Кто ты, Такидзиро Решетников? - Семён Афанасьев

тебе честно сам сказал: не суйся. Ты здесь не нужен, бесполезен, вреден и будешь только мешать.

— Я очень неплохо знаю и Кодекс менеджера Йокогамы, и все правила Логистики. Если перевод согласован с руководством Департамента, начальник отдела берёт под козырёк. — Хотя это всего лишь хорошая мина при плохой игре, думаю про себя.

Так-то он прав. Оттого, что правило неписаное, его действенность зачастую хуже не становится. Как бы не наоборот.

— Видимо, ты всё же не до конца ориентируешься в окружающих тебя реалиях, несмотря на биографию, — вежливо замечает начальство. — Я не уговариваю, не прошу. Информирую.

Вообще-то он именно что предложил с порога написать заявление об уходе. Я отказался.

Весь дальнейший разговор — развитие каждым своей линии.

— Я примерно предполагаю твой ресурс, — продолжает выпускник одного из Императорских университетов, судя по значку на пиджаке. — И мотивацию твою тоже предполагаю. А вот ты о моих не имеешь ни малейшего понятия.

С минуту молчим.

— Как ты думаешь, в нашем с тобой противостоянии кто в более выигрышной позиции? Уже не говорю, что непосредственного начальника стоит бояться гораздо сильнее, чем надеяться на высоко сидящих покровителей. — Положительный мальчик Кунисигэ гипнотизирует меня взглядом известного пресмыкающегося.

Очень плотно общается с безопасностью, поддерживает неафишируемые, но тесные связи кое с кем из приближённых к ключевому акционеру Хьюга Хироя, родному дедушке пловчихи Хину.

Вчера они, их команда, откуда-то пронюхали, что Хаяси-деда парализовало без особых перспектив на дальнейшее существование. Пакет информации, полученный до начала сегодняшнего дня сидящим через стол джентльменом, в других местах называется расконсервацией агентуры.

Вслух этого не скажешь.

— Я уже ответил на предложение уволиться, — напоминаю вежливо. — Я же хорошо говорю по-японски?

— Достаточно, чтобы уметь хамить между строк, — вежливо отвечает собеседник. — Ладно, я тебя предупредил. Не хочешь — твой выбор. Минус сорок процентов зарплаты с этого момента, для начала; официальное уведомление о смене оклада и приказ под роспись получишь от кадров в течение четверти часа. Свободен.

Ничего не отвечая, встаю со стула и разворачиваюсь к двери, хотя где-то, конечно, хочется заняться рукоприкладством.

В спину продолжает звучать аккомпанемент, он же — будущая официальная позиция:

— Человек без формального высшего образования давно должен был оказаться среди рабочих и техников по логистике! А не в отделе специалистов с высшим образованием! Ладно, максимум год стажер; потом, раз не уволили и есть опыт Министерства обороны, ты мог хотя бы получить сертификаты с дополнительных курсов! Сейчас имел бы их несколько…

И всё в этом духе.

Самое интересное, у Камамото на занятую мной вакансию были свои виды: готовил знакомого на это место, что-то планировал, а тут меня чёрт принёс. Приказом сверху.

Где-то по-человечески я, конечно, неправ. Если мыслить здешними и приземлёнными реалиями.

А с другой стороны, взятый им со старта тон напрочь исключает не то что взаимный компромисс, а вообще любую возможность диалога. Конструктивного.

* * *

¹ ~ $ 750.000

* * *

Ещё раз сорри за задержку с выкладкой. Из-за не очень низкого суточного темпа написания к полуночи успеваю не всегда — периодически вырубает, потому что хочется спать.

Постараюсь исправиться, очень над этим работаю.

Спасибо за ваш лайк:))))) он меня мотивирует

Глава 16

(сорри. Глава правильная, не та была лишь нумерация)

Миёси Мая не всегда был оябуном крупной гуми, как не всегда был и отцом дочери, всю взрослую жизнь страдавшей от лишнего веса.

На заре карьеры Мая серьёзно увлекался некоторыми видами контактных единоборств. С той далёкой поры у него сохранились своеобразное мировоззрение, широкие знакомства в спортивных кругах, приверженность к строгому режиму дня и — на удивление — не имеющий повседневного практического применения навык определять вес и рост человека на глазок с высокой точностью. Плюс длину его рук и ног. На автомате.

Ничего особенного, если подумать: все, кто видит десятки взвешиваний в день до и после тренировки, рано или поздно начинают с точностью до пяти процентов чувствовать, на сколько килограмм вытянет тот или иной человек (даже в одежде).

Не ахти какой актив, однако именно под его влиянием Мая абсолютно машинально уронил:

— О, ты похудела⁈

Когда оябун спустился из спальни завтракать, он застал Моэко на кухне: рядом стояли распотрошённые пакеты продуктов (видимо, с утренней доставки), в двух больших салатницах на краю обеденного стола зеленел и краснел непривычный овощной микс, на плите что-то готовилось сразу на двух сковородках и в двух кастрюлях-горшках.

— Уже заметно⁈ — нож в руках дочери на мгновение замер над разделочной доской.

Мая резко затормозил, мысленно хлопнул себя по лбу и выругался, тоже мысленно: непонятно, что отвечать.

С одной стороны, неохота вселять ещё одну ложную надежду там, где ребёнок столько раз обламывался. С другой же, для любого спортсмена его профиля, пусть и бывшего, достаточно очевидные изменения в самом деле имели место.

Поколебавшись пару секунд (что внешне никак не было заметно), он в итоге плюнул и ответил честно:

— Наверное, видно не всем, но мне — да. Сбросила около пары килограммов?

— Два с копейками, — кивнула дочь спокойно и вернулась к своему занятию.

— Что будет на завтрак? — кухонные запахи всколыхнули и без того хороший аппетит.

— Ваше вон там, — Моэко указала на одну кастрюлю и на одну сковородку. — Эй, туда не лезь! Ты такого всё равно не будешь!

— А что здесь? — оябуну уже стало любопытно.

— Кабачки, морковь, цветная капуста, лук, чеснок, зелень. Без соли и без масла. Филе макрели, тоже без соли.

— Ясно.

Мая не подал виду, однако интерес только что вырос.

— А где ты ночью была? Вернулась только под утро, насколько я слышал?

— С Хину встречались. Сперва в бассейне два с лишним часа, потом парилка, потом в Итальянский бар пошли. Там и сидели почти до пяти.

— Вкусно! — приготовленное по-новому мясо на удивление зашло, хотя с утра Мая обычно предпочитал что-то попроще. — Что за рецепт?

— Из сети. Нужно было ограничить в рационе соль — удерживает воду, и заменить приправы на менее яркие вкусы, — охотно пояснила дочь. — Сражаюсь за стратегическое снижение аппетита, все средства хороши.

— Поддерживаю, — чуть удивившись, заметил оябун, впечатлённый неожиданной системностью подхода.

Раньше именно к похудению Моэко настолько обстоятельно не подступала.

Повинуясь интуиции, он между