Война - Тимофей Грехов

сейчас. Вам остаётся понять, как насыщать ваши клетки магией.

— Я думал, что метаморфизм — это дар, — сказал я.

— Так и есть! Но кто сказал, что маг не может развить его сам? Запомните, если у волшебника есть хоть кроха магической силы, то его потенциал можно развить пока желает развиваться сам этот маг! Я не говорю, что это будет легко, такому магу наоборот будет сложнее, но он или достигнет успеха, или сдастся.

— А почему Вы не расскажете как у Вас получилось насытить клетки энергией? — спросил Драко у Темного лорда.

— А может мне вместо тебя и детей твоей жене заделать?! — крича спросил Геллерт. — Вы должны сами разобраться, мне не нужен в учениках тупой скот. Я всё сказал! А теперь, бегом марш! А чтобы Вам было нескучно, — с этими словами он отправил в нас жалящие чары.

Как только чары попали в меня я вспомнил свои тренировки, которые проводила со мной мама. Геллерт ушёл куда-то, сказав, что перед обедом вернётся. Первым остановился отдышаться Снейп, который громко вскрикнул, когда его не переставая начали жалить наложенные чары. Урок он быстро усвоил и больше не останавливался, хотя бежал медленнее нас.

Драко вначале пытался бежать со мной одним темпом. По нему было видно, что он не запускал себя и ежедневно тренировался. Но выложившись в самом начале, он не смог поймать свой темп и тоже остановился отдышаться. Со стен послышался смех, когда Драко, взвизгнул и от неожиданности подпрыгнул. Потирая свою «пятую точку», он вновь побежал.

После первого круга мне показалось, что чары гравитации стали давить на меня сильнее. Взглянув *зрением* я попытался понять о чём говорил Гриндевальд. До сегодняшнего дня я не интересовался метаморфизмом, и не понимал, что нужно делать.

Геллерт, как и обещал, пришёл перед обедом и прервал наш марафон. Оглядев наши красные лица, сказал:

— К завтрашнему утру вы должны прочитать и понять всё, что написано в книге, — раздавая нам троим по книжке.

Я прочитал название и усмехнулся.

— Что смешного Уизли? — спросил Гриндевальд.

— А нельзя было дать нам изучить книгу, — показывая пальцем в название «Первые шаги к метаморфизму» — перед тренировкой? — спросил я.

— А мы сейчас спросим у непререкаемого авторитета среди студентов, почему я так поступил? — повернувшись в сторону Снейпа, спросил Темный лорд.

Не восстановивший дыхание Снейп, тяжело хватая воздух, заговорил.

— Теперь мы… на себе прочувствовали тяжесть… сегодняшнего занятия, и чтобы прекратить… данный вид тренировки… мы эти книги изучим от корки до корки… Если кратко, мы получили прививку… мотивацией.

Гриндевальд похлопал в ладоши и пошёл в сторону замка. Отдышавшись, мы тоже пошли по своим делам. На моё счастье, или наоборот, Грейнджер в спальне не было, и я, приняв душ, прилёг отдохнуть.

Пообедав, я спустился в библиотеку, в которой долго искал Гермиону. Сообразив активировать *зрение*, я нашёл её сидящей за одним из столов, на котором лежала большая стопка книг.

— Как успехи? — спросил я, присаживаясь рядом с ней.

— Пока никак. Много времени уходит на перевод, — ответила она.

Чтобы не отрываться от работы, я вызвал домового эльфа, которого за мной закрепил Темный лорд.

— Шелби, принеси мне кофе, а мисс Грейнджер перекусить, — сказал я.

Погрузившись в изучение книги по метаморфизму, я перестал реагировать на окружающую обстановку. Делая очередную пометку в своём блокноте, я обратил внимание, что за окном начало садиться солнце, и предложил Гермионе на сегодня закончить.

Идя с ней по коридорам в сторону спальни, я спросил.

— Скажи, тебе не хочется вернуться обратно к кмольцам?

Гермиона, не ожидавшая такого вопроса, остановилась, но увидев, что я иду дальше, догнала меня, после чего ответила.

— До нашего с тобой разговора я только об этом и думала. Но сейчас у меня появилась цель, и плевать, что скорее всего эта реальность исчезнет с твоим возвращением в прошлое. Я не прощу себе если не попытаюсь изменить свою судьбу. Ты обратил внимание, что температура в воздухе аномально высокая? — спросила она. Я ответил, что даже не задумывался об этом, потому что на мне были чары регуляции температуры, тогда она продолжила: — После ядерных взрывов, затопления АЭС и многих других катастроф, температура увеличилась на семнадцать градусов. Это привело к тому, что на обоих полюсах ледники начали таять. Уровень воды сильно увеличился, и придёт время, выжившим придётся сражаться за каждый кусок земли. Это приведет к новым войнам. Начнётся война за ресурсы.

— Маги что-нибудь придумают и остановят затопление, — предположил я.

— Вот именно, МАГИ что-нибудь придумают, но что смогут придумать обычные люди? Аналитики кмольцев пришли к выводу, что простецы или вымрут, или уничтожат планету, по принципу — не доставайся ты никому!

Мы дошли до спальни, где продолжили разговор, который неожиданно меня заинтересовал.

— Гермиона, мне кажется даже если я вернусь обратно, рано или поздно война между маглами и магами всё равно произойдёт, — сказал, задумавшись я.

— Рон, честно сказать, я тоже об этом думала. Ведь если тебе удастся помешать планам Фламелей, то рано или поздно появится новый «прогрессор» который решит, что он знает, как лучше жить. И история повторится. Тебе ведь известно про приюты, в которых учились слабосильные маги? — получив от меня подтверждение, она продолжила: — Из этих сирот вышли будущие лидеры отрядов кмольцев. Мой доступ позволял ознакомиться с отчётами довоенных лет. Это страшно, — с грустью в голосе сказала Гермиона, — у них не было детства, их с ранних лет учили убивать как простецов, так и магов. Сразу по достижении совершеннолетия они заключали контракт, наподобие моего, и всю жизнь служили организации, которая своей главной целью поставила уничтожение магов.

— Гермиона, я думал, что магические клятвы и договоры не позволяют тебе об этом говорить?! — удивившись такой откровенности, задал вопрос я.

— Вчера, когда я была с Асторией, — покрывшись румянцем, заговорила Гермиона, — я задалась вопросом, как мы смогли обойти брачные клятвы. И пришла к выводу, что артефакт скрывает от откатов, — и глядя мне в глаза, сказала: — Рон, этот артефакт уникален, я никогда о таком не слышала. Представляешь какие возможности он даёт? — спросила она.

— Да, — сказал я, уже по-новому смотря на медальон.

В тот вечер я решил, что обязан изучить этот артефакт и понять, как он работает. Мы проговорили с Гермионой до полуночи, думая над тем как мы видим политическое устройство мира. Но в одном мы с ней были полностью согласны — без войны мир не изменить, как бы мы этого не хотели.

Глава 8

Со