Князь из картины. Том 16 - Борис Владимирович Романовский
Ильяс медленно кивнул. Несколько секунд он смотрел в стол, затем поднял взгляд на меня.
— Я решил, — произнёс он. — Хочу двойной источник.
— Ты разве меня не слышал? — не смог сдержать удивления я.
— Слышал, — хмыкнул Ильяс. — Но ты же как-то стал Высшим Магом. Значит, и я смогу. Или ты считаешь себя талантливее меня?
Он скривил губы.
— Причём тут талант, — поморщился я. — Не люблю такое говорить, но в этот раз честно признаюсь — мне действительно повезло. Если бы на Земле не было Башни Испытаний, я бы до сих пор оставался Старшим Магистром.
— Но ты бы не сдался, — не отступал Ильяс, прищурившись. — Ты бы всё равно нашёл способ, рано или поздно.
— Думаю, да, — кивнул я.
— Вот видишь, — Ильяс вздёрнул подбородок, глядя на меня. — Я тоже найду выход. Поэтому я не сверну со своего пути. Хочу двойной источник — как мы и договаривались.
— Хорошо, — вздохнул я. — Раз ты настаиваешь, больше отговаривать не стану.
Мне было по-настоящему жаль. Я не особо верил, что Ильяс найдёт выход из этой ситуации. Но это его выбор и его жизнь.
— А теперь давай закончим с этим и перейдём к делу, — решительно сказал Ильяс. — Зови Борислава.
— Где я могу забрать своего Исполинского Дракона? — спросил я, поднимаясь.
— После того, как сделаешь мне двойной источник, вместе отправимся в Орден и заберёшь его, — процедил Ильяс, доставая телефон.
Я довольно кивнул и позвонил Бориславу. Тот уже знал о моём возвращении из Аэтерна и был готов выдвигаться.
— Можешь захватить Искажающую Маску? — попросил я. — Верну сегодня же.
— Без проблем, — отозвался Борислав.
Я оставил Ильяса на башне и переместился в Ритуальный Зал, где вместе с Гирсой Петра занялся созданием ритуала — того самого, который прежде Гавриил проводил на Ильясе.
Так вышло, что Гирса Петра очень быстро узнал практически все секреты нашего рода. И Скрижаль Закона не была исключением — скрывать её от него было бы слишком неэффективно. Впрочем, и я, и мои клоны-ритуалисты всегда чувствуем ритуальный круг на сердце Гирсы. После того как я прорвался на третий Шаг, сбросить моё клеймо ему стало ещё сложнее. В любой момент одной силой мысли я могу взорвать ему сердце — поэтому я не сомневался, что он не станет меня предавать.
Мы провели ритуал и заключили его в Гримуар. Это оказалось непросто.
Первые три попытки провалились, и только на четвёртый раз мы поняли, как проводить этот ритуал. Повезло, что у меня есть полная Скрижаль Закона, а не её осколок, как раньше. Без полной Скрижали, скорее всего, ничего бы не вышло.
Вспоминая, как Гавриил провёл столь сложный ритуал с первого раза и в одиночку, я всё больше убеждался: этот дед крайне силён и талантлив. Высших Ритуалистов на Земле было мало, но Гавриил, думаю, входил в пятёрку сильнейших за всю историю планеты.
Когда я закончил, Борислав уже прибыл и болтал с Ильясом. Выйдя из портала, я услышал:
— Обычно я маскировал пятно специальным плотным составом, — говорил Борислав, доставая небольшую стеклянную баночку и передавая её задумчивому Ильясу.
Тот открыл крышку, понюхал и уточнил:
— Ты использовал листья Красных Призрачных Тюльпанов?
— Ага, — довольно кивнул Борислав. — У тебя прекрасный нюх.
— И где ты только их нашёл? — проворчал Ильяс, закрывая крышку.
Он посмотрел на меня.
— Готовы? — спросил я.
Ильяс быстро кивнул. Борислав усмехнулся и протянул мне Искажающую Маску.
Забрав Маску, я открыл портал в Зал Реликвий.
Гирса Петра уже ушёл — пусть его существование останется секретом.
— Готов? — спросил я у Ильяса.
— Да, давай начнём, — нетерпеливо ответил он.
Я высвободил из Гримуара ритуал.
Над Ильясом завис круг, и его охватил серый вихрь энергии. Спустя минуту к нам вышел дряхлый старикашка.
Он подошёл к Бориславу и велел:
— Снимай верхнюю одежду.
Тот кивнул и быстро оголил торс. Ильяс начал магичить.
Я отошёл чуть в сторону и молча наблюдал за работой Целителя.
Жезл порхал в пальцах Ильяса, то и дело создавая яркие магические конструкты, от которых несло мощнейшей энергией. Не прошло и нескольких секунд, как Борислав потерял сознание и оказался заключён в кокон из светящихся зелёных нитей.
Наблюдать за работой Ильяса было и интересно, и в какой-то мере полезно. Некоторые действия, которые Ильяс совершал рефлекторно, порой были для меня весьма необычны. Особенно меня удивляла его работа со жезлом — то, как он его держит, как выпускает из него энергию, как филигранно использует в работе над потоками энергии.
Настоящий маэстро жезла! От этой мысли я улыбнулся.
— Подготовь пока своего клиента, — проскрипел Ильяс, не отрываясь от Борислава.
Я молча покинул Ритуальный Зал и переместился прямо к Анастасии. Она ждала меня в своём домике.
— Ты готова? — спросил я.
— Да, — нервно кивнула девушка.
Она постаралась замаскироваться — оделась в плотный чёрный плащ и каким-то зельем перекрасила волосы в каштановые. Я передал ей Искажающую Маску. Анастасия надела её, и теперь даже по ауре стала другим человеком.
Императрица переживала, что Ильяс её узнает, вот и захотела замаскироваться.
Я сдержал улыбку, умиляясь её наивности.
После перемещения в замок мы с Анастасией зашли в Ритуальный Зал. Ильяс бросил на нас лишь один равнодушный взгляд.
— Защити свою гостью, — строго сказал он.
Я достал из чехла жезл. В тот же момент Ильяс выпустил с концентратора луч серебристой энергии — тот воткнулся прямо в грудь Борислава. Алхимик забился в конвульсиях и даже зарычал — несмотря на то что по-прежнему был без сознания.
От Ильяса и Борислава разошлась мощная волна энергии. Я взмахнул жезлом и защитил нас с Анастасией. Если бы меня здесь не было, такая волна могла бы нанести серьёзные увечья девушке.
Затем последовал ещё один импульс — пол под ногами двух Высших Магов пятого Шага начал превращаться в песок. Столб энергии, вырвавшийся вверх, разрушил потолок, и я тут же ощутил через ментальную связь недовольство Тени — тот немедленно вмешался и принялся укреплять Ритуальный Зал.
А пока вокруг буйствовала энергия, из груди Борислава медленно вытекала отвратительная тёмно-серая, почти чёрная субстанция. Она периодически становилась полупрозрачной, почти невидимой — а затем её цвет резко насыщался. Один только вид этой дряни вызывал подсознательное отвращение и желание держаться от неё как можно дальше. Я чувствовал дрожь собственной души, глядя на неё.
Анастасия схватилась за грудь и тяжело задышала — ей было ещё хуже. Она
