правда, кое-что, все же привлекло мое внимание, это охранник, который сокрушался в том, что уснул на посту в то самое время, когда произошел взрыв. Причастен он к нему не был, но винил себя в случившемся.

— Я больше не вынесу всего этого бреда, — простонал Олег, положив голову на стол, закрывая глаза. — Ты что-нибудь обнаружил? — спросил он у меня.

— И да, и нет. Потом скажу, — довольно серьезно ответил я.

Без Шмелева, полученную информацию я разглашать не буду, потому что даже у стен есть уши, а у твари, возможно, и другие органы чувств. Все, кто попал под воздействие тумана были заражены. Но я действовал аккуратно, и тварь не смогла меня обнаружить. По крайней мере, у каждого из них она находилась в спящем состоянии в какой-то жесткой голубоватой капсуле и паразитировала в разных органах, поэтому понять, как именно происходило заражение мне не удалось.

— Давай начальника охраны, — устало махнул рукой Олег, дежурившему охраннику. — Послушаем с кем он спит и как ворует серебряные ложечки.

В дверях тут же показался мужчина, который довольно вальяжно прошел в комнату и сел на стул, даже не спрашивая разрешения.

Туман уже полностью накрыл его тело, а жизненные потоки устремились внутрь. Во время использования этого заклинания, я смог усовершенствовать его, однажды ошибившись в плетении. Как оказалось, ошибка привела к довольно ценному открытию: туман теперь становился для всех невидимым. Да даже я, едва мог разглядеть сеть плетения.

— Простите, ваша светлость, но у меня совсем не осталось больше сил. — Демонстративно сказал я, не давая Олегу даже начать разговор.

— Вот, значит, как, — глубоко вздохнул Сапсанов, задумавшись. — Хорошо, тогда продолжим в другой раз. Извини, Егор, но, похоже, я сильно загонял своего помощника.

— Ничего страшного, ваше сиятельство, — приклонил голову начальник охраны и вышел из комнаты, даже не обернувшись.

— На нем такая же сеть воздействия, как та, что я снял с твоей головы, — Пояснил я Олегу. Но паразита вроде бы нет. По крайней мере, я не увидел.

Если мы снимем сеть, то он забудет все, что происходило, если попытаемся допросить, то он может повести себя довольно агрессивно, благо, его навыки позволяют ему это сделать.

— Я позвоню Шмелеву. — Ровно сказал я, доставая мобилет из кармана брюк. — А ты собирай всех в одном месте, пора уже заканчивать эту клоунаду в одном взятом поместье.

Глава 25

Позвонив Шмелеву, я вернулся в свою комнату. Не знаю, сколько у меня времени до того момента, пока всех соберут, но нужно успеть подготовиться как можно лучше. Тем более, все материалы по списку, который я дал дворецкому, уже лежали на столе в отдельных подложках.

Повертев в руках кольца и примерив каждое, чтобы удостовериться, что размеры мне подходят, я принялся за работу над артефактами. Постоянно крутившаяся в голове мысль о том, что в этом мире растения и части животных работают не так, как надо, не оставляла меня в покое. Когда приготовление первого артефакта закончились, и я не получил от него желаемого эффекта, только лишь небольшое ускорение накопления внешней энергии, я даже особо не удивился.

Решив, что небольшое божественное влияние на саму структуру заклинания, наложенного на кольца, особого вреда не нанесет, я достал шерстинку Манула. Отрезав от нее крохотную часть, добавил к уже смешанным ингредиентам. Зелье в небольшом котле окрасилось в яркий золотистый цвет, после чего активно забурлило, нагреваясь самостоятельно без моего вмешательства. Я бросил в центр экспериментального варева первое из колец, активируя одновременно с этим одну из печатей, необходимую для создания артефакта. Первые несколько секунд ничего не происходило, зелье все так же бурлило, а кольцо под своим весом ушло на дно. Решив, что эксперимент прошел гладко, я наложил оставшиеся печати и уже собрался вытаскивать получившийся артефакт. Но внезапно начавшееся завихренье в котле, стремительно превращающееся в водоворот, в эпицентре которого находилось кольцо, заставило немного повременить.

Водоворот набирал обороты, и часть зелья начала выплескиваться из посуды прямо на стол, при этом продолжая активно бурлить и пузыриться. Я обратил внимание, что от лужиц на столешнице начали подниматься вверх золотистые лучи, которые, в конечном итоге, залили ослепительным светом все пространство комнаты. Смотреть на котел становилось уже невозможно. Перед глазами весело плясали черные круги на фоне свечения даже через закрытые веки. Когда все прекратилось я до конца не понял, только ощутил вместо жара — холод, который тянулся от котла.

Проморгавшись и восстановив зрение, впредь зарекаясь больше смотреть на шерсть Манула в реальном мире, я поднялся со стула и осторожно заглянул в котел, отмечая, что никаких следов на столешнице не осталось. Зелье превратилось в болотного цвета тягучую жидкость, на поверхности которого лежало серебряное кольцо, от которого исходило едва заметное золотистое свечение. Аккуратно вытащив артефакт из котла, я внимательно осмотрел его обычным и истинным зрением. Тонкая вязь разноцветных плетений целиком окутывала перстень. При этом линии были настолько тонкими, что как бы я не пытался, но не мог обнаружить центр этого клубка. Аккуратно поддев одну из нитей спицей, я ощутил