Бывает и хуже? Том 2 - Игорь Алмазов

— Всё о том же, — вздохнул я. — Ты мой друг, и я переживаю за тебя. Ты здесь уже живёшь почти две недели, но так и не нашёл работу. Вместе с тем ты сам рассказывал про свой кредит, на который у тебя осталось всего два месяца.

Гриша тут же нахмурился.

— Я ищу работу, — заявил он. — Просто мне пока что не попалось ничего подходящего. Всё-таки я не зря получал высшее образование, и у меня есть опыт ведения бизнеса.

— Гриш, — вздохнул я. — Я понимаю, как тебе тяжело. Но ты не можешь просто лежать целыми днями и ждать, что всё решится за тебя. Нужно действовать.

Это была самая яркая разница между Гришей из этого мира и моим другом. Гриша из другого мира всегда решал все проблемы сам и с большой ответственностью подходил к подобным вопросам.

— Тебе легко говорить, — буркнул он. — У тебя-то работа по профессии, ты всем доволен. А я не готов мириться с нелюбимым делом!

— Но у тебя кредит, — напомнил я. — Сам же говорил.

— Я помню! — друг вскочил на ноги. — Кредит, да. Но я устал, ясно? Устал от того, что не могу найти ничего подходящего! Что приходится вечно искать что-то. Что нет того, что мне нужно. Я. Устал.

Он резко схватил куртку и направился к двери.

— Куда ты? — попытался остановить я его.

— Отстань от меня! — воскликнул он. — Может, ты на моём месте и смирился бы, но я не готов!

Он выскочил из дома, хлопнув дверью. Разговор явно пошёл не по плану. Но меня волновало не только это…

Его слова. Слова, которые он сказал перед тем как выйти из дома. Я это уже слышал.

Новое воспоминание охватило меня.

После окончания русско-китайской войны мой друг Гриша взял в жёны красавицу Анну, дочь генерала. Я стал другом их семьи и частенько бывал у них в гостях.

Гриша обожал и Анну, и своих детей. Готов был говорить о них часами, старался уделять им всё своё свободное время. Я помнил это и раньше. Но почему-то совершенно забыл о том, что случилось потом.

Гришу снова призвали на фронт. К тому времени я сильно продвинулся по карьерной лестнице, став личным целителем самого императора. Друг же мой не стремился к карьерному росту, вполне довольствовался целителем третьего уровня.

У него даже не стоял вопрос, уезжать или нет. Со всей своей ответственностью он заявил, что раз Империя нуждается в нём — он не подведёт. И уехал.

В тот же период я сопровождал императора в поездке в Японию. И потому упустил то, что произошло. Эпидемию холеры. Молниеносную, как вспышка. Она унесла с собой немало жизней, прежде чем её смогли остановить.

Когда Гришка вернулся с фронта, то вместо своей семьи он нашёл общую могилу. Даже попрощаться не успел.

Я помню наш разговор с ним вскоре после этого. «Если мы — лучшие целители, если мы являлись лучшими выпускниками академии, как так вышло, что мы не можем помочь своим родным?», — с горечью спросил он.

Я старался поддержать его, помочь ему. И я не смог.

Григорий начал искать. Искать способ вернуть свою семью. И нашёл древние записи о Мортисе.

Он впустил в себя Мортис, обратную сторону праны. И Мортис захватил его. То, что осталось от моего друга, уже не было человеком.

То, что происходило дальше, было ещё ужаснее. Мортис начал поднимать мёртвых. Просто тела, движимые голодом. Они шли к живым, вытягивали Прану касанием, и жертвы сами становились зомби. Армия смерти росла с каждым днём.

Всё живое в зоне Мортиса угасало. Прана вытягивалась из тел, люди старели за минуты, деревья рассыпались в прах. И над всем этим стояла фигура, которая когда-то была Григорием Томским.

Мне пришлось остановить его. Ради спасения своего мира я пожертвовал своей жизнью.

И как раз тогда и состоялся наш последний разговор, в котором Гриша сказал такую же фразу: «Ты потерял Марию и просто смирился с этим. А я не готов мириться. И никогда не буду готов».

Я открыл врата вечности и утянул Мортиса вместе с собой. Именно так я и погиб в своём мире.

Я покачал головой, возвращаясь в реальность. Почему я этого не помнил? Так хорошо помнить своего друга — и забыть то, что с ним стало. Странно…

Но главное, что вспомнил сейчас. Похоже, в этом и моём мире всё-таки есть что-то общее. И мне ни в коем случае нельзя дать этому Грише наделать глупостей. Надо помочь ему в память о моём погибшем друге.

Гриша вернулся через час. Я успел прибраться, приготовить запечённую куриную грудку с помидорами и сыром в духовке и овощной салат.

Он вернулся смущённый, снял куртку и сел на раскладушку.

Я молчал, и он тоже.

— Послушай, — наконец решился он. — Прости меня. Ты был прав. Я действительно ничего не делаю, просто лежу и жалею себя. Это неправильно.

Ух ты, неожиданно.

— Я желаю тебе добра, — мягко сказал я.

— Знаю, — он решительно посмотрел на меня. — Я много сейчас об этом думал. И правда, не могу же вечно бегать от проблем. Пора взрослеть. Я завтра же пойду на биржу труда, попрошу, чтобы мне подобрали вакансии.

— Это правильное решение, — улыбнулся я. — И помни, я помогу тебе всем, чем могу.

— Ты отличный друг, оказывается. Даже странно, раньше ты мне таким не казался, — кивнул Гриша. — Слушай… А что это, едой пахнет?

Мы рассмеялись, и конфликт был исчерпан. Тяжёлый разговор, но это было нужно нам двоим. Я и не думал, что в процессе мне откроется новое воспоминание.

Поужинали, затем разошлись по своим делам. Вечер прошёл в спокойной обстановке. Я сходил в душ и отправился спать. Завтра было много дел, ещё и ночное дежурство, так что надо было выспаться.

Проснулся я рано, ещё до будильника. Привык уже к своему режиму.

Встал, принялся за зарядку. Сам для себя отметил прогресс, присесть я смог уже восемнадцать раз, а отжаться смог даже от пола, правда, всего два раза. Однако ясно было, что двигался в нужном направлении.

Кроме того, я проснулся без тяжести в теле и головной боли, которая мучала меня от перерасхода праны. Настойка действует? Очень даже может быть. Как