Дом, который будет ждать. Книга 5 - Александра Шервинская

– Если ты не возражаешь, я буду звать тебя Лиам, – решил я и вопросительно взглянул на слугу.

– Лиам… Лиам… – медленно проговорил тот, словно пробуя имя на вкус и привыкая к его звучанию. – Мне нравится, как оно звучит, Повелитель.

– Ты можешь звать меня по имени, – предложил было я, но наткнулся на строгий взгляд алых глаз.

– Нет, об этом не может быть и речи, – решительно заявил… Лиам, – ты Повелитель, и по-другому к тебе обращаться не должен будет никто.

– Я пока ничем не доказал своего права носить это имя, – возразил я, впрочем, не собираясь с ним спорить. – Скажи, Лиам, если будет необходимость, мы сможем найти тех, кто встанет на защиту Франгая?

– С хищниками и иными сущностями ты должен договориться сам, а тех, кого передал мне в подчинение мой бывший хозяин, тот, кто решает судьбу мёртвых, я приведу к тебе. Но не сейчас, а тогда, когда ты будешь готов. Тебе нужно будет многое узнать о мире, который предстоит защищать.

– Я видел тебя во сне, – внезапно сказал я, хотя не собирался рассказывать о том видении никому, – ты предупреждал меня о грозящей опасности и об угрозе, которая приближается с севера. Это было не очень давно…

– Здесь странное место, – задумчиво проговорил Лиам, – я не вижу снов, но порой перед моим внутренним взором проходят картины будущего. И я тоже видел тебя, Повелитель. Но у нас ещё будет время поговорить об этом. Не могу сказать, что я наделён даром предвидения, но при жизни я многое мог и многое умел. Кое-какие навыки мне удалось сохранить и до сих пор.

– Скажи, Лиам, а кем ты был при жизни и как оказался здесь, во Франгае? Надеюсь, мой вопрос не затрагивает каких-то запретных тем?

Мой будущий помощник бросил на меня странный взгляд и негромко проговорил:

– Ты не должен интересоваться моим мнением, Повелитель. Если у тебя есть вопрос, моя обязанность ответить на него, и совершенно не важно, что я сам по этому поводу думаю. Ты Повелитель – я твой слуга, этим всё сказано.

Я помолчал, тщательно обдумывая его слова. С одной стороны, он абсолютно прав: именно так и строятся отношения между такими, как я, и такими, как он. Но с другой стороны, внутренний голос однозначно говорил, что если я хочу получить настоящего помощника, а не простого исполнителя, эту традицию нужно менять.

– Я тебя услышал, – кивнул я и добавил, – но мне хотелось бы, чтобы наши отношения строились немного на иных принципах. Знаешь, когда-то я был обычным молодым аристократом, совершенно не ценящим ничего кроме своих прихотей и амбиций. Мне всё время хотелось доказать всем, и в первую очередь самому себе, что я всё могу. Что я самый отважный, самый безрассудный и самый хитрый. Но, как говорила моя нянюшка, да примут боги её душу, на каждую мышь найдётся свой кот. Вот и на меня нашёлся… И я оказался в каменном мешке, из которого, по идее, мне не суждено было выйти. И вот тогда я понял, что все мои гордые и самолюбивые мысли не стоили ломаного медного гроша, так как я оказался бессилен изменить собственную судьбу, когда на неё обратили внимание те, кто сильнее. Месяц, который я провёл в крохотной камере без окон, показал мне, насколько пустыми и бессмысленными были мои прежние устремления. Потом, уже когда я стал тем, кто я есть теперь, мне стало понятно, что я должен был пройти свой путь со всеми его ошибками и испытаниями. И я понимаю, что если судьба свела меня с тобой, значит, в этом есть некий глубинный смысл, который пока, возможно, нам обоим просто недоступен. Уф… давно я не произносил столь длинных монологов.

Лиам молча смотрел на меня, словно раздумывая, стоит ли отвечать на мою откровенность тем же. Потом он всё же очень по-человечески вздохнул и заговорил.

– Когда-то очень давно, я даже не помню точно, когда, я жил в столице и преподавал в университете, – алые глаза смотрели куда-то мимо меня, но не на горящие изумрудными искрами вершины деревьев, а куда-то гораздо дальше, в его, Лиама, прошлое, в которое ему никогда не вернуться. Как, впрочем, и мне в моё…

– Я преподавал артефакторику, был вполне доволен жизнью, меня уважали коллеги и студенты, я был открыт всему новому… Но однажды от бродяги, которого каким-то неведомым случаем занесло в трактир неподалёку от университета, я услышал историю о могучем артефакте, который никто никогда не видел, но который обладает невероятной мощью. Человеком я всегда был достаточно здравомыслящим, но здесь словно затмение нашло какое-то: я понял, что мне просто жизненно необходимо найти этот уникальный артефакт. Даже то, что он находился, по слухам, в самом центре зловещего Франгайского леса, меня не остановило. Мне нужно было завладеть им, и никакие доводы разума не шли в расчёт. Я оставил университет, взяв отпуск и даже не попрощавшись с близкими, купил портал и отправился сюда.

– И сколько ты прожил после того, как вышел из портала? – я прекрасно помнил своё собственное появление в сердце Франгая, встречу с сариссой и прочими обитателями чащи.

– Как ни странно, больше суток, – улыбка на серой физиономии смотрелась, скорее, устрашающе, чем радостно, – уйти далеко, конечно, не смог. Не помогли даже редкие, сделанные мной самим артефакты, которых я прихватил в избытке. Последнее, что я помню, это голос, который звал меня за собой и которому я почему-то не в силах был отказать.

– Наверняка кайрос или кто-то из его племени развлекался, – предположил я, а Лиам кивнул, подтверждая мою догадку, – в ментальном воздействии среди хищников ему равных просто нет.

– Так и было, – Лиам внимательно посмотрел на меня, – а потом я очнулся уже таким, каким ты меня видишь. Повелитель мертвецов Франгая решил, что ему могут пригодиться мои знания и мой опыт, потому не отправил меня туда, куда уходит большинство тех, кто находит свою смерть здесь, а приблизил и постепенно сделал главным над остальными. Но это наши дела, тебе они не интересны.

– Я не буду спрашивать тебя о том, как обстоят дела в вашем мире мёртвых, – очень серьёзно сказал я, – это действительно не моё дело, но прошу тебя, – тут Лиам снова удивлённо посмотрел на меня, и я настойчиво повторил, – прошу тебя, если какие-то сведения из этой тайной жизни будут важны для нашей миссии, скажи мне. Я дам необходимые клятвы, обещаю.

– Я буду помнить твои слова, Повелитель, –