Безверыш. Земля - Андрей Олегович Рымин

солдаты прикрывались в последних двух штурмах. Копья их прошивают насквозь, когда бьёшь сверху вниз. Хорошо, что болтов для баллист у нас много.

И ещё хорошо, что дверь, которую живчики безуспешно пытаются вышибить, вся железом обита. Во врагах у нас не дураки так-то. Сняли бы баллисты с других башен, подтащили бы поближе и принялись бы прямой наводкой лупить по двери. Хотя сейчас её уже толком и не видно за трупами. Специально в прошлый раз подпустили врагов поближе, чтобы сверху камнями засыпать. Спустили на это дело половину запаса булыжников, но зато теперь, чтобы до двери добраться надо прежде завал растащить.

А других входов, человеку доступных, в нашу башню и нет. Первые окна лишь после полусотни локтей высоты начинаются, и то не во всякое можно влезть — слишком узкие. С низу же боковые тоннели завалены основательно — там и седмицы прочистить не хватит. Поджечь же крепь, и тем более, не получится — снаружи сплошь камень. Едким дымом нас выкурить разве что могут попробовать, но и здесь сложность есть — ни с одной из сторон к башне скрытно не подобраться. Слева-справа — отсыпанная щебнем полоса. Она же на полсотни шагов отодвигает от нас травяное поле с лица. Ну а с тыла, где заканчивается лоскут, тоже голая ровнь меж холмов простирается.

Колдун знал, что делал, когда отогнал крепь-повозку на три сотни шагов от башни и, заклинив там что-то, поджёг её. На ней теперь к нам не подъедешь, как и прятаться за опаленный остов бессмысленно — слишком далеко тот стоит.

В общем, укрылись мы здесь надёжно — йока с два выковыряешь — но гахары хитры. Ждём, что гады придумают. И уже копать начали. Два десятка человек, кто с луком, арбалетом дружит чуть меньше других, внизу ковыряют земельку, приспособив под это дело солдатские пики, каких нам немало досталось в наследство от прежних хозяев.

Тут ронхийцы за главных. Стрелки из них так себе, а вот опыт рытья шахт в своём полисе есть у братьев, как выяснилось. Блут уже как-то руководил схожим делом. С Ло всё обсудили, перетащили вниз щиты, что нынче служат в проходе подпорками — тот по замыслу узок — и дальше сами возюкаются. Вроде, как дело споро идёт. За четыре дня должны справиться.

Мы же наскоро перекусили, кому можно и нужно — по бобу проглотили, и сидим ждём очередной штурм. Половину дня уже ждём. Что-то долго гахары с силами собираются. Явно, что-то задумали. Вокруг башни народу уже согнано… Тысячи три-четыре солдат точно есть. Со всех сторон окружили, но в атаку пока не идут, держатся на безопасной дистанции. Видать, тоже ждут, когда им чего-то доставят из города. Между соседними башнями и озером двухэтажные повозки так и носятся туда-сюда. И пешком народ стопудово снуёт по подземной дороге туда и обратно без устали.

Не толпой сидим. Ло людей по всем этажам, где есть окна, равномерно расставил. Внизу только Вепрь и Бочка — им врага до подхода подмоги удерживать, если живчики таки вынесут дверь. Наверху, у баллист, стрелками командует Чопарь. Там же Его Величество бдит, чтобы, коли дела наши плохи окажутся, вылететь и вмешаться, солнышком обернувшись. Валя в центре примерно. Ему бегать к тем раненым, кому зельем помочь невозможно, если такие появятся.

Ну, а мы с Ло и с большинством специально оставленных колдуном при себе одарённых торчим на этаже, где начинаются окна. Отсюда командовать легче — переговорная труба на всех уровнях дырки имеет — и стрелять всего проще. Зелья, стрелы, болты — всё поделено, всё удобно разложено. Бить готовы врага, но тот пока не торопится бросаться в очередную атаку по светлому.

— Неужели, ночи ждать будут? — пробормотал нетерпеливо ёрзающий возле своего окна Клещ.

— Не думаю, — успокоил коротышку колдун. — Небо чистое. В том, что света звёзд нам хватает, они уже убедились. Ночь не принесёт им особого преимущества. Выгоднее не давать нам длинных передышек.

— Считаешь эту недлинной? — хмыкнул из своего угла Мривар Рац. — По мне так уже очень долго без дела сидим. Не пора ли, о избранный, вернуться к нашему разговору? Что там про Создателя и про демонов? Хотелось бы узнать подробности.

Вот ведь наглая рожа! В третий раз уже начинает расспросы, а сам про свои дары набрехал, когда его про них Ло спросил. Сказал только, что воздушным молотом в пределе сотни шагов от себя бить умеет и всё. У самого же на деле целых три нити, одна из которых, и правда — тот молот. Эту, красную, я первой «рассмотрел» своим даром, когда подвернулась возможность. Видел, как демона в Бездне, словно муху, невидимой мухобойкой прихлопнуло, когда цесарь Лайра проходил испытание. Теперь случай подгадываю, чтобы до сутулого дядьки снова дотронуться. А потом и ещё раз понадобится пощупать вруна. Мало ли, что он от нас скрыл. Вдруг, что ещё боевое? Сейчас каждая способность на счету.

— Присоединяюсь к вопросу, — поддержал цесаря Лайра Терикус, наконец-то немного пришедшей в себя. — Я ведь тоже до сих пор знать не знаю, ради чего гибнут мои братья. Столько крови… Зачем? Неужели, нельзя…

— Ты же сам всё на площади слышал? — перебил колдун живчика. — Разве те слова говорил Феол? Разве мог их сказать тот Феол, которого ты знал? А другие? Все, на кого якобы снизошло озарение — одержимы демонами, пришедшими на Землю с небесным огнём.

Три десятка присутствовавших на этаже людей неосознанно начали пододвигаться поближе к Ло. В воздухе висит предвкушение. Наконец-то Дерхан всё расскажет. Тут, конечно, не все, но остальным и пересказать потом можно. Я, как бы случайно, оказался возле сутулого Мривара.

— Да, Создатель говорил со мной, — продолжал колдун. — Только не словами, а образами. Мне в голову вложены знания. Я знаю, что демоны, захватив чьё-то тело, уже не способны покинуть его. Их невозможно изгнать. Одержимый, считай, уже мёртв. Поглощая душу захваченного человека, они получают себе его память, потому и способны выдавать себя за свою жертву. Демоны хитры и коварны. А ещё им известно, что я всё про них знаю.

— Так это всё ты⁈ — охнул уловивший главное для себя Терикус. — Всё из-за тебя! Они явились в Ковчег за тобой!

Все отвлеклись на в очередной раз психанувшего живчика, и я сделал быстрый шаг в бок, как бы невзначай зацепив локтем не обратившего на меня