Последний ранг - Анна Кондакова

говорить, — тихо сказал я по пути. — Это никому не нужно.

Она покосилась на меня и произнесла с напором:

— Нужно! Ещё как нужно!

— Ну да, конечно, — бросил я.

В итоге банкет оказался ещё скучнее, чем интервью, даже несмотря на напитки, еду и поздравления в нашу честь.

Виринея чувствовала себя не в своей тарелке, поэтому почти от меня не отходила, однако и не спешила со мной разговаривать.

А вот я искал повода, чтобы завести нужные знакомства среди губернских чиновников, что тут были.

Хотя сейчас с моим социальным рейтингом, даже поднятым до пятидесяти, со мной не особо хотели разговаривать вне этикета. Вряд ли эти люди знали, что на самом деле я видел в червоточине.

Был тут и статский советник Стрелецкий.

Он даже подходил ко мне пару раз, интересовался, всё ли в порядке, а сам прожигал холодным взглядом. О своём сыне и нашей драке на арене он, конечно, даже не вспоминал.

Я же смотрел на него и понимал, что совсем скоро нам предстоит столкнуться уже серьёзнее, а это — всего лишь знакомство и прощупывание почвы. Этот осторожный и опасный человек сейчас изучал меня лишь издалека. Как и я — его.

Когда банкет уже заканчивался, вдруг объявили танец.

Это было странным, потому что сейчас он был неуместен. Его будто намеренно навязали гостям.

Несколько пар закружились в танце, но я на них не смотрел, потому что заметил, что из другого зала вдруг появился сын статского советника, Радислав. Тот самый бугай, на спину которого я ставил ногу на арене.

Стремительным шагом он подошёл к Виринее, которая как раз от меня отошла (всего второй раз за вечер), и пригласил её на танец. И если честно, я так и не понял, почему она согласилась. Она ведь видела нашу драку на арене и понимала, что Радислав Стрелецкий — мой враг.

Вряд ли она хотела меня позлить, потому что я не выказывал к девушке явного интереса.

Причина была в другом.

Хрупкая и тонкая, в объятьях бугая-друида, Виринея казалась беззащитной, но так только казалось. Вообще-то, я видел эту некромантку с топором…

Радислав тем временем что-то быстро начал говорить девушке на ухо, а та улыбалась и порой поднимала брови, а иногда тихо смеялась. Следующий танец они тоже остались вместе.

В памяти сразу всплыло очередное предсказание Эсфирь: «Она будет танцевать с твоим врагом… дважды… а может, трижды».

Ну вот. «Дважды» уже случилось.

Чёртовы предсказания.

Я глотнул из бокала ещё шампанского, продолжая следить за парочкой. Но тут ко мне подошла молоденькая девушка в пышном красном платье.

— Окажите любезность, господин Бринер. — Она подала мне руку с роскошным изумрудом на пальце. — Потанцуйте с дамой.

Я улыбнулся девушке. Симпатичная блондинка, вся напомаженная и вычурная, но какая-то обыкновенная, если не считать дорогого наряда и украшений.

— Конечно, сударыня.

Услышав слово «сударыня», она растаяла. Это слово вообще не оставляло женщин равнодушными.

— Ох, вы такой галантный. Сударь.

Она представилась Аллой Гауз, дочерью коллежского советника Савелия Гауза, который тут тоже присутствовал. Когда мы прошли на площадку к другим парам, она даже удивилась, насколько хорошо я танцую.

Я же ощутил уже знакомый запах духов. Такие же были у Виринеи.

— Какой аромат… — начал я, но девушка не дала мне договорить.

Она вдохновенно и веско обозначила:

— Это «Обнажённая Герцогиня». Вы не представляете, каких трудов мне стоило достать эти духи. Стоят целое состояние.

Девушка заулыбалась, довольная, что я заметил аромат её духов. Она заворковала мне на ухо, заодно интересуясь, что же было в червоточине. Как бы между прочим. Наверняка, по заданию отца.

— Скоро всё узнаете, госпожа Гауз, — уклончиво отвечал я и кружил её в танце всё активнее, чтобы она не задавала мне лишних вопросов.

А сам вдыхал аромат «Обнажённой Герцогини» (название, конечно, занятное).

— Знаете, господин Бринер… — добавила девушка, запыхавшись, — я всегда… всегда… считала, что вас несправедливо обвинили… Дети не в ответе… за грехи своих родителей.

— Мои родители — не грешники, а учёные, — ответил я, давя её взглядом.

Постарался убрать холод из голоса, но, кажется, у меня плохо получилось.

Аллу это не смутило. Она улыбнулась ещё приветливее.

Когда же танец наконец закончился, девушка многообещающе прошептала, что мы ещё встретимся, ну а я уже искал глазами Виринею. Всё это время я старался не выпускать её из виду, как и Радислава.

Они как раз прощались.

Виринея поблагодарила своего новоиспеченного кавалера и поспешила в мою сторону. И с каждым шагом с её лица всё быстрее исчезала беззаботная улыбка, ну а когда она подошла ко мне, то уже мрачно шепнула:

— Бойся этого упыря, он собирается тебя уничтожить.Сказал насчёт своего нового деревянного голема по имени Клавдий Второй. Говорит, он может любому голову оторвать. Особенно, всяким выскочкам. Уверена, что он имел в виду тебя. И да, он прекрасно знал, что я передам тебе его слова.

* * *

Через полчаса банкет наконец завершился.

Меня и Виринею, как особых гостей, опять сопровождала охрана. Когда мы вышли из здания, то на площадке у крыльца нас ждали два разных дилижанса.

— Доброй ночи, сударь, — попрощалась со мной девушка.

— Сударь? — ухмыльнулся я. — Мы что, в прошлом веке?

Она сдержала улыбку.

— Ладно, пока, Бринер. Мне ещё надо успеть проверить свой завод.

— Завод? У тебя есть завод?

Я бы мог поверить во что угодно, даже в розовых летающих слонов, но не в собственный завод Виринеи Ворониной, официантки из пекарни.

— Ну… не совсем завод, — замялась девушка. — Скорее, заводик. Или лучше сказать, одна производственная линия. Ну или маленькая лаборатория. Хотя… не совсем лаборатория. Скорее, пара колб.