Исполнитель чужих желаний - Николай Харламов

алхимика, а вот Джабаль точно получал гроши. Ведь на нём висел долг за зелье омоложения. И всё же отнюдь не дешевую в наших местах выпивку он как-то доставал.

В прихожей алхимиков меня встретил сам Имзель Гоба:

– Наша новая знаменитость! Привет, Мар. Небось за зельем Джабаля прискакал? Наградные жгут карман?

Ехидный дед в своем репертуаре. Конечно, он знал о моей нужде, ведь именно с ним Джабаль обсуждал закупку ингредиентов.

– Именно так, господин Гоба! Вот, сто два золотых – всё, как договаривались!

Алхимик взвесил позвякивающий мешочек, подкинул его и, не раскрывая, убрал за пояс.

– Держи свое зелье. Сделал заранее. Как знал, что ты ко мне заявишься. Это интересный эксперимент. База из сушеной эфедры, ягод шипоцвета и корня мандрагоры. Недорогая, но с интересным способом приготовления. Наполнение из корня Стрела и элементальной воды. Элементальная вода – весьма редкий ингредиент в наших местах. Ваше счастье, что я знал, где достать за приемлемые деньги. Окажи любезность – прими зелье при мне. Хочу оценить эффект.

Почему бы и не уважить старика?

Откупорил крышку и залпом влил безвкусную маслянистую жидкость в горло. Прислушался к себе – никакой разницы.

Дед Имзель, прошептав заклинание, пристально посмотрел на меня.

– Да, аура определенно изменилась. Думаю, всё прошло удачно.

Я кивнул и отправился к себе. Достал свиток, подаренный Йодфой, и вновь его тщательно изучил. Но в этот раз всё по-другому. Слова и символы не скользили вдоль разума, а будто собирались в компактный шарик на границе сознания. Пока еще тусклый. Надо вздремнуть или помедитировать, чтобы он налился силой. Но уже очевидно главное.

Я волшебник!

***

Сознание рывком вынырнуло из пучины сна. Что-то было не так. Стоило приоткрыть глаза, как рот зажала костистая ладонь, а плечи придавило к кровати.

– Тс-с, не шуми, малыш. Все спят, а мы же не хотим их будить?

Лазан!

Чёртов Лазан пробрался ко мне в комнату!

В темноте вторженца не опознать, но я этот голос с нотками безумия запомнил на всю жизнь! Сделал судорожный вздох, чтобы хоть немного прийти в себя.

Запах.

От его руки шел какой-то терпкий, смутно знакомый запах. Вот только не получалось вспомнить, где я его раньше чуял.

А инквизитор тем временем продолжил:

– Знаешь, Мар, на чём прокалываются даже самые хитрые шпионы или предатели? Деньги. Крак ан Нираан может показаться какому-нибудь мальчишке из захолустья огромным, но это не так. Тут так тесно, что все всё про всех знают. И рассказывают мне. Нужно отдать должное твоей хватке и трудолюбию. Накопить шестьдесят золотых – большое достижение для мальчишки. И зачем тебе столько денег? Вначале я грешил на жадность. Ведь ты так легко продал мне своего патрона. Но донесения так себе. Ничего интересного или полезного – впустую потраченные деньги. Может, Йодфа что-то почуял и затаился? Вполне возможно. Старый лис всегда держал нос по ветру. А может, ты и не так уж алчен? Просто деньги нужны для чего-то конкретного. Например, зелья за сто два золотых, которое ты купил сегодня.

Глаза инквизитора на выкате, казалось, смотрели в самую душу.

– Я хочу, чтобы ты ответил мне тихо и четко на простой вопрос. Откуда ты взял недостающее золото? Про награду за турнир можешь не врать, я знаю, что тебе выдали драгоценным камнем.

Ладонь, закрывавшая мне рот, чуть отодвинулась, возвращая способность говорить:

– П-пари! Я поставил на свою победу!

– И с кем же ты поспорил? Это должен быть кто-то приезжий, ведь о местных мне всё известно.

Мы изначально с Сухметом договорились, что в крайнем случае будем ссылаться на пари, так что я почти не рисковал, называя его имя. Всё же без веского повода потрошить приезжих купцов Лазану не дадут.

– С Сухметом. Это воин из каравана, который привез меня сюда. Столкнулись перед турниром и поспорили. Он был уверен, что в таком возрасте выиграть турнир невозможно. А я верил, что у меня всё получится!

Инквизитор скорчил недовольную мину:

– И он вот так просто отсыпал тебе золота? Мутная история, но отложим ее на секунду. Йодфа, этот мелкий крысёныш, уже слишком долго водит меня за нос. Я точно знаю, что он продает контрабанду. Мои люди видят, как тюки перегружают за стенами крепости. И самый главный вопрос, как они туда попадают? Я предлагаю тебе два варианта. Первый – ты запираешься. И я начинаю тебя колоть. Беру в оборот этого твоего Сухмета. Даже если ни в чём не виноваты, вы пройдете такие круги бездны…

На секунду глаза маньяка-садиста мечтательно закатились, а затем вновь вперились в меня.

– Или ты сдашь мне ту лазейку за стену. Или отсюда отправимся прямо в пыточную.

Мозг лихорадочно работал, но выхода не находил:

– Я бы и рад откупиться этими сведениями! Но откуда ж мне знать?! Где я и где господин Йодфа?!

Инквизитор яростно встряхнул мое тельце, заставляя умолкнуть.

– Ты почти год под его руководством мотался по всей крепости! Хоть он и не привлек тебя к своим делам, но и особо прятаться ему нет смысла! Думай! Альтернатива тебе известна!

Проклятье!

Он годами не может найти этот чёртов лаз, а теперь требует, чтобы я прямо тут поднес его на блюдечке! Но выбор и впрямь невелик.

Будем рассуждать логически, где теоретически может быть этот ход?

Лазан сказал, что товар в тюках, значит, туда должен поместиться несун с грузом.

Где это может быть?

Для начала, где прохода точно нет?

В зоне ворот чисто, там и артефакт, и проверки разные. В донжон только дебил попробует сунуться. Башни тоже можно исключить. Они слишком мощные – под такие нужен крепкий фундамент. И если его подрыть, то можно таких проблем огрести. Остаются прясла. Казармы и конюшни можно исключить, северное прясло открыто.

Канализация?

Там тонкая труба, тоже фигня. Разве что…

– Алхимики! У них же отдельная канализация для ядовитой дряни! И там проход, чтобы ее чистить!

Лицо инквизитора скривилось:

– Алхимики! Но ведь Имзель Гоба… так демонстративно пакостит Йодфе! На него последнего подумают. И с Джабалем они почему-то на короткой ноге! Правдоподобно. Молодец. Живи пока.

Лазан, не прощаясь, покинул меня.

А я, взбудораженный визитом, даже не пытался уснуть. С первыми лучами рассвета я уже стучался в дверь Йодфы.

Заспанный казначей с зевком открыл мне:

– А,