Изгой - Александр Майерс

упоминая дела семьи. Только когда им приносят кофе, Алексей вдруг открывает принесённую с собой папку и протягивает Виталию пару документов.

— Посмотри.

Поправив очки, Виталий читает копии княжеских указов. Один об отмене изгнания Александра и Анны Грозиных. Второй — о принятии их в род на полных условиях. Третий…

— Назначить Александра Грозина наследником титула без права передачи этой почести и без права отказа. Интересная формулировка, дядя, — говорит Виталий и откладывает бумаги. — К тому же я не вижу здесь слова «временно».

— Потому что его и нет, — Алексей пожимает плечами. — Александр будет назначен полноправным наследником. Без права отказа.

— Что это значит?

Алексей делает глоток кофе и внимательно смотрит на Виталия.

— Скажи, ты ведь никогда не хотел становиться князем?

— Нет. Я не хочу этой ответственности.

— Понимаю. Это действительно тяжкая ноша, для которой нужен сильный характер. Я не хочу сказать, что ты слаб, Виталий. Ты бы справился, ведь ты прекрасный аналитик и стратег.

— Спасибо, дядя, — осторожно говорит он, поправляя очки.

— Александр хорош, безусловно. Но он слишком молод. Думаю, что титул должен получить человек более опытный, как ты считаешь?

Неужто Алексей намекает на себя? Похоже, что так и есть.

— Безусловно, для управления кланом нужен опыт. Жизненный и… политический, — говорит Виталий.

— Верно, мальчик мой, всё верно, — дядя улыбается. — Раз Юрий отстранён, а ты не хочешь быть князем, у нас остаётся не так много вариантов.

— Да. Но ведь отец решил выбрать Александра. Судя по вашей подписи, вы поддержали это решение.

— Конечно. Я не хочу спорить с братом и не хочу вносить смуту. Сейчас нам это не нужно. Но видишь ли, может случиться так, что… Александр дискредитирует себя. Сделает что-то такое, что позволит усомниться в его праве быть наследником. И лишит его этого права.

Виталий не может поверить своим ушам. Алексей почти слово в слово повторил его собственные мысли! Именно таким и было намерение — сделать так, чтобы Александру поручили что-то важное, а затем спровоцировать крах. Чтобы князь передумал делать его наследником.

— Вы правы, дядя, — произносит он. — Если Александр провалит какое-нибудь важное дело, князь передумает.

— Да, вот именно. Ему придётся выбрать другого наследника. Того, кто умеет справляться с важными делами.

Наклонившись к Виталию, Алексей заговорщицким тоном продолжает:

— В любом случае, главное ведь не то, кто станет князем. А кто займёт трон Династии.

— И кто же его займёт?

— Тот, кто умеет рассчитывать наперёд и разбирается в работе компании. Пусть один человек правит в роду и клане, — Алексей касается своей груди. — А второй управляет Династией.

С этими словами он касается руки Виталия и затем отстраняется. Виталий с трудом сглатывает, не в силах поверить, что дядя предлагает ему такое. Разделить власть? Это же разумно! Алексей политик, ему по душе заниматься работой с людьми. Виталий — бизнесмен, и он давно нацелился на пост генерального директора Династии.

Почему бы не объединить усилия?

— Вы правы, дядя. Это будет разумно.

— Я рад, что мы друг друга поняли. Я не предлагаю что-то сделать прямо сейчас. Пока что нужно подождать. Но когда настанет время — мы выступим на одной стороне. Договорились, племянник?

— Договорились, дядя, — Виталий кивает и крепко пожимает Алексею руку.

* * *

— Добрый день, господин Старцев.

— Добрый день, Александр, — с каким-то пренебрежением отвечает он.

Быстро пожимает мне руку и садится за столик. Отмахивается от официанта, который подаёт ему меню.

— Ничего не надо. Я здесь ненадолго, — говорит он.

Герман Старцев сразу производит неприятное впечатление. Он хорошо выглядит, прилично одет, но так и стремится выставить достаток напоказ. Дорогие часы на одной руке и толстый золотой браслет на другой. Запонки с рубинами, торчащий из кармана джинсов ключ от Эльбруса.

«Все смотрите, я хорошо зарабатываю! Я крутой предприниматель!» — так и кричит его образ. Весь начиная от одежды и дорогих цацок, заканчивая повелительным взглядом.

— Давай сразу к делу, Александр, — говорит Герман. — Я тороплюсь.

— Когда это мы перешли на «ты», любезный?

Вздохнув, Старцев говорит:

— Послушай… те. Я занятой человек. Вы хотите что-то обсудить? Я слушаю. Только быстрее.

— Не надо спешить, господин Старцев. Давайте познакомимся поближе, узнаем друг друга. Всё-таки мы занимаемся одинаковым бизнесом. Как ваш Пересвет? Клиентов стало больше в последние пару дней, не так ли?

— Не знаю точно. У меня несколько предприятий, я не рассматриваю каждое под лупой.

— Вы человек широких интересов. Я тоже. Видите, у нас уже нашлось что-то общее, — с улыбкой говорю я.

— Вы хотите что-то предложить, Александр? У меня правда нет времени на пустую болтовню, — морщась, сообщает Герман.

Вздохнув, беру чашку с чаем и делаю медленный глоток. Наблюдаю за тем, как Старцев в нетерпении дёргает ногой.

— Ладно, давайте к делу. Мне не нравится ваш способ ведения бизнеса, — говорю я.

— Да какая вам разница, как я веду свой бизнес?

— Большая, когда это касается меня. Не надо увиливать, вы прекрасно понимаете, о чём речь. Сначала вы пытались очернить мою фирму косвенно. Затем атаковали сайт и запустили грязную кампанию в СМИ.

— Что за чушь! Я этого не делал.

— Не держите меня за дурака, Герман, — мой голос лязгает. — Или у вас не хватает смелости признаться? Не можете бросить вызов, глядя в глаза?

— О-о, начинается. Дайте угадаю. Сейчас вы скажете, что грязный простолюдин не смеет соперничать с благородным аристократом, — Старцев взмахивает руками.

— Вы это сами сказали. У меня даже в мыслях не было ничего подобного.

— Ну конечно. Стоило мне создать такой же бизнес, как вы сразу захотели на меня надавить. Думаете, что я испугаюсь?

— Я думаю, что нам стоит соперничать честно. Меня огорчают методы, которые вы используете. И да, если это не прекратится, я приму меры.

— И что вы сделаете?

— Узнаете, когда сделаю. Вам это вряд ли понравится.

— Как же быстро вы перешли к угрозам, — Герман усмехается.

— Я не угрожаю. Говорю как есть. Вы первым на меня напали, но я не хочу воевать. Поэтому предупреждаю: остановитесь. Будем вести здоровую конкуренцию, так будет полезней для нас обоих.

Старцев злобно усмехается и встаёт.

— Знаете, Александр, мне