Хранитель Золотых Земель 2 - Александр Майерс

попивая горячий травяной чай с мёдом, и наблюдал за спящим поселением. Дымок из труб поднимался ровными столбами в безветренное морозное небо.

На улицах было безлюдно — разумные люди в такую погоду предпочитали оставаться в тепле. Лишь у кузницы Мирона виднелись фигуры — сам кузнец и его сын Артём что-то мастерили.

Мой взгляд скользнул к исполину, что возвышался над деревней. Золотой Дуб, как и следовало ожидать, не сбросил свою сияющую листву. Под его раскидистой, мерцающей на солнце кроной снега почти не было, и земля оставалась тёмной и тёплой.

А недалеко, на специально отведённом участке, подрастал Золотой Клён. Я использовал на нём свой новый навык, «Благословение Роста», и деревце значительно окрепло и выросло. Его листья, нежно-золотистые, тоже упрямо держались на ветвях, невзирая на мороз.

От него, как и от Дуба, исходило лёгкое, но ощутимое тепло.

Всё было спокойно. Иридель и её рой щитников впали в зимнюю спячку, основательно запечатав вход в своё подземное логово. Лесной Страж, наш молчаливый гигант, замер у самого ствола Золотого Дуба, покрытый инеем и похожий на древнюю статую.

Его изумрудные глаза были прикрыты, но я чувствовал — он не спал, а отдыхал, накапливая силы.

Идиллическую тишину нарушил отчаянный стук в дверь. Топот ног по скрипучему снегу, а затем — взволнованный голос одного из стражников.

— Господин! Владислав! Вы не поверите, но к нам пришли!

Я оторвался от окна, поставил кружку на стол и открыл дверь. На пороге стоял Иван, красный от мороза.

— Успокойся, Иван, — сказал я. — Кто пришёл? Оповещай по порядку.

— Люди, господин! — выпалил он, широко раскрыв глаза. — Не наши! Из лесу вышли. Целый отряд, человек двадцать, не меньше. Они хотят говорить с вами.

Глава 30

Это известие заставило меня насторожиться. За всё это время мы не встречали в лесу ни одной живой души, кроме гоблинов и монстров.

— Из лесу? — переспросил я, уже накидывая тёплый плащ. — Откуда именно?

— С севера! — Иван шагнул назад, давая мне выйти. — Похожи на бродяг, но… с оружием. Григорий Петрович уже на вышке, наблюдает. Они остановились недалеко от ворот. Открывать мы не стали, стражу усилили. Ждём вашего приказа.

Я кивнул, мысленно анализируя ситуацию. Тридцать человек — это не разведка, но и не армия. Если бы они шли с войной, то не стали бы останавливаться на виду.

Значит, хотят говорить.

— Они агрессивно себя ведут? — спросил я, направляясь к частоколу.

— Нет, господин. Стоят. Их лидер вышел вперёд один, без оружия. Кричит, что хочет говорить с главным.

Это было уже интереснее.

Я ускорил шаг. По пути ко мне присоединились несколько стражников во главе с Дмитрием.

Новость уже облетела деревню, и из домов выглядывали встревоженные лица женщин и любопытные — детей.

Мы поднялись на самую высокую сторожевую вышку у главных ворот. Там уже стоял Григорий Петрович. Он молча кивнул мне и отступил, давая место.

Я выглянул. За заснеженным полем, у кромки леса, и впрямь стояла группа людей. Около тридцати человек, как и сказал Иван.

Они были одеты в тёплую походную одежду, у многих за спинами виднелись луки и топоры. По их осанке и тому, как они были расставлены, было видно — люди бывалые, не новички в выживании. Их лошади были привязаны к деревьям на краю леса.

Впереди действительно стоял один человек — высокий, широкоплечий, с сединой в тёмных волосах и бороде. Он расположился в десятке метров от частокола. Его руки были подняты ладонями вперёд, демонстрируя мирные намерения.

— Осторожно, Владислав, — сказал Григорий. — Такие бродяги часто под личиной торговцев или просителей скрывают разбойников. Пригреть их в своих стенах — всё равно что впустить волка в овчарню.

— Я помню ваши рассказы, Григорий Петрович. Буду осторожен, — кивнул я. — Открывайте ворота! Поговорю с ним. Дмитрий, Иван, со мной. Остальным — быть наготове.

— Господин, это может быть ловушка, — предупредил Дмитрий.

— Сомневаюсь, — ответил я. — На нашей земле, под сенью Дуба, против нас с нашим Стражем? Они не похожи на самоубийц. Они чего-то хотят. Будем выяснять, чего.

Скрипнули мощные петли, и тяжёлые ворота медленно отворились. Я вышел вперёд, сопровождаемый двумя стражниками.

Незнакомец, увидев нас, не сдвинулся с места, лишь внимательно оглядел меня с ног до головы.

— Приветствую, — громко сказал я, останавливаясь в паре метров от него. — Я Владислав, Хранитель этих земель. Вы просили аудиенцию. Я вас слушаю.

Незнакомец медленно кивнул, его дыхание клубилось на морозе густым облаком.

— Меня зовут Артемий, — его голос был низким и хрипловатым. — Мы — вольные путники. Караван Белого Медведя.

— Белый Медведь? — переспросил я. — Первый раз слышу.

Мне рассказывали о караванах — передвижных поселениях. Не такое уж редкое явление в этом мире. Подобные люди жили охотой, собирательством… а порой и грабежом.

Некоторые из них не брезговали даже налётами на мирные поселения.

— Мы нечасто задерживаемся на одних местах, — пояснил Артемий, и на его лице мелькнула тень улыбки. — Предпочитаем дорогу и свободу. Но зима в этом году суровая. Мы слышали о деревне Прилесье и хотели попроситься перезимовать у них. Но увидели, что деревня покинута. А затем наши разведчики наткнулись на ваше поселение. На этот удивительный Дуб. Скажи мне, правда ли это? Перед нами легендарный Золотой Дуб?

Артемий с нескрываемым любопытством, почти с жадностью, посмотрел на сияющую крону исполина.

Я не видел смысла скрывать очевидное.

— Правда, — ответил я просто. — Это Золотой Дуб. А я — его Хранитель. И защитник всех людей, что живут под его сенью.

Артемий замер на мгновение, переваривая эту информацию. Видно было, что легенды он знал, но столкнуться с реальностью — это другое дело.

— Значит, правда… — прошептал он. Затем его взгляд снова стал деловым. — Тогда, Хранитель, у меня к тебе просьба. Дай нам возможность перезимовать здесь, на твоих землях. Мы видим, что у вас есть свободные дома. А у нас есть сильные руки, мы можем работать, помогать с охраной. Наши женщины помогут по хозяйству. Дай нам кров до весны.

Я медленно покачал головой, глядя прямо в глаза Артемию.

— Нет. Я не могу впустить вас. Без обид, но я не знаю вас и ваших людей. Моя первая обязанность — безопасность тех, кто уже