Наследник империи (СИ) - Фарг Вадим

Поняв, что делать больше нечего, ведь, где взять ещё шары, я не знал, а отвлекать ребят не хотел, то решил просто вернуться к себе в комнату. Тем более я уже изрядно устал и просто валился с ног.

Хорошо хоть идти никуда не нужно.

Подумав о своей комнате, я тут же оказывался в ней. Сбросив одежду, сполоснул лицо и сразу плюхнулся в кровать.

Но едва заснул, как над ухом загудела въедчивая, противная мелодия подъёма.

Еле продрав один глаз, взглянул на часы. Семь утра.

— Что такое? Сегодня ведь суббота! А они обещали, что по выходным подъём не будет играть и можно выспаться?

Следом за мелодией, посреди комнаты появилась голограмма директора:

— Дорогие ученики, — строгим тоном произнёс он, — хотя сегодня и выходной, но прошу всех немедленно собраться в главном зале. Вопрос наивысшего приоритета.

Глава 24

Ложное обвинение

— Сегодня ведь выходной, и чего нас всех собрали? Ещё и в такую рань!

Подобные возмущённые возгласы раздавались со всех сторон. И я был полностью солидарен с ними. После вчерашней тренировки мне ужасно хотелось спать, и я никак не планировал столь ранний подъём.

— Поверьте, я не стал бы вас будить и собирать здесь в такое время, если бы дело не было срочным, — серьёзным тоном начал директор. — Вчера вечером некто подсыпал яд в одно из подаваемых на ужине блюд. Из-за чего отравилось больше тридцати человек. Сейчас все они находятся в лазарете. Не переживайте, их жизням ничего не угрожает, однако, данный поступок не может остаться безнаказанным. И сейчас мы ищем преступника, совершившего это злодеяние.

— Что-то в этом году здесь совсем неспокойно, — пробубнила стоявшая рядом девушка, обращаясь к подруге. — Сначала пропавшая ученица, теперь эти отравления.

— Это ты про ту нелюдь? Что-то мне её совсем не жалко, — пожала плечами вторая. — Почему их вообще в академию допустили? А она ещё и не в 1–6 попала. Может, после этого сама сбежала, чтобы не позориться?

— Да нет, зачем бы она тогда сюда стала приплывать, чтобы сразу сбежать? К тому же, разве это вообще возможно?

— Да кто ж знает этих нелюдей…

— У нас кто-то пропал? И что за нелюди? — шёпотом спросил я у Ярослава стоявшего рядом со мной.

— Не обращай внимания. Так всякие невежи называют полулюдей.

Я с непониманием уставился на кузена.

— Тех, в ком течёт кровь и звероподобных и людей, а потому проявляются черты обеих рас.

— Вроде Берты?

— Ну да. Она как раз получеловек. Её мать из Атлантиды, родины всех звероподобных, а отец — человек. В прошлом к таким как она плохо относились, оттуда и пошло прозвище «нелюди». Их не принимали на нормальную работу, а детям запрещалось учиться даже в обычных школах, не говоря про магические академии.

«Да ты хуже нелюди!» — вспомнились мне слова Сметаниной из моего сна.

— Но потом твой отец всё изменил. Правда, некоторые предрассудки всё ещё остались. Например, хоть теперь полулюдям и разрешено учиться в академии, но почему-то только в одном классе, выделенном специально для них. Но, ты это и сам должен знать.

— Да просто из головы вылетело, — соврал я. — А что насчёт пропавшей ученицы? Получается она тоже получеловек?

— А ты не слышал? — удивился Ярослав — Девочка из клана северных волков. Ты должен был её видеть, она ведь из твоего класса.

— Не замечал никого такого, — задумался я. — А может это та самая шестнадцатая ученица? Но она ещё ни разу на уроках не появлялась.

— Вот оно как. Значит, слухи не врали. Говорят, её после банкета никто не может найти.

Тем временем директор продолжал свою речь:

— Мне сложно это говорить, но есть подозрение, что во вчерашнем инциденте замешен один из наших учеников. А потому, если кто-то что-то видел, прошу незамедлительно сообщить мне или вашим классным руководителям.

— Но, ведь эту отраву мог подсыпать любой человек, кто был вчера в столовой, — возмутился какой-то парень. — Получается, вы всех нас подозреваете?

— Не совсем так. Изучив отравляющее вещество, мы выяснили, что оно начинает действовать не сразу, а спустя определённое время. Сопоставив его со временем, когда появились первые симптомов у отравившихся, получается, яд попал в еду ещё до открытия столовой, но уже после того, как повара её приготовили. А значит, злоумышленник должен был находиться рядом с кухней в районе семнадцати часов. Кроме того, в указанное время в том месте и правда видели ученика. И мы сейчас пытаемся выяснить кто это был. Потому, повторяю: если кто-то из вас в это время был рядом или видел, как кто-то подходил в сторону кухни, прошу сразу сообщить об этом.

По залу пробежал встревоженный шёпот. Все переглядывались, с недоумением смотря друг на друга, но никто ничего не говорил.

Конечно, где вы найдёте дурака, который решится сказать, что был там или что-то видел? Ведь тогда он автоматически сам попадёт под подозрение.

По крайней мере, я так думал. Но такой человек всё же нашёлся. Пока все находились в полном смятении, Сметанина вдруг подняла руку.

— Да, мы Вас слушаем, — кивнул директор.

— Я, правда, была в том месте и кое-кого видела.

Она что, совсем дура?

Я с удивлением посмотрел на неё.

— Мы Вас внимательно слушаем. Кто же это был?

Сметанина опустила глаза, а затем указала на меня.

— Чего? — возмутился Ярослав.

Я был не в меньшем шоке. Но всё же смог сдержать эмоции.

— Вчера я задержалась в академии, а когда возвращалась, видела, как Игорь Романский шёл в направлении кухни. И это было как раз в районе пяти часов вечера.

— У вас есть, что сказать в своё оправдание, герцог?

— Это неправда. Вчера в это время я был в другом месте.

— И где же?

— В общежитии.

— Враньё! — возразил, соскочивший с места, Ванич Цепеш.

А он-то чего влез?

— Вчера вечером, — продолжил Цепеш, — я заходил в комнату к Игорю Романскому, но его там не было.

И зачем интересно он заходил?

Елена ехидно улыбнулась.

Вот гадина! Так она и это предусмотрела и специально подстроила, чтобы я не мог оправдаться. Вот только откуда она узнала, что меня не было в комнате? Она точно не знала, где я был, иначе бы сразу настучала учителям.

Я судорожно искал ответ, и тут меня осенило:

Та записка! В ней ведь говорилось, чтобы в пять вечера я подошёл во внутренний двор у здания кухни. Но откуда Сметанина узнала, что там написано? Увидеть записку она не могла. Если только не видела её ещё до того, как она попала ко мне. А может она заодно с той девчонкой, или вообще это она всё специально подстроила, чтобы обвинить меня!

— А что ты сама там делала? — возмутился Ярослав. — Может это ты отравила всех, а теперь пытаешься всё свалить на Игоря.

— Как грубо! — задрала нос Сметанина. — Я ведь сказала, что в это время возвращалась с уроков и просто проходила мимо.

— Слишком подозрительное совпадение! — не сдавался Юсупов.

— С вами был кто-то ещё, кто может подтвердить Ваши слова? — спросил директор.

Как я и предполагал, любой выступивший тут же сам попадает под подозрение.

Но в этот раз руку поднял Ольгерт Геденович:

— Да, с ней был я, — поднявшись, заявил он. — И я могу подтвердить слова Елены: вчера, в пять вечера Игорь Романский был во внутреннем дворе около входа на кухню.

Что за бред? Специально договорились, чтобы опорочить меня? А ещё эта девчонка с её записками…

Сейчас я уже не сомневался, она точно замешана в этом деле: ведь, если подумать, в первой записке она тоже звали позвала меня в место, где в итоге кто-то пробил стену. И приди я тогда туда, всё бы точно повесили на меня. А теперь этот случай. А может эта девчонка и есть отравитель?

Где вообще она?

Я стал оглядываться, пытаясь отыскать её, но не увидел никого похожего.

Что ж за невидимка такая? Напакостила и теперь прячется? Или, может она тоже отравилась, и сейчас в лазарете с другими пострадавшими?