Игра на чужом поле (СИ) - Иванов Дмитрий

— Ах-ха-ха! — разразился хохотом Сергей, абсолютно не обидевшись.

Хороший мужик, сразу видно — простой, незлобивый. Даже пытался угостить меня «виской», достав откуда-то миниатюрную фляжечку, явно прихваченную для таких вот перелётов. Но я отказался.

Вот только как товарищ со своими габаритами умудряется работать под землёй? Этот вопрос не давал мне покоя.

— Не застревал никогда в шахте? — интересуюсь я, разглядывая собеседника.

— Да я же шахтёр только по должности, — махнул рукой Серёга. — А так хозяйством занимался. У нас на острове добра советского полно, вот и приходится следить, чтобы всё это не заржавело и не развалилось.

— А отчего возвращаешься тогда? — не удержался я от вопроса.

— Ай! — он вздохнул, качнув плечами, будто это история его изрядно утомила. — Сын поступил учиться на КГБэшника… Выучился, вернулся в край на работу, а ему сказали: не положено иметь родственников, проживающих за границей. Хоть и развелись мы с его мамкой давно, а всё равно я родня. Вот теперь возвращаюсь… Чтобы ему дорогу не перекрыли.

Сергей говорил спокойно, без обиды, но в голосе слышалась лёгкая горечь. Видно было, что он давно смирился с этой ситуацией.

— Да и надоело там на холоде! — продолжал делиться откровениями сосед. — То ли дело у нас в Красноярске!

— Ну, если только летом… — отчасти поддержал его я. — Так ты завхоз, что ли?

— Ага! Двадцать лет стажа на разных должностях! В крайкоме даже работал начальником автобазы! Лет пять назад.

— Коммунист? — оживился я, и в моей голове забрезжила идея.

— Ну да! А что?

— В крайком не хочешь вернуться?

Серёга удивлённо поднял брови, явно не ожидая такого поворота.

— Да кто меня возьмёт назад? У меня знакомцы там остались, рассказывали про своего нового начальника… Молодой карьерист, говорят, и гнида большая! Первым делом ревизию организовал!

— Ну так это правильно! — не показываю я виду, что обиделся на «гниду». — А кто именно говорит-то?

— Кореш мой сообщил. Говорит, сам начальник постоянно в разъездах, а вот его зам — лопух лопухом, его обмануть, как два пальца… Э! А ты чего интересуешься? — остановил поток откровений Сергей.

— Ну как тебе сказать… — я выдержал драматическую паузу и протянул через проход руку, едва не задев стюардессу, спешащую в хвост салона. — Давай заново знакомиться: я — та самая гнида! И, как говорят, большая!

— Пи.шь! — не верит Сергей.

— Не-а! — достаю служебное удостоверение я.

— Ф-ф-ф! Ты это… извини, я же с чужих слов… Так сказали, я повторил, — жмёт руку мой попутчик и тут же вырывает ладонь. — Девушку-то пропустить надо!

И, конечно же, проводить её взглядом.

— Ниче так… идёт ей форменная юбка! — сообщил мой новый приятель.

— Ну так вот! Есть у меня ещё одно место зама, — я чуть подался вперёд, чтобы не перекрикивать шум в салоне. — Сам же слышал: мой первый зам — лопух! И хоть он мне родной дядька и я доверяю ему — не кинет и не подставит, разве что по глупости, но работу-то тащить кому-то надо! Тем более, тебе всё это знакомо.

— Не скажи! Всё, да не всё! Там хозяйства в этом вашем крайкоме КПСС — немерено! — Сергей скептически покачал головой. — Но предложение заманчивое… А жильё будет? А то у меня и квартиры-то в СССР нет. Сдал, когда на Шпицберген уезжал.

— Найдем! — отмахиваюсь я от столь несущественной проблемы.

— Дураком надо быть, чтобы отказаться! — Сергей становится серьёзным и, не без сожаления спрятав виски за пазуху, начинает расспрашивать про свои обязанности подробнее.

За разговором время пролетело незаметно. Не успел я оглянуться, как самолёт уже заходил на посадку. Теперь осталось только получить багаж и найти такси.

— Не боись! — бодро заявил Сергей, поднимаясь с кресла. — Меня сын встретит! Квартиру-то я сдал, а вот машина осталась! Довезу тебя, куда скажешь.

— Пап, давай быстрее! Взгреть меня могут. Вон стоит машина моего начальника Лукаря, который тоже сегодня из Москвы возвращается. Я ведь не отпрашивался, — торопил отца, а заодно и меня, молодой парнишка, судя по размерам и морде — стопроцентный родственник Сергея.

Глава 28

Глава 28

— Верхоенко! А ты какими судьбами тут? — ласково, почти по-отечески, но с довольно грозной физиономией интересуется Лукарь у сына моего нового знакомого.

Разумеется, его доброжелательный тон не может обмануть молодого летёху. А то, что этот парень именно лейтенант, я только что понял из его сбивчивых объяснений:

— Папа! Он же полковник… а я только лейтенант! Что тут объяснять! Чёрт! Сюда идёт!

— Тащ полковник, разрешите доложить… — бодро начал Верхоенко-младший строевым голосом, словно на утреннем разводе.

— Толя! И ты тут? Вот так встреча! — перебил его Лукарь, завидев меня. — Ты на этом же рейсе? А почему я тебя…

— Здравия желаю, Валерий Ильич! — с видимым удовольствием я выпрямляюсь во весь рост, выходя из тесной машины. — Только что с турнира прилетел. Вот мой новый зам попросил своего сына нас встретить.

— Молодец, Верхоенко! — одобрительно кивнул особист, сразу подобрев лицом. — Занимайся своими делами, а Анатолия Валерьевича я сам довезу. Садись, Толя, в мою машину, пообщаемся!

Летёха заметно расслабился. Напряжённая осанка исчезла, плечи опустились, а на лице промелькнуло облегчение: выговора от начальства удалось избежать, и, кажется, это показалось ему настоящим чудом.

— Сей момент! Только вещи заберу, — охотно соглашаюсь я, направляясь к багажнику, который мы с Сергеем забили подзавязку ещё в аэропорту. В советских машинах, что ни говори, багажники небольшие: стоило засунуть туда пару чемоданов и пару разрозненных сумок — и всё, места не осталось.

— Это что там звенит? — не пропустил мимо ушей мелодичный звон бутылок с коньяком подполковник.

Его водила, новенький, судя по всему, из недавно набранных сотрудников, шустро перетаскивал мои вещи из машины лейтенанта в полковничий УАЗик. Парень работал быстро, но выдал себя, а заодно и меня, лёгким звяканьем сумки, в которой как раз лежало спиртное.

Я с интересом оглядел новенького — уж больно приметный типаж: спортивного, как и я, телосложения, но ещё и красив аки херувим. «Грех такого шофёром юзать,» — мелькнула мысль. — «Его бы послать на спецзадание по выуживанию секретов у женщин-шпионок! Успех гарантирован — те бы ему всё сами выложили, без единого вопроса! Только вот откуда в провинциальном Красноярске шпионки?»

— Разрешите доложить, товарищ полковник! Всё перегрузил, — бодро отрапортовал херувим, щёлкнув каблуками.

— Угу, перегрузил… Только что это звенело? — поинтересовался Лукарь, выглядывая из окна авто.

— Это… наверное, инструменты, — замялся водила, стараясь сохранить невозмутимость. Видимо, он ещё не знает, что оправдываться перед Лукарем — дело заведомо провальное.

— Инструменты? — протянул полковник, сдерживая улыбку, в которой читалось лёгкое ехидство. — Толя, это у тебя такие инструменты? Или я что-то путаю?

Я хмыкнул, понимая, что скрывать смысла нет. Всё равно раскопает.

— Да, Валерий Ильич. Это сувениры с турнира. Ну, и кое-что для души, — признался я, пожимая плечами. — Не каждый день ведь побеждаем!

— Для души, говоришь… Ладно, давай в машину. Но смотри, чтобы «душа» по дороге не расплескалась.

Вижу, как водитель украдкой бросает на меня удивлённые взгляды, явно не понимая, с чего это мне такие привилегии и дружеский тон от полковника. В его глазах читался немой вопрос: «Кто этот тип, и что он такого сделал, чтобы так свободно трепаться с важными людьми?»

Я, уловив недоумение шофёра, лишь подмигнул ему. Затем неспешно вытащил из сумки бутылку элитного коньяка и, усаживаясь в «Волгу», бодро заявил:

— Это… Это презент вам из далёкой Норвегии!

— Ты только посмотри, какая буржуйская красота! — рассматривает презент КГБшник. — Вот только кому бы это вручить? Не пить же самому?

— А почему бы и нет? — ухмыляюсь я, удобно устраиваясь на заднем сиденье. — Ладно, Валерий Ильич, я вам две подарю! Одну — сами попробуете, другую — подарите кому-нибудь.